Главная АвторыЖанрыО проекте
 
 

«Победа под водой», Уильям Холмс

Найти другие книги автора/авторов: ,

Холмс Уильям

Победа под водой

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания после текста.

Аннотация издательства: Книга американского офицера-подводника У. Холмса представляет собой увлекательный рассказ о боевых действиях подводных лодок США, Англии, Японии и других стран на Тихом океане в годы второй мировой войны.

Содержание

Глава I. "Гаджон"

Глава II. Подводная лодка "S-38"

Глава III. Силы и средства

Глава IV. Стратегическая подготовка войны

Глава V. Декабрь 1941

Глава VI. Январь - февраль 1942

Глава VII. Март - апрель 1942

Глава VIII. Май 1942

Глава IX. Июнь 1942

Глава X. Июль - август 1942

Глава XI. Сентябрь - октябрь 1942

Глава XII. Ноябрь - декабрь 1942

Глава XIII. Январь - февраль 1943

Глава XIV. Март, апрель, май 1943

Глава XV. Июнь - сентябрь 1943

Глава XVI. Октябрь - ноябрь 1943

Глава XVII. Декабрь 1943 - январь 1944

Глава XVIII. Февраль - март 1944

Глава XIX. Апрель - май 1944

Глава XX. Июнь 1944

Глава XXI. Июль - август 1944

Глава XXII. Сентябрь 1944

Глава XXIII. Октябрь 1944

Глава XXIV. Ноябрь - декабрь 1944

Глава XXV. Январь - март 1945

Глава XXVI. Апрель - июнь 1945

Глава XXVII. Июль - август 1945

Примечания

Глава I. "Гаджон"

В девять часов утра 11 декабря 1941 года американская подводная лодка "Гаджон" отошла от пирса базы подводных лодок в Пирл-Харборе и вышла в открытый океан. Она держала курс к берегам Японии, чтобы вести неограниченные боевые действия в назначенном районе у пролива Бунго, соединяющего южную часть Внутреннего Японского моря{1} с Тихим океаном. "Гаджону" предстояло стать первым американским военным кораблем, вошедшим в японские воды и хотя бы частично отплатившим Японии за тот урон, который она нанесла американскому флоту в результате нападения на Пирл-Харбор 7 декабря 1941 года.

Когда началась война, "Гаджон", только что вошедший в состав флота, находился в море на отработке задач боевой подготовки, после чего должен был следовать на Тихоокеанское побережье для проведения последних испытаний.

Теперь лодка в срочном порядке направлялась в Пирл-Харбор, чтобы принять на борт боеприпасы, продовольствие и с полным запасом топлива выйти в море для выполнения боевой задачи. Таким образом, спустя четыре дня после атаки Пирл-Харбора японскими силами, вместо того чтобы, как было запланировано, следовать на восток, на военно-морскую верфь Мэр-Айленд, лодка "Гаджон" шла теперь на запад от Пирл-Харбора, начав длительный и опасный путь борьбы.

Лодка "Гаджон" была эскадренной подводной лодкой. Лодки этого типа были созданы в период между двумя мировыми войнами. Они предназначались для действий на просторах Тихого океана. "Гаджон" имел водоизмещение около 1500 тонн, длину - 93,5 метра, ширину - 8,2 метра, максимальную скорость надводного хода - 21 узел и максимальную скорость под водой - 9 узлов. На экономической скорости хода дальность плавания лодки над водой составляла 12000 миль. Она имела на борту 24 торпеды, а продовольствия - на 51 день плавания.

"Гаджон" медленно шел по фарватеру. На последнем галсе фарватера лодка начала медленно раскачиваться на тихоокеанской зыби. Командир лодки капитан-лейтенант Гренфелл заметил, что впереди по курсу, у прохода через противоторпедную сеть, поставленную на среднем участке последнего галса фарватера, внезапно возникла суматоха. Почти одновременно на мостик торопливо поднялся матрос, доставивший командиру шифровку: в Пирл-Харборе объявлена боевая тревога; проход через противоторпедные сети приказано закрыть. Командиру ничего не оставалось, как повернуть на обратный курс. В узком фарватере при сильной зыби и свежем ветре это был трудный маневр, но Гренфелл выполнил его. Едва он закончил маневр, было принято оповещение об отбое тревоги. "Гаджон" снова развернулся на 180° и вышел в открытое море.

В море "Гаджону" приходилось исходить из того, что все против него: здесь и свои и чужие корабли могли атаковать его после обнаружения. Два дня назад "Трешер", когда он возвращался в Пирл-Харбор после патрулирования в районе атолла Мидуэй, был ошибочно принят за японскую подводную лодку и атакован своими же самолетами. Старый эсминец "Литчфилд" поджидает "Гаджон" у внешних буев ограждения фарватера, чтобы эскортировать его в прибрежных водах. Как только "Гаджон" миновал противоторпедные сети, Гренфелл вызвал на мостик лейтенанта Лайона, исполнявшего обязанности старшего, помощника и штурмана.

- Старпом, - отрывисто приказал он ему, - спуститесь вниз, снимите радиовахту и заприте на замок эту проклятую радиорубку{2}.

Когда Лайон скрылся в люке, Гренфелл скомандовал:

- Подвахтенные, вниз! Первой смене заступить по-походному!

Это приказание было передано во все отсеки. Личный состав, находившийся на палубе по команде "По местам стоять, с якоря сниматься" на случай новых маневров в узком фарватере, теперь бросился к люку. Сигнальщики с трудом пробрались к своим обычным местам у тумбы перископа, после чего Гренфелл наклонился к переговорной трубе и приказал:

- Приготовиться к погружению!

Оставив позади последний буй ограждения фарватера, "Гаджон" лег в кильватер ожидавшему его "Литчфилду". В открытом море подводная лодка должна в любой момент быть готовой к срочному погружению на случай какой-либо неожиданности. Все палубные люки, за исключением рубочного, должны быть закрыты и плотно задраены до тех пор, пока не закончится длительное патрулирование и пока "Гаджон", возвращаясь в базу, снова не пройдет этот входной буй на фарватере. После того как лодку подготовили к погружению, она и все, кто в ней находился, стали как бы автономной частицей, оторванной от мира. Безжизненный, спокойно стоявший у пирса корабль превратился в пульсирующий симбиоз людей и механизмов.

Двумя часами позже в средней части пролива между островами Оаху и Кауаи эсминец "Литчфилд" отвернул и замедлил ход. Когда "Гаджон" проходил мимо него, с ходового мостика эсминца передали семафор: "До свидания. Желаем удачи", и "Гаджон" остался в одиночестве.

Теперь между "Гаджоном" и побережьем Японии не было ни одного американского военного корабля, и во всем этом районе океана не было торговых судов, которые плавали бы под флагом Соединенных Штатов или кого-либо из их союзников. Тех разведывательных самолетов, которые патрулировали на расстоянии до 600 миль от острова Оаху, лучше всего было избегать. Пилоту самолета, летящего на высоте 1500 метров над уровнем моря, трудно отличить американскую подводную лодку от японской. Любой перископ, появившийся на поверхности моря в этих водах, был бы принят за вражеский, а безопасность "Гаджона" в надводном положении, как и любого другого надводного корабля в случае нападения на него подводной лодки противника, зависела от зорких глаз сигнальщиков, быстрой реакции вахтенного офицера и четких маневров самого корабля.

На следующее утро, за час до рассвета, оставив за кормой остров Кауаи, "Гаджон" продолжал идти на запад. И на этот раз моряки остались верны обычаю: лучше встретить рассвет под водой и увидеть рождение нового дня в перископ, чем подвергать себя риску.

- Сигнальщики, вниз! - скомандовал Гренфелл.

Те быстро скрылись в люке. Некоторое время командир оставался на мостике один. Он осмотрел палубу, сначала в носовой части, потом в кормовой.

Затем Гренфелл захлопнул за собой рубочный люк и трижды нажал кнопку сигнала погружения.

Погружение. Погружение. Погружение.

Скорее по привычке, чем по необходимости, Гренфелл через заполненную до отказа людьми и приборами боевую рубку прошел к перископу и протянул руку к кнопке включения подъемного механизма. Сверкающий стальной корпус перископа скользнул вверх, и из глубокой шахты показался окуляр. Командир заметил, что старшина-рулевой уже задраил рубочный люк, а вахтенный рулевой занял свое место на посту в носовой части боевой рубки.

- На румбе? - спросил Гренфелл.

- На румбе триста, сэр, - ответил рулевой.

Поворачивая перископ, командир отметил, что рассвет еще не наступил и в перископ мало что можно увидеть. Поэтому он быстро поставил рукоятки на свое место и опустил перископ в шахту.

В кормовой части боевой рубки управляющий огнем Дорнин стоял у торпедного автомата стрельбы{3}. Рядом с ним был Лайон, на шее у которого висел построитель боевого курса - прибор, напоминающий круглую логарифмическую линейку и известный подводникам под названием "Из-Уоз" (есть - был). С помощью этого прибора можно вычислить курс и скорость цели в случае выхода из строя торпедного автомата стрельбы. Старший торпедист стоял у щитка с залповыми кнопками торпедной стрельбы, а гидроакустик с надетыми на голову наушниками внимательно прослушивал шумы моря. Всего в небольшой боевой рубке, и без того заполненной приборами и индикаторными устройствами, скопилось одиннадцать человек. Феррел, командир электромеханической боевой части, находясь на посту погружения и всплытия, отдавал распоряжения вахтенному у клапанной коробки дифферентовочной системы. Его голос можно было слышать через нижний люк боевой рубки.

Утреннее погружение, помимо всего прочего, предназначалось для дифферентовки подводной лодки, то есть для придания ей такой плавучести и дифферента, чтобы потом можно было в любое время быстро погрузиться, и не более чем через 50-60 секунд, которые необходимы для заполнения балластных цистерн. Вскоре командир поста погружения и всплытия доложил по переговорной трубе:

- Корабль удифферентован, сэр!

- Отлично, - ответил Гренфелл. - Обе малый вперед! Глубина - тридцать метров.

