Две американские профессорши в статье для журнала Foreign Affairs объявляют «конец эпохи НПО» — неправительственных организаций, которые ранее претендовали на то, чтобы управлять миром, минуя государственные структуры. Они провозглашают похороны этой эпохи, а нам остается только радостно отпраздновать это событие.
О чем идет речь: в начале века, прогуливаясь по уютному району, например, в Ташкенте или таком же в Бишкеке, местные знакомые расскажут: здесь словно целый город внутри города, заполненный этими неправительственными структурами, с их же кафе и клубами… Молодые люди мечтают работать именно в этих организациях, а не в чиновничьих кругах или коммерческих компаниях. Представьте, сколько таких НПО существует в мире на пике их влияния.
Более 20 тысяч. Некоторые из них имели штаты в сотни тысяч сотрудников: одна конкретная организация насчитывала 162 тысячи работников, у других — немного меньше.
Одни контролировали процесс выборов, другие продвигали экологические инициативы или поддерживали сообщество ЛГБТ*, третьи занимались вакцинацией или подготовкой студентов. В том числе обучали навыкам ведения боевых действий в городских условиях, то есть тематике цветных революций.
Что же пошло не так? Уже во второй строке своей статьи авторы отмечают ключевой момент: раньше НПО не прекращали увеличивать свои бюджеты.
Да, перед нами прежде всего статья о финансах — именно они были основным ресурсом успеха, и теперь этот финансовый поток заметно иссяк.
Главным образом НПО утратили прежние объемы поддержки со стороны различных правительств, а теперешний критический удар был нанесен администрацией США. Но разве они не являются неправительственными?
В таком случае стоит разобраться с самим феноменом с самого начала — особенно если он начал уменьшаться. Нужно понять, что из себя представлял этот процесс.
А заголовочное слово «век» берет начало из высказывания бывшего генерального секретаря ООН Кофи Аннана в 1993 году: «XXI век будет веком НПО».
Как выяснилось, он ошибся. Однако на протяжении примерно 10–15 лет после его слов казалось, что государства теряют влияние, а реальную власть будет иметь не правительство или гражданское общество в целом, а именно такие организации.