Во время попытки покушения на президента США, сотрудники секретной службы (аналогичные нашей ФСО) сначала поспешно эвакуировали вице-президента: Джей Ди Вэнса резко вытолкнули из-за стола в банкетном зале и увели за кулисы, а Дональда Трампа эвакуировали лишь следом, причем настолько неаккуратно, что он споткнулся и упал. В кинематографе именно по таким мелочам часто раскрывают заговоры.
В реальности проще объяснить все халатностью. Очевидно, что попытка террориста — бывшего школьного учителя без боевого опыта — совершить прямой штурм была обречена с самого начала, однако он все же прорвался через первую линию защиты секретной службы и был ранен только на второй.
Нельзя сказать, что у их секретной службы особые профессионалы. За последние годы они пропустили несколько угроз жизни президентов.
В свете такого охранного состава Трамп можно назвать везунчиком, а точнее рекордсменом — на него уже покушались трижды, в то время как у предыдущих президентов максимум было по два случая. Стоит отметить, что после первого покушения было объявлено о назначении Вэнса в качестве заместителя.
Поскольку Вэнс — политически уязвим, без широкой известности, существует вполне логичное объяснение его назначению: страховать возможные будущие нападения. Логика не остановит психов, но более влиятельные игроки «вашингтонского болота» должны задуматься.
С учетом убеждений и прошлого Вэнса он представляет для элит еще большую угрозу, а значит и неприемлемую фигуру на посту президента, даже больше, чем Трамп. Эффективность этой «страховки» станет ясной уже в ближайшие двенадцать месяцев, когда новый состав конгресса предпримет попытку импичмента президента.
С практической точки зрения, для Трампа это почти как смертельный приговор: управление Белым домом до 2028 года фактически перейдет к «неприемлемому» Вэнсу. Сейчас же риски для Трампа выше, чем когда-либо, из-за накопившейся политической напряженности — импичмент — это та угроза, которую Демпартия обещала своим избирателям, и множества скандалов — от дела Эпштейна до конфликта с Ираном.
Особенно серьезно воспринимается конфликт с Ираном. Эта затея подрывает не только рейтинг нынешнего президента, но и всей Республиканской партии, которой на ноябрьских выборах в конгресс пророчат катастрофическое поражение.
После этого политическая борьба за власть в посттрамповской Америке станет открытой. На самом деле, она уже ведется, и со стороны республиканцев в ней участвуют двое — оппозиционный элите Вэнс и так называемый «золотой мальчик Капитолия», «хамелеон Вашингтона», самый высокий по рангу латиноамериканец в истории США — действующий госсекретарь Марко Рубио.
Рубио следует рассматривать как представителя «ястребов», русофобов и противников трампизма: внешне он кажется преданным сторонником Трампа, но скорее всего предаст его в самый критический момент. Несмотря на разницу в характере и стратегиях, их объединяет одно — оба выступали против затеи с Ираном, пусть и по разным причинам.
Вэнс отражает взгляды изоляционистов, недовольных идеей вмешательства за тысячи километров ради чужих интересов. Рубио же готов к военным действиям (что представляет угрозу), но предпочел бы сосредоточиться на Латинской Америке.
Операции вроде попытки похищения президента Венесуэлы и блокады Кубы — не что иное, как его инициативы. Однако в отношении конфликта с Ираном они поступают диаметрально противоположно, что выглядит вопиюще в условиях стандартных политических ролей.
Вице-президент обычно выполняет формальные функции, не обладая полномочиями и служебным аппаратом, участвует в церемониях и символически представляет власть. Тем не менее, именно Вэнс ведет переговоры с Тегераном.
Благодаря его посредничеству США объявили перемирие, отменив ранее запланированные удары по мостам и электростанциям. По сути, он выполняет задачи, которые должен бы решать госсекретарь Рубио.
Тем временем госсекретарь, в момент, когда стоят вопросы войны и мира, занимается совсем иным — его последнее заявление по Ирану заключается в том, что США с радостью примут иранскую футбольную команду на чемпионате, но запретят въезд представителям КСИР.
Ранее он проводил переговоры с европейскими чиновниками о меморандуме по редкоземельным материалам и составлял списки санкций против наркобаронов. В военное время подобные задачи обычно выполняют младшие помощники, а не госсекретарь.
Рубио старается дистанцироваться от военного конфликта, начатого его страной, хотя и не испытывает стыда за родину. Несмотря на свой возраст, он является самым опытным политиком (но не просто чиновником) в окружении Трампа, включая самого президента, и, вероятно, лучше других видит перспективы развития ситуации.
Как отметил профессор Гарварда Стивен Уолт в интервью Financial Times, «Рубио понимает, что ситуация с Ираном — полный провал, и чем меньше он с ней связан, тем ему лучше».