В это утро командир намеревался осмотреть лодку от носа до кормы, пока весь экипаж будет находиться на своих боевых постах. В бою только командир видит противника в перископ, и от его опытности и умения оценивать обстановку больше, чем от опыта других, зависит успех или неудача. Однако на любом боевом посту корабля неправильное переключение прибора, нечетко исполненный приказ или недостаточно быстрые действия в случае аварии могут привести к катастрофе. На подводной лодке в большей степени, чем на любом другом корабле, командир, экипаж и корабль образуют единую систему, каждый элемент которой должен функционировать без малейшей ошибки, и только при этом условии лодка сможет успешно выполнить поставленную задачу и благополучно возвратиться на базу.

Удовлетворенный осмотром корабля, Гренфелл вернулся в боевую рубку и приказал всплыть на глубину 15 метров. В перископ командир тщательно осмотрел поверхность моря.

"Всплывать. Всплывать. Всплывать", - прозвучал сигнал ревуна.

Гренфелл видел в перископ, как нос "Гаджона" показался над поверхностью моря. Затем, опустив перископ, он стал наблюдать за шкалой глубомера, пока, согласно его показаниям, ходовой мостик не вышел из воды.

- Открыть рубочный люк!

Шипение устремившегося в люк воздуха и уменьшение давления на уши подсказали подводникам, что чрево их "Гаджона" снова связано с атмосферой. Оставив перископ, Гренфелл первым поднялся на мостик. Такова традиция: командир последним покидает мостик при погружении лодки и первым выходит на него при всплытии. Волны вздымались и бились о корабль. Снизу через открытый люк доносилось шипение системы воздуха низкого давления, которым продувались балластные цистерны.

- Сигнальщики, наверх.{1} Обе средний вперед! - приказал командир.

В течение нескольких дней лодка могла идти в надводном положении и днем и ночью, не подвергаясь особой опасности и непрерывно приближаясь к назначенному ей отдаленному району боевых действий; однако по мере приближения к японским водам наверняка потребуется соблюдать все большую осторожность. "Гаджон" пересек демаркационную линию времени{4} и перешел в Восточное полушарие.

Войдя в воды, расположенные в радиусе 500 миль от японской военно-воздушной базы, "Гаджон", согласно приказанию командующего подводными силами, должен был погружаться на рассвете и идти в подводном положении до полного наступления темноты, чтобы противник не смог обнаружить его. Считалось, что остров Маркус, находящийся на расстоянии 1000 миль от Японии, является японской военно-воздушной базой. Чтобы достигнуть назначенного района патрулирования, "Гаджон" должен был пройти 1500 миль через воды, над которыми патрулировали японские самолеты.

Рождественским утром "Гаджон" достиг, судя по карте, границы этой опасной зоны. Чтобы отпраздновать рождество, Гренфелл, погрузившись на рассвете на глубину 30 метров, оставался на ней в течение всего светлого времени суток.

Такой режим перехода - ночью в надводном положении, а днем под водой, на большой глубине, - значительно замедлил продвижение лодки к берегам Японии. В дневное время, когда для движения использовалась энергия аккумуляторной батареи, подводная скорость составляла два-три узла, и только ночью можно было набирать потерянные мили. Даже в ночное время один дизель должен был работать на зарядку батареи, разряженной во время дневного плавания под водой. При благоприятных условиях "Гаджон" проходил 150 миль в сутки, но часто значительно меньше.

Монотонность подводного плавания в дневное время утомляла экипаж. Лодка была удифферентована и прекрасно управлялась; носовые и кормовые горизонтальные рули почти никогда не приходилось перекладывать, а глубина погружения удерживалась настолько неизменной, что указатель глубомера, казалось, был начерчен на шкале. Экипаж разбили на три боевые смены: одна смена стояла на вахте, две другие отдыхали, занимались мелким ремонтом, регулировали механизмы торпед, читали или работали с документами. Даже обязанности вахтенных, за исключением вахтенного на посту погружения и всплытия, вахтенного офицера, носового и кормового рулевых-горизонталыциков, вахтенных у пультов управления и рулевого-вертикалыцика, заключались только в том, чтобы быть готовыми к действиям в случае необходимости. Пища во время дневного подводного плавания готовилась по обычному распорядку, хотя на других лодках в подобных обстоятельствах иногда меняли ночь на день, чтобы сократить работы по приготовлению пищи во время плавания под водой. На "Гаджоне" ночью производилась лишь выпечка хлеба, что позволяло уменьшить жару в отсеках в подводном положении.

"Гаджон" имел испарители и опреснители старого типа. Новый опреснитель, в котором использовался принцип конденсации пара под давлением, а также радиолокатор ждали "Гаджон" на верфи Мэр-Айленд. Отсутствие хорошего опреснителя накладывало жесткие ограничения на потребление воды. Душевые были заполнены провизией и заперты на замок. Никому не разрешалось мыться под душем до тех пор, пока лодка снова не окажется вблизи родных берегов. Потребление пресной воды составляло в среднем 6,8 литра в день на человека, включая воду для приготовления пищи, умывания, питья и на редистилляцию воды для аккумуляторной батареи. Радиолокатор, опреснитель воды с конденсацией пара и система кондиционирования воздуха - это были три больших преимущества американских подводных лодок, но "Гаджон" пока обходился без первых двух.

В условиях кондиционированного воздуха жизнь на лодке была терпимой. На более старых подводных лодках, не имеющих системы кондиционирования воздуха, жара и влажность при нахождении лодки в течение всего дня в подводном положении действовали на экипаж изнуряюще, расслабляли людей и вызывали кожные заболевания. Как только "Гаджон" переходил в подводное положение и остывали его двигатели, вступала в действие система кондиционирования, которая регулировала температуру и влажность воздуха в диапазоне, наиболее благоприятном для человеческого организма. На борту "Гаджона" имелись химикалии для удаления из воздуха двуокиси углерода, а также кислород в стальных баллонах под высоким давлением, однако эти запасы должны были сохраняться на случай крайней необходимости. Тем не менее к концу дня в отсеках становилось довольно душно, и, когда лодка всплывала на поверхность, свежий воздух означал для людей то же, что глоток холодной воды для страдающего от жажды. Атмосферное давление внутри корабля в течение дня, как правило, повышалось, но его можно было понизить с помощью компрессора. Однако в некоторых случаях им старались не пользоваться, так как при работе он создавал большой шум.

В подводном положении "Гаджон" практически был лишен радиосвязи. На лодке имелась штыревая радиоантенна, которая могла подниматься над поверхностью на перископной глубине, но для успешного использования такой антенны требовалось очень спокойное море; на перископной глубине "Гаджону" только один раз удалось провести сеанс радиосвязи с Пирл-Харбором. Ночью, в надводном положении, можно было принимать по радио приказы и оповещения, передаваемые по специальной программе, и только в трех случаях радисты "Гаджона" пропустили эти ночные сеансы из-за неблагоприятных для радиоприема условий.

При нахождении лодки под водой гидроакустическая станция все время работала в режиме шумопеленгования, но в большинстве случаев ничего не было слышно, за исключением шума винтов самой лодки. Иногда гидроакустик улавливал шум, похожий на шум гребных винтов катера с подвесным двигателем, однако после осмотра в таких случаях поверхности моря в перископ ничего не замечали. Это были шумы проходящих косяков рыб или следствие некоторых странных и неизвестных особенностей подводной жизни, свойственных этой части океана. А таких естественных шумов моря в этом районе было много, и их следовало изучать. Когда подходили к островам Нанпо, гидроакустическая станция уловила странные шумы, похожие на удары молота и нисколько не походившие на шум винтов.

Максимальная скорость лодки в подводном положении составляла восемь или девять узлов, и после примерно часа хода на такой скорости аккумуляторная батарея оказывалась разряженной. Подводная лодка должна была всплывать на поверхность и заряжать батареи, прежде чем могли быть предприняты какие-либо маневры под водой. Чтобы иметь возможность находиться в подводном положении весь день, "Гаджон" должен был как можно меньше идти под водой на большом ходу. Поскольку даже самое тихоходное грузовое судно, как правило, имело скорость более восьми узлов, "Гаджон" наверняка мог встретить много судов, с которыми не имел возможности сблизиться под водой на дистанцию торпедной стрельбы. Только при благоприятном стечении обстоятельств - если бы лодка в момент обнаружения судна противника оказалась на небольшом удалении от его курса и на его носовых курсовых углах - она могла бы занять позицию для атаки.

Командир подводной лодки с момента обнаружения судна противника должен действовать быстро и точно, иначе лодка окажется за кормой противника, и тогда неприятельский корабль, как и возможность желанной победы, пройдут мимо него. Если судно обнаружено, когда его корпус скрыт за горизонтом, а над поверхностью моря едва-едва виднеются лишь верхушки мачт, первой задачей командира является определение направления движения цели. Обычно это можно быстро сделать, взяв курс прямо на цель и наблюдая в течение нескольких минут, как изменяется пеленг на нее - вправо или влево. Установив таким образом общее направление движения, подводная лодка, приведя цель на траверз, ложится на курс сближения с целью, при этом свой курсовой угол должен быть равным 90°. Этим курсом лодка идет несколько минут, пока не прояснится обстановка. Если расстояние до судна-цели уменьшилось так, что стал виден его корпус, можно определить курсовой угол цели. После этого, решив простую тригонометрическую задачу, можно определить курс цели. Затем достаточно ввести в торпедный автомат стрельбы пару раз пеленг и расстояние до цели - и можно будет определить скорость цели; После этого командир может уточнить свой куре и скорость, чтобы установить оптимальный курс сближения с целью и скорость, обеспечивающие выход на позицию атаки без излишней затраты энергии аккумуляторной батареи. Само собой разумеется, возможны многочисленные варианты этой задачи, поскольку цель может изменить курс или скорость; она может иметь прикрытие с воздуха или охраняться надводными кораблями, встречи с которыми следует избегать. Наблюдение в перископ и определение данных для стрельбы требует умения и опыта в оценке обстановки, а для быстрой работы с приборами во взаимодействии с другими постами нужны знания, тренировка и практические навыки.

Если после нескольких минут хода на максимальной скорости подводная лодка окажется впереди цели, вполне вероятно, что она сможет занять позицию для атаки. Если же цель окажется впереди подводной лодки, а расстояние до цели будет значительно превосходить максимальную дальность хода торпеды, положение безнадежно, если, конечно, цель по каким-либо причинам не повернет в сторону лодки или не уменьшит ход. Если этого не случится, судно противника уйдет целым и невредимым, даже не подозревая, что за ним следила подводная лодка.

2 января, после трехнедельного перехода, "Гаджон" прибыл в заданный район патрулирования. Противник не проявлял здесь никакой активности, и можно было подумать, что война нисколько не беспокоила японские суда. Навигационные огни у островов Кюсю и Сикоку горели, как в мирное время. Сампаны плавали с ходовыми огнями, а торговые суда, хотя и были затемнены, шли поодиночке, не делая зигзагов, и без охранения. Казалось, здесь не велось никакой воздушной разведки и патрулирования; единственными самолетами, замеченными с "Гаджона", были два самолета морской авиации, летевшие вдоль побережья острова Кюсю. Почти не было судов, следовавших в пролив Бунго или обратно; единственными судами, обнаруженными "Гаджоном", были небольшие каботажные грузовые суда.

В следующий раз японское судно было обнаружено 4 января 1942 года около 15.00, когда "Гаджон" находился под водой. В перископ лодки были видны только мачты и дымовые трубы транспорта. Гренфелл немедленно лег на курс сближения и дал полный ход. Подняв еще раз перископ, он достаточно хорошо увидел цель и определил ее курсовой угол - 90° правого борта; времени для маневра и сближения оставалось очень мало. Тем не менее он сумел сократить расстояние до 13 кабельтовых, при этом угол встречи составлял 120°. К сожалению, цель оказалась небольшой - каботажное грузовое судно водоизмещением около 1500 тонн, а расстояние до него было велико. Гренфелл решил, что в таких условиях лучше дать залп двумя торпедами с небольшим углом растворения, чтобы тем самым компенсировать все неточности в оценке курса и скорости цели. Торпеды были выстрелены, но обе прошли мимо цели.

Несмотря на наличие новых электромеханических приборов, командир лодки для определения курсового углами расстояния до цели должен каждый раз наблюдать ее в перископ, чтобы потом по этим данным торпедный автомат стрельбы мог рассчитать курс и скорость цели. Если расстояние до цели большое, даже незначительная ошибка в расчетах может привести к промаху. Гренфелл пришел к выводу, что на этот раз именно так и случилось, хотя он предусмотрительно пытался компенсировать возможные ошибки углом растворения. Но запоздалые сетования уже не могли ничему помочь; надо было просто ждать появления следующей цели и учесть предыдущие ошибки.

Однако прошло еще пять дней, прежде чем "Гаджон" встретил еще одно судно, но и в этом случае Гренфелл не смог с ним сблизиться больше, чем на 25 кабельтовых. Лишь 9 января около полуночи подводникам улыбнулось счастье. Луна только взошла, и "Гаджон" находился на поверхности, когда заметили грузовое судно водоизмещением 5000 тонн, идущее встречным курсом. Судно было затемнено, но освещенный лунным светом его силуэт отчетливо вырисовывался, в то время как "Гаджон" оставался в темной части горизонта. Ночью цель, как правило, появляется внезапно. На "Гаджоне" все было готово к стрельбе: наружные крышки двух носовых и двух кормовых торпедных аппаратов открыты, и торпеды в любой момент могли быть выстрелены.

На этот раз "Гаджон" имел в запасе несколько минут, чтобы выбрать лучшую позицию и подготовить к стрельбе другие торпедные аппараты. Гренфелл с дистанции 12 кабельтовых выстрелил из кормовых аппаратов три торпеды под углом встречи 100°. Он был уверен, что по меньшей мере одна торпеда попала в цель. На мостике "Гаджона" почувствовали толчок от подводного взрыва. Торпедисты в кормовом торпедном отсеке уверяли, что в цель попали две торпеды. Гидроакустик слышал звук взрыва и охарактеризовал его как непрерывную, ясно слышимую реверберацию с плохой диаграммой направленности.

Позднее таких данных было бы явно недостаточно для заключения о попадании торпед, но в то время на "Гаджоне" считали, что потоплено первое судно противника. Ничто так не поднимает моральный дух подводников, как звук взрыва торпед, попавших в корабль противника, поэтому на "Гаджоне" царило приподнятое настроение, Это была компенсация за все неудачи.

Звук взрывающихся торпед был чем-то новым для каждого на "Гаджоне". Это было бы чем-то новым для экипажа любой американской подводной лодки, так как во время учебных стрельб подводники использовали торпеды с практическим зарядным отделением и не испытали ни одной боевой торпеды. Взрыв, который слышали подводники "Гаджона", мог быть взрывом торпед в стороне от цели или каким-то другим шумом, поскольку цель, вероятно, все же не была потоплена, так как японские источники не подтверждают потопления их судов в это время и в данном районе океана{5}.

Это была последняя встреча "Гаджона" с противником перед тем, как он ушел из района патрулирования. Для перехода в этот район потребовалось три недели, и Гренфелл считал, что столько же займет обратный переход. Поэтому 14 января 1942 года, после двенадцати дней патрулирования в назначенном районе, "Гаджон" начал свой долгий путь к родным берегам. Можно было предположить, что за исключением рыболовных сампанов, которые уходят на расстояние 600-800 миль от берегов Японии, "Гаджон" больше не встретит никаких надводных кораблей противника. Первые шесть дней "Гаджон" шел в подводном положении в соответствии с полученными инструкциями, так как в этом районе океана могли появиться японские патрульные самолеты. И только 20 января, после шестидневного подводного плавания, Гренфелл решился всплыть на поверхность в дневное время. Казалось, что дальнейший переход должен пройти без приключений.

25 января на "Гаджоне" перехватили радиосообщение, которое заставило снова принять меры для повышения боевой готовности. Радиостанция военно-морской авиационной базы на атолле Мидуэй передала оповещение об обнаружении трех японских подводных лодок. Заканчивая патрулирование и собираясь возвратиться на свою базу, японские лодки перед уходом нередко обстреливали объекты на побережье атолла. Когда же одна японская лодка на прощание подвергла Мидуэй артиллерийскому обстрелу в ночь на 25 января, у командующего американскими подводными силами кончилось терпение. Он радировал Гренфеллу, что ему может встретиться японская подводная лодка и что в данном районе нет ни одной американской подводной лодки.

Утром 27 января Гренфелл решил весь день идти в подводном положении. В смертельной борьбе одной подводной лодки против другой, подобно поединку в темноте, победу одерживает тот, кто первым обнаружит своего противника, не будучи обнаруженным сам. В 09.00 гидроакустик доложил, что слышит шум винтов на носовых курсовых углах левого борта. Лейтенант Лайон, стоявший на вахте у перископа, навел его по указанному направлению. Увидев на поверхности подводную лодку, быстро идущую встречным курсом, Лайон скомандовал:

- Боевая тревога! Все носовые торпедные аппараты товсь! Опустить перископ!

Перископ еще не успел опуститься в шахту, а Гренфелл уже был в боевой рубке. Менее чем через минуту группа управления огнем заняла свои места; Дорнин встал у торпедного автомата стрельбы. События разворачивались очень быстро.

- Поднять перископ!

- Пеленг! Триста двенадцать!

- Дистанция! Двадцать один кабельтов?

- Опустить перископ!

- Курсовой угол цели - сорок пять левого борта.

Всю эту информацию Дорнин сразу же вводил в торпедный автомат стрельбы. Судя по шумам, скорость вращения винта подводной лодки противника составляла 240 оборотов в минуту, что соответствовало, скорости хода 16,5 узла, но японская подводная лодка шла почти против довольно сильной волны, поэтому Гренфелл оценил фактическую скорость цели равной 15 узлам. Согласно показанию торпедного автомата стрельбы расстояние до курса цели равнялось почти десяти кабельтовым. Гренфелл решил изменить свой курс на 20° по направлению к цели, чтобы ускорить атаку. Для других маневров не оставалось времени. Он еще дважды осмотрел цель в перископ, сверяя дистанцию и пеленг с данными, полученными от торпедного автомата стрельбы, и затем, спустя семь минут после первого контакта, скомандовал:

- Последний пеленг! Аппараты товсь!

В перископ Гренфелл отчетливо увидел на мостике лодки шесть человек. Освещаемая яркими лучами солнца, она, как и "Гаджон", шла вперед, возвращаясь домой после длительного патрулирования. В носовой части впереди боевой рубки, было видно артиллерийское орудие.

- На пеленге!

- Залп!

- Первый аппарат - пли! Второй аппарат - пли! Третий аппарат - пли!

Гренфелл наблюдал, как торпеды отделились от лодки и повернули на установленный на гироскопическом приборе угол, чтобы следовать по заданному курсу. Казалось, все шло хорошо.

При стрельбе торпедами по подводной лодке противника всегда испытываешь большее эмоциональное напряжение, чем при стрельбе по кораблю любого другого класса. Может быть, бдительный противник тоже уже выстрелил свои торпеды, которые устремились в направлении твоего корабля.

На "Гаджоне" все замерли в напряженном ожидании. Из-за сильного волнения было трудно удерживать заданную глубину хода. Гренфелл наблюдал за торпедами три четверти их пути. Позже внутреннее напряжение у каждого из находящихся в центральном посту было настолько велико, что на какое-то время был потерян контроль за глубиной лодки, и перископ скрылся под водой. Через 81 секунду после выстрела все находившиеся в лодке отчетливо слышали два взрыва, а еще через 30 секунд, когда Гренфеллу удалось поднять перископ, подводной лодки противника он уже не увидел. Когда реверберация от взрывов улеглась, не стало слышно и шума винтов. Помня о том, что в данном районе находились и другие японские подводные лодки, "Гаджон" оставался в подводном положении до конца дня. Гренфелл был уверен, что потопил японскую лодку.

Доказательств попаданий в подводную лодку было не больше, чем доказательств попаданий в атакованный раньше грузовой транспорт, но судьба боевых кораблей известна. В японских документах на этот счет имеются исчерпывающие сведения. Судя по ним, японская подводная лодка "I-73", патрулировавшая в водах Гавайских островов, пропала без вести после 27 января. Ее, несомненно, потопил "Гаджон".

Последующий переход "Гаджона" протекал без приключений. Когда лодка прибыла в Пирл-Харбор, подводники узнали много нового о ходе войны. Они с интересом познакомились с военными сводками, которые были недоступны им в удаленном районе океана. Новости из Филиппин и Голландской Индии были одинаково плохие, за исключением сообщений (им тогда верили) о тяжелых потерях наступавших японских войск. На фоне этих событий успехи "Гаджона" казались незначительными, и чем выше были командные инстанции, тем критичнее отнеслись они к действиям этой подводной лодки.

На боевой счет "Гаджона" было отнесено потопление подводной лодки и транспорта водоизмещением 5000 тонн. Японских документов, подтверждающих потопление транспорта, не имеется, и, скорее всего, попаданий в него не было. К тому времени, когда "Гаджон" вернулся в Пирл-Харбор, американские подводные лодки потопили четыре японских транспортных судна в районе Филиппин и три - у берегов Японии, но значение потопления "Гаджоном" японской подводной лодки было либо не понято, либо недооценено. Подводная лодка "I-73" оказалась первым боевым кораблем, потопленным американской подводной лодкой.

Глава II. Подводная лодка "S-38"

Подводные лодки типа "S" были устаревшими лодками прибрежного действия и, в отличие от океанских лодок, имевших названия, обозначались только буквой "S" и бортовым номером. Для подводной лодки "S-38", базировавшейся на Манилу, и для ее командира лейтенанта Чэппла, начало войны было совсем не таким, каким оно было для "Гаджона" и его командира Гренфелла. "S-38" не нужно было пройти 3000 миль, чтобы найти цель для атаки. Цели сами находили ее.

В 03.45 8 декабря (в Пирл-Харборе в это время было 09.15 7 декабря) адмирал Томас Харт, командующий Азиатским флотом США, передал по радио приказ: "Япония начала войну. Действовать самостоятельно, в соответствии с обстановкой". Четырнадцатью минутами позже во втором приказе он уточнил: "ПОДВОДНЫМ ЛОДКАМ И АВИАЦИИ ВЕСТИ НЕОГРАНИЧЕННЫЕ БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ".

Для "S-38", как и для большей части других подводных лодок из числа тех 29, которые базировались на Манилу, приказ "действовать самостоятельно, в соответствии с обстановкой" означал: немедленно следовать в назначенный район патрулирования. Некоторые подводные лодки уже находились в отведенных им районах. Для лодок типа "S" районы патрулирования находились в прибрежных водах Филиппинских островов. Когда "S-38", отправляясь в свое первое с начала войны патрулирование, проходила мимо острова Коррехидор, высокие скалы острова-крепости зловеще вырисовывались над проливом. Войдя в Южно-Китайское море, Чэппл подвернул несколько южнее, к проливу между островами Лусон и Миндоро. В этом проливе "S-38" предстояло патрулировать. Район этот находился неподалеку от Манильской бухты, в хорошо знакомых Чэпплу водах, где "S-38" часто проводила торпедные стрельбы и ходовые испытания. Гидроакустикам "S-38" брачный щебет креветок у здешних рифов был так же хорошо знаком, как шум на улицах Манилы. Однако красивый в мирное время фосфоресцирующий свет кильватерной струи теперь представлял опасность для лодки, так как выдавал ее присутствие в этих водах.

В течение нескольких дней патрулирование "S-38" ничем не отличалось от подобных выходов в мирное время. Радио приносило тревожные вести: подавлена оборона Филиппинских островов; Манила подверглась бомбардировке; разрушена военно-морская верфь Кавите; японцы высаживают морские десанты; зловещая и катастрофическая потеря английских кораблей "Рипалс" и "Принс ов Уэлс" у побережья Малайи. В такой обстановке было сомнительно, что Манила когда-нибудь снова станет райским местом для отдыха экипажей и пополнения запасов. Но пока война обходила стороной район, выделенный для "S-38".

Строительство лодки "S-38" конгресс одобрил в 1918 году, но построена и введена в строй она была лишь в 1923 году. В ее конструкции были учтены уроки первой мировой войны; на ней имелись все технические устройства, которые считались вполне современными. Согласно формуле сравнительной оценки кораблей военно-морского флота, принятой на морской конференции по разоружению в 1922 году, подводная лодка, прослужившая тринадцать лет, считалась устаревшей. С тех пор как для "S-38" этот срок истек, прошло уже пять лет.

Подводная лодка "S-38" имела длину 66 метров, ширину - 6 метров и водоизмещение в надводном положении - 800 тонн. Ее два дизеля, каждый мощностью 600 л. с., были построены еще в то время, когда такие двигатели являлись редкостью. Тяжелые и тихоходные, они обеспечивали подводной лодке максимальную скорость хода в надводном положении - 14 узлов при чистой подводной части корпуса лодки и при попутном ветре, но, как правило, лодка с трудом могла развивать скорость 11-12 узлов. Правда, под водой "S-З8" могла идти под электромоторами в течение одного часа со скоростью 11 узлов, в то время как более современный и более мощный "Гаджон", имевший большее водоизмещение, мог идти под водой лишь с 8-узловой скоростью, Естественно, "S-38" не могла пересечь Тихий океан для боевого патрулирования и возвратиться затем назад. Считалось, что предел ее автономного плавания составлял около 30 суток. Автономность этой лодки ограничивали не запасы топлива, провизии и воды, а способность экипажа вынести длительное пребывание в море.

"S-38" была вооружена 100-мм орудием, которое находило: очень ограниченное применение. Лодка имела четыре торпедных аппарата в носовой части и ни одного в кормовой; помимо четырех торпед, находящихся в аппарат тах, на стеллажах в торпедном отсеке могли быть размещены еще восемь запасных торпед. Торпеды были более устаревшего типа, чем те, которые использовались на эскадренных подводных лодках. Торпеды "Мк-10", состоявшие на вооружении подводных лодок типа "S", имели примерно такую же давность, как и сами лодки. Скорость их была на 10 узлов меньше, чем у торпед подводной лодки "Гаджон", а максимальная дальность хода составляла около 12 кабельтовых против 22 кабельтовых на полной скорости торпед "Мк-14". Однако многие тогда не знали, что торпеды на лодках "S" имели одно неоценимое преимущество по сравнению со своими более современными конкурентами: если они попадали в цель, наверняка взрывались. Новейшие же торпеды "Мк-14" с магнитным взрывателем часто не удовлетворяли этому самому элементарному требованию. Ночью 12 декабря командир лодки обнаружил первую цель. "S-38" шла в надводном положении. Было решено из этого положения атаковать обнаруженный транспорт. Однако ночью трудно определить дистанцию и пеленг на цель. К счастью, в данном случае задача определения исходных данных оказалась самой элементарной, так как цель неподвижно стояла у острова. Пользуясь тем, что "S-38" была в темной части горизонта, Чэппл сокращал расстояние до цели, пока не появилась опасность быть замеченным с транспорта. Затем Чэппл осторожно направил лодку точно на цель.

- Первый аппарат - пли!

Чэппл почувствовал характерный толчок, когда торпеда вышла из аппарата. Под бархатной поверхностью моря появился слабый фосфоресцирующий след, и по направлению к цели протянулась светящаяся линия. Неожиданно в конце этой линии вспыхнул красный столб взрыва.

- Погружение! Погружение! - приказал Чэппл, спускаясь в люк.

"S-38" должна была переждать опасность на глубине. Когда стало ясно, что ответных действий против нее не предпринимается и вблизи нет никаких других кораблей, Чэппл приказал всплыть на поверхность. "S-38" прошла мимо плавающих обломков потопленного судна; никто из ее экипажа ни на минуту не сомневался, что они с первого же выстрела попали в японский транспорт. Однако после войны не было найдено никаких документов, подтверждающих потопление судна в этом районе и в это время.

Следующее боевое столкновение имело место вечером 21 декабря. Подводная лодка "Стингрей", которой было приказано охранять вход в залив Лингаен, донесла, что ею обнаружены вошедшие в залив японские силы вторжения. В течение сорока лет считалось само собой разумеющимся, что при вторжении на Филиппинские острова морской десант должен быть высажен в заливе Лингаен с обходом фортов, охраняющих вход в Манильскую бухту, в которой находилась эскадра Девью. Силы вторжения, высадившись в заливе Лингаен, могли развернуть широкое наступление через плодородную равнину прямо на Манилу. Но хотя японцы появились как раз там, где их все время ждали, сил, которые могли бы им противодействовать, здесь не оказалось.

Японские транспорты и десантные суда поддерживались всей мощью японского 2-го флота. Слабые надводные силы Азиатского флота США, а после потопления английских - линейного крейсера "Рипалс" и линкора "Принс ов Уэлс" - и все надводные силы союзников на Дальнем Востоке оказались бы для противника легкой добычей. Самолеты, которые предназначались для борьбы против высаживающихся на плацдарме японцев, были сбиты в воздухе или уничтожены на земле. Единственной силой, которая могла помешать японцам в осуществлении их тщательно разработанных планов были подводные лодки Азиатского флота США.

Помимо "Стингрея" в этом районе находились еще четыре подводные лодки, которые могли быстро достигнуть залива Лингаен, чтобы успеть помешать высадке японцев. Командующий подводными силами Азиатского флота Уилкс, находясь в Маниле, приказал командирам всех пяти подводных лодок проникнуть в залив Лингаен и атаковать силы вторжения. Шансы на успех были весьма незначительны, и Уилкс знал это, но подводные лодки "Стингрей", "S-38", "S-40", "Сори" и "Сэмон" устремились к заливу. В заливе Лингаен подводным лодкам действовать трудно. Небольшие глубины, ограниченная акватория, изобилие рифов и мелей сильно препятствовали маневрированию лодок. Вход в залив легко можно было блокировать патрульными судами. Японцы, конечно, ждали здесь противодействия со стороны подводных лодок и подготовились к встрече с ними.

В 19.30 21 декабря 1941 года Чэппл получил по радио приказ оставить назначенный ему район патрулирования, перейти в залив Лингаен и атаковать там японские транспорты, с которых производилась высадка войск. Чэпплу не надо было изучать карту, чтобы уяснить поставленную задачу: он хорошо знал Лингаен и подходы к нему. Первая задача состояла в том, чтобы прорваться в залив днем. На северо-восток от мыса Болинао на протяжении десяти миль тянулся коралловый риф. Суда, входившие в залив, старались далеко обходить этот риф и обычно держались восточной половины входного фарватера. "S-38" предстояло пройти на север вдоль побережья острова Лусон, пройти Манильскую бухту и бухту Субик и обогнуть оконечность рифа еще до погружения на рассвете.

"S-38" следовала на северо-восток до тех пор, пока Чэппл не убедился, что рифы пройдены. Затем он повернул и пошел на юг. Все навигационные огни на острове Лусон оказались выключенными, поэтому точно определить местоположение лодки было невозможно. Чэппл обошел северо-восточную оконечность рифа, что вполне осуществимо, если посчастливится не наткнуться на какую-нибудь скалу или на высокий коралловый риф. Пройдя таким образом, Чэппл мог бы миновать японские эсминцы, патрулировавшие в этом районе. Как бы там ни было, "S-38" оказалась единственной подводной лодкой, которой удалось пройти в залив. Три другие лодки встретили японские эсминцы, которые помешали им войти в залив.

Перед рассветом "S-38" погрузилась и начала разведку в заливе, чтобы выявить, какую добычу здесь можно найти. В 06.15 было уже достаточно светло, чтобы вести наблюдение в перископ.

В это время через залив к району высадки направлялись четыре японских транспорта в охранении эсминцев, а когда они медленно подходили к пунктам высадки, их окружили несколько больших моторных катеров с глубинными бомбами на борту. В перископ глубинные бомбы, расставленные на корме катеров, казались большими, как домики, и было совершенно ясно, что только при большом везении лодка сможет пройти незамеченной и атаковать транспорты.

Но в одном отношении такая обстановка была выгодна Чэпплу: большое число движущихся кораблей охранения создавало так много шума, что японцы, вероятно, не смогли бы обнаружить медленное, пульсирующее биение винтов "S-38". Транспорты шли самым малым ходом, поэтому задача выхода на позицию, казалось, не представит труда при условии, конечно, что на эскортных кораблях не обнаружат перископ. Большой опыт, полученный во время учебных атак, когда следовали строгие нарекания, если лодка была обнаружена целью, позволил Чэпплу пойти на риск.

- Держать постоянную глубину тринадцать с половиной метров! - приказал он офицеру на посту погружения и всплытия.

Наблюдая за стрелкой глубомера, неподвижно стоявшей на одной отметке, и за носовым рулевым-горизонтальщиком, который почти не перекладывал рули, Чэппл перевел взгляд на командира поста погружения и всплытия и заметил, что тот нервно постукивает по ободку глубомера, как бы стряхивая стрелку, чтобы скорей уловить, в каком направлении она переместится. Офицер на посту погружения и всплытия перехватил взгляд командира и доложил:

- Глубина тринадцать с половиной метров, сэр!

Мельком взглянув на главные реостаты электромоторов, командир убедился, что лодка идет самым малым ходом и что перископ, когда он появится на поверхности, не оставит за собой заметного следа.

- Поднять перископ! - приказал командир и встал перед ним на колени.

Главный боцман нажал кнопку подъемного устройства перископа - и гладкая стальная труба заскользила вверх между протянутыми вперед руками Чэппла. Когда рукоятки перископа оказались на уровне его плеч, Чэппл откинул их в рабочее положение и приложил правый глаз к резиновому уплотнителю окуляра. Зеленая, темно-зеленая вода, как и должно быть на глубине 13,5 метра, если показания глубомера правильны, но сейчас лучше еще раз проверить, чем потом жалеть об этом. Не отрывая глаз от перископа, он повернул свою руку ладонью вверх, что означало "поднять еще". Главный боцман поднял перископ на 30 сантиметров. При перемещении окуляра голова Чэппла будто прилипла к окуляру, ибо следовала за ним. Все еще темно-зеленая вода. Боцман медленно поднимал перископ. Приходилось выпрямляться и командиру. Вода становилась светлее, и, когда наконец волна лениво перекатилась через головку перископа, в глаза Чэпплу резко ударил яркий солнечный свет, отраженный оптической системой перископа.

Чэппл поднял перископ над водой не более чем на 30 сантиметров, чтобы он мог сойти за рыбацкую веху, но у этой рыбацкой вехи можно было заметить стеклянный глаз, когда на него попадали солнечные лучи. Командир стал поворачивать перископ вправо и вскоре увидел транспортные суда. Он задержался только для того, чтобы запомнить, в каком строю они шли, и сразу же повернул перископ на 360°, чтобы осмотреть весь горизонт во избежание неожиданностей.

- Опустить перископ! - приказал Чэппл. - Отряд из четырех транспортных судов следует к берегу для высадки, - обратился он к помощнику, ведущему расчеты для выхода в атаку. - Они идут самым малым ходом. Похоже, что собираются становиться на якорь. В охранении - два эсминца, по одному с каждого борта, на носовых курсовых. Моторные катера - внутри охранения. Я сейчас еще раз посмотрю и дам исходные данные.

Он осторожно снова поднял перископ и определил дистанцию и курсовой угол. Затем рискнул на мгновение поднять перископ на высоту 1,2 метра, чтобы получше рассмотреть все транспорты, и быстро опустил его в нижнее положение.

- Оба средний вперед! - приказал он.

Чэппл хотел немного сблизиться с транспортами и быстрее занять позицию для залпа. Чем больше времени он тратил на маневрирование, тем больше была вероятность, что что-нибудь помешает успешному решению задачи. Нужно было атаковать как можно скорее, но перед тем как у него созрел окончательный план действий, он перебрал в уме тысячу возможных вариантов.

- Четыре транспорта в строю кильватера, - сказал Чэппл помощнику. - Идут со скоростью около пяти узлов. Я выпущу одну торпеду по первому на курсовом сто десять правого борта, потом отверну влево и выпущу по одной торпеде в каждый следующий транспорт в той последовательности, в какой они идут. Ты рассчитаешь в промежутках между выстрелами новый угол для каждой торпеды. Глубина хода для всех торпед - три и шесть десятых метра. Они должны пройти под кораблями охранения и попасть в днище транспортов. Подготовить к стрельбе все аппараты!

Чэппл еще раз поднял перископ, чтобы проверить исходные данные, и решил, что в следующий раз поднимет его уже для залпа. Чтобы произвести четыре торпедных выстрела в быстрой последовательности по четырем, отдельным целям, требовалась четкая и быстрая работа на всех постах подводной лодки, но Чэппл был уверен в своем экипаже. А четыре потопленных им транспорта должны были в какой-то степени расстроить японские планы вторжения на остров Лусон.

- Перископный угол - двенадцать градусов, - доложил помощник, ведущий расчеты для выхода в атаку.

На секунду его спокойный голос рассердил командира. "Понимает ли этот самоуверенный юнец, что это совсем не учебные стрельбы. Или же он просто старается казаться спокойным?" - подумал он.

- Поднять перископ! - Чэппл удивился, услышав, что его голос звучит так же спокойно, как и голос помощника. Может быть, они оба старались казаться спокойными. Командиру внушал уверенность хорошо отработанный для подобных случаев порядок действий. Он проверил высоту перископа над поверхностью и вместе с главным боцманом установил перископный угол. После того как рукоятки перископа коснулись его влажных ладоней, время, затрачиваемое им на каждое последующее действие, стало значительно меньшим, и все встало на свои места. Ему казалось, что нервы его сплелись с телефонным кабелем, связывающим центральный пост с торпедным отсеком, а неторопливое биение гребных винтов звучало в унисон с ударами его сердца. Мозг помощника, который делал сейчас необходимые расчеты, стал частью его собственного сознания; а его глаза частью перископа, поднявшегося над поверхностью воды. Слева в поле зрения перископа был виден первый транспорт. Чэппл проверил установку перископного угла, легким постукиванием по рукоятке подправил его и скомандовал:

- Первый аппарат - товсь!

Перекрестие нитей перископа медленно приближалось к цели и вскоре вошло в ее контур. Когда вертикальная нить достигла дымовой трубы, командир скомандовал:

- Первый аппарат - пли! Лево руля двадцать градусов!

Выстреливать торпеды на повороте трудно, но Чэппл должен был повернуть в сторону следующей цели, иначе она не скоро попала бы на перекрестие. Первый транс-порт медленно шел своим курсом. Чэппл увидел на его палубе японских солдат, готовых к высадке.

Черт возьми! Цель приближалась к перекрестию слишком медленно. Взглянув на репитер компаса, Чэппл убедился, что подводная лодка еще не начинала поворота. "S-38" всегда отличалась неповоротливостью. На малом ходу она плохо слушалась руля. Командир опять прильнул к перископу. Теперь цель приближалась быстрее.

- Второй аппарат - пли!

Главный боцман показал ему секундомер. Пятнадцать секунд.

- Прямо руль!

Менее чем за минуту он произвел четыре прицельных выстрела. И все это время перископ, как веха, возвышался над водой. После выхода из аппарата последней торпеды Чэппл, не останавливая секундомера, приказал погрузиться на 30 метров. Секундная стрелка отсчитала 60 секунд и начала второй круг. Время хода первой торпеды до цели - 62 секунды. Они уже истекли. Надежда на попадание исчезала по мере неумолимого перемещения кончика секундной стрелки. Четыре выстрела и ни одного попадания!

- Самый полный! Право на борт!

Теперь экипажу "S-38" представилась возможность узнать, что значит подвергнуться атаке глубинными бомбами.

Очень немногим американским подводникам довелось слышать взрыв глубинной бомбы - пробел в подготовке, который японцы были готовы восполнить. Их эсминец приближался подобно экспрессу. Гидроакустику не было необходимости докладывать о шуме винтов: корабль промчался над их головами, словно железнодорожный состав по мосту. Эсминец миновал местонахождение лодки и сбросил глубинную бомбу неточно: она взорвалась на значительном расстоянии по левому борту. В это время какой-то японский эскортный корабль где-то вдали рьяно атаковал призрачного противника и отвлек этим внимание всех других кораблей от затаившейся в стороне "S-38". Глубинные бомбы начали рваться одна за другой, однако недостаточно близко, чтобы причинить вред "S-38", и когда бомбометание прекратилось, весь залив оказался настолько заполненным шумами эха, водоворотов и перемещающихся масс воды, что ничего другого услышать было нельзя. Японцы пытались нащупать лодку с помощью ультразвукового эхолота. Дикие звуковые сигналы, испускаемые этими приборами с японских эсминцев, отражались от дна моря и от границ взаимно перемещающихся масс воды. Их эхо реверберировало в водах залива подобно звуку от ударов камней, которые бросают в глубокий колодец. Воспользовавшись этой какофонией^ "S-38" Ускользнула от преследователей.

Оторвавшись от японских кораблей, Чэппл решил перезарядить торпедные аппараты, чего нельзя было сделать раньше: корабли противника могли бы засечь неизбежный при этом шум. После этой неудачи Чэппл считал себя обязанным повторить атаку, хотя хорошо знал, что против находящегося в полной боевой готовности противника сделать это будет намного труднее. Чэппл предположил, что японцы отобрали или специально построили суда с малой осадкой, чтобы получить возможность подойти на них как можно ближе к берегу в этом мелководном заливе. Этим, очевидно, и объяснялось то обстоятельство, что торпеды не попали в цель, а когда Чэппл вспомнил, насколько несложной была стрельба по медленно идущим транспортам, эта догадка переросла у него в уверенность: только этим и можно было объяснить постигшую его неудачу. Чтобы сработали контактные взрыватели, торпеды должны были попасть в борт корабля, а если глубина их хода была больше осадки транспортов, торпеды прошли под ними, не причинив судам никакого вреда. Поэтому Чэппл приказал зарядить торпедные аппараты четырьмя новыми торпедами и установить на этот раз глубину хода 2,7 метра; "S-38" развернулась и снова пошла в атаку.

Теперь Чэппл решил следовать прямо к месту стоянки транспортных судов противника до тех пор, пока не обнаружит цель. Было около 08.00, когда он заметил стоящий на якоре транспорт. Его окружала целая флотилия моторных катеров с глубинными бомбами на борту, а на палубах транспорта стояли группы людей, готовых к высадке. Чэппл подкрался поближе, чтобы не промахнуться. В 07.58 с дистанции 540 метров он выстрелил две торпеды.

Чэппл наблюдал, как торпеды пошли по заданному курсу, оставляя белые пузырящиеся следы, прямые, как стрелы. Когда прошло 30 секунд, он увидел водяной гейзер, взметнувшийся у борта цели и поглотивший ее. Взрыв слышали во всех отсеках подводной лодки.

- Погружение! Глубина - двадцать четыре метра!

Когда лодка погружалась, подводники услышали, как взорвалась вторая торпеда. Не было необходимости уверять кого-либо на "S-38", что их торпеды попали в цель.

"S-38" оказалась теперь в трудном положении. Стремясь приблизиться к цели, Чэппл привел лодку на мелководье. Для маневрирования под водой здесь была слишком малая глубина, а на поверхности два японских эсминца пытались засечь лодку с помощью своих ультразвуковых эхолотов. Чэппл сманеврировал так, чтобы оставить своих преследователей за кормой и стал бесшумно ускользать, прижимаясь к дну. В течение двух часов они вели эту смертельную игру в "кошки-мышки".

- Заполнить цистерны вспомогательного балласта! -приказал командир поста погружения и всплытия.

Он стремился увеличить отрицательную плавучесть лодки и не дать ей возможности всплывать. Чэппл наблюдал, как он пытался удержать подводную лодку на заданной глубине, но, несмотря на его старания, "S-38" медленно, но неотвратимо всплывала. Носовые горизонтальные рули были установлены на полный угол погружения, и все же лодка продолжала всплывать. Такое положение было настолько необычным, что потребовалось какое-то время, чтобы выйти из него. "S-38" буквально ползла по крутому дну залива, поднимая ил. Винты толкали лодку вперед, но, поскольку глубина уменьшалась, подводная лодка, не слушаясь рулей, всплывала. Для маневрирования не оставалось никакой возможности, так как глубомер показывал только 14 метров. "S-38" оказалась в ловушке, застряв в иле на перископной глубине. Чзппл быстро приказал полностью заполнить цистерны вспомогательного балласта, чтобы придать лодке отрицательную плавучесть, достаточную для удержания ее на грунте, в противном случае течением ее могло отнести на мель.

Не имея возможности предпринять что-либо для своего спасения, подводники "S-38" ждали чуда, которое помогло бы им вырваться из этой западни. Через неравные промежутки времени над ними проходили небольшие суда. Потом прошел более крупный корабль, едва не задев боевую рубку.

На лодке были остановлены все механизмы. Переговаривались только шепотом. Все разулись и ходили по лодке босыми, чтобы не производить никакого шума. Боялись чихнуть или кашлянуть. Из-за небольшой течи в сальнике кормового торпедного аппарата в трюмах отсека гребных электродвигателей скопилась вода. Откачивать ее не рисковали. На подводных лодках типа "S" клапаны вентиляции были пневматическими, а не гидравлическими. Из-за недостаточной герметичности воздушной магистрали в помещения лодки попадал воздух, постепенно повышая в них давление. Включить компрессор, чтобы понизить давление воздуха, подводники также не решались.

После выключения механизмов температура в отсеках понизилась до 27°, но по мере расходования кислорода процентное содержание двуокиси углерода быстро повышалось. Эти неотвратимые химические процессы в сочетании с повысившимся давлением оказывали на людей гнетущее действие. На лодке был небольшой запас специальной извести для поглощения двуокиси углерода в крайних случаях и некоторое количество кислорода в баллонах для использования при чрезвычайных обстоятельствах, однако пока лучшим выходом было бездействие. Следовало двигаться как можно меньше, просто неподвижно лежать и ждать, чтобы свести к минимуму деятельность организма. Японские эсминцы продолжали поиск, прослушивая эхолотами толщу воды иногда вдалеке от лодки, иногда подходя к ней ближе.

Солнце опустилось за горизонт. Луна взошла рано. К этому времени писк японских эхолотов прекратился. Когда ушел последний эсминец, "S-38" медленно отошла мористее, стараясь производить как можно меньше шума. К 21.00 она перешла в отдаленный район залива в его западной части, около островов Хандред, где движения судов не наблюдалось. В 23.00 Чэппл решил, что ок может рискнуть всплыть на поверхность.

- Открыть рубочный люк!

Старшина рулевых сразу же повернул кремальерный затвор, и крышка люка под действием избыточного внутреннего давления подскочила вверх, как на пружинах. К счастью, и старшина, и находившийся около него командир крепко держались за трап, иначе порыв воздуха прихватил бы их с собой, и они полетели бы за борт. Вертикальный воздушный поток в одном мощном порыве израсходовал всю свою энергию, и давление внутри "S-38" сравнялось с атмосферным. Чэппл поднялся на мостик и с тревогой стал всматриваться в темноту.

Когда Чэппл убедился, что вокруг ничего нет, он приказал начать зарядку почти полностью разряженной аккумуляторной батареи. Около 02.00 неподалеку от них несколько раз прошел моторный катер, и Чэппл прекратил зарядку, чтобы не был слышен шум работающих дизелей. Затем лодка дала ход и подошла еще ближе к островам Хандред. На расстоянии около мили от берега Чэппл встал на якорь на глубине 35 метров.

К рассвету батарея была заряжена не полностью, а запасы сжатого воздуха не восстановлены. Кроме того, экипаж лодки очень устал. Поэтому Чэппл решил, что лучше погрузиться, не снимаясь с якоря, и переждать на глубине, чем идти на риск нового боя, к которому "S-38" не была готова. Лодка оставалась на грунте весь день. Вскоре после захода солнца "S-38" всплыла и возобновила зарядку батарей. Через некоторое время снова появился патрульный корабль, и "S-38" пришлось срочно погрузиться. Только к 05.00 батареи были наконец полностью заряжены, а баллоны сжатого воздуха заполнены.

Около 05.00 "S-38" перешла в среднюю часть залива, чтобы еще раз попытаться найти цель для атаки. Противник, несомненно, был обеспокоен появлением в заливе американской подводной лодки, однако в этот момент в поле зрения перископа был виден только один эсминец, причем на большом расстоянии. Зато на горизонте появились шесть транспортов, державших курс на гавань, и Чэппл устремился им навстречу.

На лодке осталось пять торпед: четыре в торпедных аппаратах и одна запасная на стеллаже. Командир снова ненадолго поднял перископ, осмотрел цель и взял курс прямо на нее. Кораблей охранения вблизи не было. Вдруг неожиданно вблизи борта лодки раздался сильный взрыв. "S-38" погрузилась на 30 метров и уменьшила скорость хода, чтобы не создавать шума. Бомбы, вероятно, сбросил японский самолет, обнаруживший поднятый перископ. Так или иначе, но патрульные корабли противника, не теряя времени, приступили к поиску, чтобы установить контакт с лодкой, и им не потребовалось много времени на это.

Тщательный осмотр показал, что взрыв не причинил лодке фактически никакого вреда. Лишь в центральном посту были временно выведены из строя оба глубомера и магнитный компас. С полудня до захода солнца патрульные корабли преследовали "S-38". Иногда они сбрасывали очередную серию глубинных бомб, возможно, при получении контакта с лодкой или как превентивную меру. К счастью, в этой части залива глубина была значительно больше. Подводная лодка легла на грунт на глубине 54 метра, но патрульные суда противника разгадали ее маневр. После одной из атак, когда глубинные бомбы взорвались вблизи лодки, Чэппл подвсплыл на несколько метров и стал медленно перебираться на другое, более безопасное место. Вскоре после захода солнца лодка в подводном положении снова перешла к островам Хандред, держась на глубине 40 метров. Примерно за час до полуночи на этой глубине она наткнулась на мель и всплыла около островов Хандред.

Вскоре после всплытия Чэппл приказал провентилировать все помещения корабля. Чтобы на случай тревоги иметь как можно меньше открытых клапанов и горловин, аккумуляторные батареи вентилировались через дизельный отсек. Как только этот приказ стали выполнять, произошел взрыв в кормовой аккумуляторной группе{6}.

Когда Чэппл спустился с мостика в центральный пост, он увидел там двух сильно обгоревших матросов, которые выбрались из кормового аккумуляторного отсека. Быстро проверив личный состав, командир установил, что главный старшина-моторист Харбин находился в аварийном отсеке. На подводных лодках типа "S" батарея покрывалась плохо подогнанным деревянным настилом, на который, в свою очередь, накладывалась резина, а затем брезентовый чехол, закреплявшийся зажимами. Это и являлось рабочей палубой кормового аккумуляторного отсека, в котором находились камбуз, столовая для экипажа, две офицерские каюты, главный распределительный щит электроэнергии. Этот отсек использовался также для размещения некоторых вспомогательных механизмов. В результате взрыва палуба в отсеке превратилась в беспорядочное нагромождение обломков настила, кусков брезента, резины и разбитых механизмов.

Заглянув через приоткрытую дверь в кормовой аккумуляторный отсек, Чэппл ничего не увидел. В отсеке было полно дыма. Если в Харбине еще теплилась жизнь, его необходимо было вытащить оттуда, чтобы он не задохнулся. Чэппл повернулся к стоявшему рядом с ним старшине-электрику Баку и решительно сказал:

- Пошли!

Следом за Чэпплом двинулся Бак.

Они шли на ощупь по проходу между переборками офицерских кают. Путь этот был им знаком настолько, что они могли пройти по нему даже с закрытыми глазами. И все же идти было очень трудно. Обломки деревянного настила были нагромождены подобно паковому льду, а под ними находились оголенные соединительные клеммы под напряжением; неосторожно ступив, можно было попасть ногой или на клеммы, или в электролит. Дышать было трудно: воздух в отсеке смешался с дымом от горящей резины. Кроме всего прочего, и Чэппл, и Бак понимали, что взрыв может повториться: на вспученном палубном покрытии плясали голубые огоньки горящего водорода. И все же, несмотря ни на что, они нашли Харбина и перетащили его, правда с большим трудом, из аккумуляторного отсека в центральный пост.

Вентиляция со временем очистила воздух от дыма, и на лодке постепенно восстановили порядок. Из Манилы получили радиограмму. Когда её расшифровали, Чэппл узнал, что ему приказано выйти из залива Лингаен и вернуться в Манильскую бухту. Это распоряжение его устраивало. И хотя у него еще оставалось пять торпед, он мог рассчитывать только на половинную мощность аккумуляторной батареи. На борту лодки было трое тяжелораненых. У Харбина обнаружили перелом позвоночника. Во время очередной посадки на мель получил повреждения один из винтов. Каждый раз, как только лодка начинала двигаться, над нею появлялись японские корабли. Чэппл погрузился и взял курс на север, к выходу из залива.

На курсе лодки, впереди, вели поиск два японских эсминца. "S-38" снова пришлось уйти на глубину. Эсминцы прошли над лодкой курсом на восток. Затем, в 04.00, шум винтов лодки уловил более внимательный патрульный корабль противника. Глухие удары лопастей его винтов послышались прямо над головами подводников. Затем противник сбросил совсем близко серию из трех глубинных бомб. "S-38" продолжала идти на север. Обогнуть рифы вряд ли было возможно, поэтому Чэппл решил попытать счастья и проскочить где-нибудь между ними.

Эсминец неотступно следовал за лодкой и повторял все ее повороты и развороты, которыми Чэппл надеялся ввести противника в заблуждение. Непрерывно слышался жалобный писк его эхолота. При каждом обороте поврежденный винт лодки издавал ужасный шум. Поэтому в 09.30 Чэппл выбрал подходящее место и снова лег на грунт.

В этой части залива дно было неровное, с крутыми остроконечными подводными скалами. Опустившись на грунт, "S-38" попала на такую крутую банку, что стала скользить вниз на большую глубину.

Через" какое-то время глубомер показал 117 метров. Чэппл не решился прибегнуть к крайним мерам, чтобы всплыть, так как при этом лодка неизбежно производила бы шум. Лодки типа "S" испытывались на глубинах до 60 метров. Восемнадцать лет назад было произведено первое испытание "S-38" на этой глубине, и с тех пор она погружалась на такую глубину только несколько раз, после планового или капитального ремонта на военно-морских верфях. Когда в мирное время лодка погружалась на глубину до 60 метров, это превращалось в событие: ставились приборы для измерения давления, по всему кораблю располагались специалисты по технике, которые изучали деформацию и напряженность корпуса. Теперь же "S-38" находилась на глубине, почти в два раза превышающей ту, на которой она проверялась. Борта аккумуляторных ям, являвшиеся одновременно и верхней частью цистерны главного балласта, испытывали настолько большое давление, что деревянный палубный настил над ней вспучился. И все же корпус не разрушился и не дал течи. Заботливый уход за лодкой в течение восемнадцати лет не дал распространиться коррозии и раковинам на ее стальных плитах и на наборе корпуса.

К 14.00 Чэппл решил, что настало время принять решительные меры. Эсминец потерял след лодки и находился вдалеке. "S-38" продула цистерны и всплыла на поверхность.

Лодка находилась теперь северо-восточнее мыса Болинао, почти на рифах, и Чэппл решил пройти через них. Несколько позже он заметил на горизонте два эсминца, идущих в строю кильватера. Корабли находились на расстоянии 12 миль мористее рифа, к которому шла "S-38". Чтобы не обнаружить себя, Чэппл снова погрузился, но в это время лодка находилась на мелководье и коснулась кораллового рифа еще до того, как ее боевая рубка скрылась под водой. Не оставалось ничего другого, как всплыть и идти прежним курсом.

Маячившие на горизонте корабли изменили курс. Как выяснилось позже, за два эсминца были приняты высокие надстройки грузового судна. На нем подводную лодку или не видели или решили ее игнорировать. "S-38" продолжала пробираться сквозь рифы. В 16.30 лодка прошла рифы и оказалась в глубоких водах Южно-Китайского моря. "S-38" погрузилась и взяла курс к входу в Манильскую бухту.

5 января 1942 года главное управление вооружения сообщило командующему подводными силами Азиатского флота, что торпеды на подводных лодках типа "S" идут на 1,2 метра ниже устанавливаемой на них глубины хода. Это сообщение запоздало и потому уже не смогло повлиять на ход боевых действий в заливе Лингаен: четыре торпеды, выстреленные "S-38" по четырем транспортам противника, вероятно, прошли под ними. В том же случае, когда Чэппл зафиксировал попадание торпеды, был потоплен японский транспорт "Хайё-мару" водоизмещением 5445 тонн.

Плавучей базе подводных лодок "Канопус" потребовалось немало времени, чтобы отремонтировать "S-38". После ремонта она ушла на юг, к Малайскому барьеру{7}.

Глава III. Силы и средства

Командный состав

Командиры американских подводных лодок, которые к началу войны находились на. Тихом океане, получили образование в военно-морской академии в Аннаполисе и в школе подводного плавания в Нью-Лондоне. На подводных лодках типа "S" командирами были офицеры в звании лейтенантов, прослужившие десять-двенадцать лет после окончания военно-морской академии, а командирами эскадренных подводных лодок - офицеры в звании капитан-лейтенантов, прослужившие в офицерском звании четырнадцать-семнадцать лет, из них, как правило, половину на подводных лодках.

И в мирное, и в военное время командир подводной лодки должен быть опытным моряком и хорошим тактиком. Однако для успешного командования подводным кораблем во время войны он должен обладать и многими другими качествами. Учеба в мирное время предусматривает подготовку такого командира, который обладал бы большой эрудицией в области техники, хорошими теоретическими и практическими знаниями, мог бы самостоятельно, обращаться с большей частью сложных корабельных механизмов и приборов. Командир должен в совершенстве владеть всеми навыками наводчика орудия, рулевого-горизонтальщика и других специалистов. В глубине души он должен быть уверен, что после небольшой практики сможет выполнять работу почти любого человека на корабле. Командир должен нести ответственность за каждое решение, принятое на борту корабля, которым он командует. Ведь при существующей системе продвижения по службе одна серьезная ошибка может повредить его дальнейшей карьере.

В военное время командир, который полагает, что он обязан все время находиться на мостике и руководить всем и вся, очень скоро выбивается из сил и терпит неудачу в деле воспитания у подчиненных самостоятельности. Командир боевого корабля должен руководить творчески, так, чтобы подчиненные ему офицеры усвоили основные принципы и им можно было предоставить определенные права и возложить на них некоторую ответственность. Именно такая цель ставилась командирам кораблей при отработке задач боевой подготовки в мирное время, но ни на одних учениях офицерам не приходилось подвергаться таким суровым испытаниям, как на войне.

Офицерский состав

К началу войны большинство офицеров подводного флота являлись выпускниками военно-морской академии. Те из них, кто еще не дослужился до командира корабля, продвигались по служебной лестнице с задержкой на несколько лет. Незадолго до начала войны в подводный флот начали прибывать молодые офицеры запаса. Многие из них прошли курс по университетским программам подготовки офицеров запаса военно-морских сил. Как и выпускники военно-морской академии, все те, кого отбирали для службы на подводных лодках, были добровольцами. Некоторые командиры лодок предпочитали этих молодых резервистов молодым кадровым офицерам, полагая, что им легче будет приспособиться к самым непредвиденным ситуациям, поскольку они еще не успели привыкнуть к особенностям морской службы в мирное время. В действительности особого различия между офицерами этих двух групп не было. Очень немногие молодые офицеры, пришедшие на подводные лодки с началом войны, достигли необходимого уровня для занятия должности командира лодки до ее окончания.

Офицерский состав подводных лодок не всегда комплектовался только добровольцами. В 20-х годах многие офицеры в приказном порядке были переведены на подводные лодки, хотя, возможно, некоторые из них предпочитали служить где-нибудь в другом месте. В английском военно-морском флоте, как и в американском, придерживались мнения, что наибольшего развития подводные лодки достигли в германском флоте периода первой мировой войны. С тех пор, как они считали, совершенствование гидроакустических приборов для обнаружения подводных лодок, большой радиус действия авиации при противолодочном поиске и более эффективные средства борьбы с подводными лодками сделали роль подводного флота в войне очень незначительной. В результате в ходе первого послевоенного десятилетия привлекательность службы в подводном флоте резко упала. Молодой офицер охотно служил на подводной лодке в течение первого периода своей службы, так как это давало ему возможность рано проявить себя, но затем предприимчивый офицер решал, что лучше перейти туда, где служба считается более перспективной.

Однако к 1930 году положение изменилось. Хотя подводных лодок строилось мало, новые лодки типа "V" имели хорошие скорость хода, условия обитаемости и дальность плавания, и это свидетельствовало о том, что недооценка подводных лодок преждевременна. Гидролокатор, созданный как средство противолодочной обороны,, оказался потенциальным средством, которое могли использовать сами лодки; на нескольких крупных учениях флота были продемонстрированы потенциальные возможности подводных лодок. На флоте всегда имелось ядро молодых офицеров, стремившихся служить на подводных лодках, потому что здесь они сталкивались с необходимостью решать целый ряд технических проблем.

Развитие средств борьбы

Подготовленность к войне материальной части, как и личного состава, по-настоящему проверяется только в бою. Поэтому не удивительно, что в течение первых месяцев войны у различных систем оружия, которые подверглись значительному усовершенствованию за двадцать три года мирного времени, выявились дефекты. Пожалуй, наоборот, удивительно было то, что большая часть оборудования и механизмов оказалась хорошей.

Во время первой мировой войны конгресс одобрил строительство значительного числа подводных лодок, и в соответствии с этой программой в течение последующего десятилетия была построена 51 подводная лодка типа "S". Отличаясь друг от друга многими деталями, эти подводные лодки, как правило, имели надводное водоизмещение около 800 тонн и проектную скорость надводного хода 14 узлов, с которой большая часть их могла идти только в течение короткого времени.

Не обладая достаточно высокими показателями в части автономности, скорости хода и условий обитаемости для участия в длительных переходах в составе флота, они тем не менее сопровождали корабли флота во время маневров у берегов Панамы и Гавайских островов. Однако к 1925 году было официально объявлено следующее: "...опыт маневров показывает, что эти корабли не могут рассматриваться как удовлетворительный тип эскадренной подводной лодки..." Несмотря на то что к началу второй мировой войны лодки типа "S" отслужили свой срок и устарели, 23 из них активно участвовали в боевых действиях на Тихом океане, а многие действовали до конца войны.

Хотя конференция по разоружению 1922 года практически приостановила выполнение программы строительства подводных лодок в США, между 1924 и 1930 годами были построены шесть подводных лодок типа "V", из которых самыми крупными были "Аргонот", "Наутилус" и "Наруал". Надводное водоизмещение этих лодок составляло 2730 тонн и обеспечивало им достаточную автономность и необходимые условия обитаемости, но это были тихоходные и трудно управляемые при погружении лодки, что снижало их боевые качества. Последующие эскадренные подводные лодки имели меньшие размеры. Создание быстроходных дизельных двигателей и уплотнение компоновки внутренних устройств корабля дало возможность повысить скорость надводного и подводного хода и обеспечить достаточную автономность и необходимые условия обитаемости, что имеет существенное значение для ведения боевых действий на громадных просторах Тихого океана. К середине 30-х годов был разработан новый тип подводной лодки и налажено их серийное производство.

"Гаджон" - первая подводная лодка, которая вышла из Пирл-Харбора на патрулирование после 7 декабря{8}, была 211-ой по счету подводной лодкой США, построенной после "Холланда" - первой подводной лодки ВМС США, вступившей в строй в 1900 году. "Гаджон" была 48-ой эскадренной подводной лодкой, заложенной с тех пор. 39 из этих подводных лодок уже были в составе флота на Тихом океане, когда началась война, и еще 73 находились в различных стадиях постройки, испытаний и подготовки.

Корпусы подводных лодок типа "S" имели такой запас прочности, который позволял им погружаться на значительно большую глубину, чем та, на которой они испытывались. Некоторые эскадренные подводные лодки испытывались на глубине до 100 метров. Непрерывный прогресс в металлургии, в технике сварки и технологии производства подводных лодок также повлиял на увеличение запаса прочности этих лодок, и во многих случаях эскадренные подводные лодки могли при необходимости погружаться на глубину, более чем в два раза превышающую проектную. Большая часть эскадренных подводных лодок в крайних случаях, когда им приходилось уходить от сильного преследования, погружалась за предельную глубину и тем самым спасала себя. Такая прочная конструкция позволяла выдерживать атаки глубинными бомбами, которые при иных обстоятельствах могли оказаться роковыми.

Энергетические установки

Большая часть подводных лодок типа "S" имела тяжелые и тихоходные дизельные установки с пневматическим распылением топлива, у которых было множество мелких недостатков, но возникавшие неисправности относительно легко устранялись силами экипажа. На эскадренных подводных лодках ставились быстроходные бескомпрессорные двигатели, созданные научно-исследовательской организацией, которая создала тепловозы. Когда началась война, работы в этой области еще не были закончены и некоторые экспериментальные двигатели на американских подводных лодках пришлось заменить.

В период между двумя мировыми войнами силовые установки подводных лодок были усовершенствованы незначительно. Для работы двигателей под водой ничего существенно нового не было придумано до тех пор, пока голландцы не изобрели шноркель, который, в свою очередь, переняли и усовершенствовали немцы. На Тихом океане за всю войну подводные лодки обеих воюющих сторон ни разу не использовали шноркель. Перед самым началом войны на подводных лодках США стали применяться дистилляторы для опреснения соленой воды, действующие по принципу сжатия пара, и это решило одну из самых серьезных проблем снабжения подводных лодок во время их продолжительного патрулирования. Кондиционирование воздуха было другим большим преимуществом американских подводных лодок не только с точки зрения здоровья и удобства экипажа, но и с точки зрения повышения надежности работы электронных систем корабля.

Палубная артиллерия

Подводные лодки флотов всего мира имели палубные орудия, которые, конечно, могли стрелять только в том случае, если лодка находилась в надводном положении. В результате орудие могло использоваться только против невооруженного или слабо вооруженного противника. Подводная лодка является плохой орудийной платформой. Необходимость погружения серьезно затрудняет подачу боеприпасов к орудию и управление огнем. Кроме того, одно удачное попадание снаряда среднего калибра в подводную лодку может лишить ее способности погружаться, а если это случалось во время патрулирования в водах противника, лодке грозила гибель. Командир подводной лодки, который умышленно стал бы искать артиллерийской дуэли с кораблями противника, имеющими примерно равную артиллерию, поступил бы просто-напросто глупо. Под водой при наличии торпед хорошая подводная лодка подобна Давиду против любого Голиафа. На поверхности же она почти беззащитна.

Несмотря на эти соображения теоретического плана палубная артиллерия в боевых условиях использовалась довольно часто. Подводники нередко предпочитали в ясный солнечный день вести орудийный огонь, сопровождаемый неистовым грохотом, а не скрытно атаковать противника торпедами из подводного положения. Было много интересных случаев, когда артиллерия подводных лодок использовалась против кораблей или береговых целей, однако в целом для них, по-видимому, было бы лучше участвовать в войне без артиллерии. Главным оружием подводных лодок были торпеды.

Радиолокатор и управление огнем

В использовании радиолокатора американские подводные лодки, безусловно, занимали ведущее место. Впервые для военно-морского флота радиолокатор был разработан в 1933 году в военно-морской научно-исследовательской лаборатории, однако он не годился для практического применения непосредственно на кораблях до тех пор, пока англичане не создали магнетрон. К началу войны радиолокаторы только начали устанавливать на американских подводных лодках.

В промежутке между двумя мировыми войнами системы управления торпедной стрельбой претерпели радикальные изменения. На лодках типа "S" наводка производилась самой лодкой. Имелась возможность производить выстрел и под углом к ходу торпеды, но установка угла на гироприборе должна была производиться заранее вручную. На эскадренных подводных лодках торпедный автомат стрельбы вычислял углы установки гироскопа, а хитроумная система сервомеханизмов автоматически производила их установку, пока лодка маневрировала, занимая позицию для атаки. При такой системе управления на эскадренных подводных лодках торпеды, как правило, держали с установленными данными цели и тем самым в определенной степени исключали необходимость располагать подводную лодку по направлению стрельбы, что представляло собой очень трудную задачу и занимало много времени.

Торпеды

Все преимущества, о которых говорилось выше, сводились почти к нулю из-за плохих торпед. Вопрос о том, как это могло случиться, заслуживает более тщательного изучения, чем это было сделано до сих пор, поскольку подобное может повториться. Возможно, причина состояла в том, что слишком многие организации занимались этой проблемой, и в результате силы и средства распылялись. К. тому же сама по себе проблема эта очень сложная. Однако настоящие причины создавшегося положения, по-видимому, никогда не станут известны.

Торпеда "Мк-10", которая была на вооружении подводных лодок типа "S", представляла собой лишь немного усовершенствованный вариант торпеды времен первой мировой войны. Она имела диаметр 533 мм и полный вес около 1000 килограммов; стоимость ее составляла примерно 10000 долларов. Торпеды приводились в движение паром, образующимся при сжигании спирта в воздухе, который хранился под высоким давлением в воздушном резервуаре торпеды. В камере сгорания вода впрыскивалась в раскаленные газы, и образовавшаяся смесь газа и пара поступала на турбину, которая вращала винты торпеды. Специальные устройства автоматически удерживали торпеду на установленной глубине и на заданном курсе при ее движении со скоростью 36 узлов на максимальную дальность 3150 метров. Торпеды "Мк-10" имели боевое зарядное отделение, содержащее 180 килограммов тринитротолуола, который взрывался с помощью простого контактного взрывателя, срабатывавшего при попадании торпеды в цель.

Более современные эскадренные подводные лодки имели на вооружении торпеды "Мк-14". От торпед "Мк-10" они отличались большей длиной и весом, а также более мощной силовой установкой; во всем остальном они были сходны. Торпеды "Мк-14" могли развивать скорость 46 узлов при дальности хода 4050 метров и 31,5 узла при дальности хода 8100 метров. Более крупные зарядные отделения торпед "Мк-14" были приспособлены для установки магнитных взрывателей "Мк-6".

Независимо друг от друга, в строгой тайне и почти одновременно военно-морские флоты Германии, Англии и Соединенных Штатов разработали магнитные взрыватели для торпед. Эти взрыватели имели большое преимущество перед более простыми контактными взрывателями. Броневой пояс кораблей сводил к минимуму разрушения, вызываемые при попадании торпеды в борт. Для максимальной эффективности поражения торпеда с контактным взрывателем должна была попасть в небронированную часть корпуса, что оказывалось весьма трудным делом. Магнитные взрыватели были сконструированы таким образом, что срабатывали при изменениях магнитного поля земли под стальным корпусом корабля и взрывали зарядное отделение торпеды на расстоянии 0,3-3,0 метра от его днища. Считалось, что взрыв торпеды под днищем корабля наносит ему в два или три раза большие повреждения, чем такой же по мощности взрыв у его борта.

Взрыватель "Мк-6" весил около 40 килограммов и представлял собой сложную систему электронных и механических устройств, размещаемых в зарядном отделении торпеды. Эта система срабатывала при изменении магнитного поля, когда торпеда проходила под килем корабля-цели, а если торпеда попадала в борт, то система срабатывала как обычный контактный взрыватель. Во взрывателе и в зарядном отделении торпеды имелся ряд предохранительных устройств. Когда торпеда находилась в торпедном аппарате, зарядное отделение оставалось "небоеспособным" и обеспечивалось предохранение от случайного срабатывания при ударе или при взрыве глубинной бомбы противника. Когда торпеда выстреливалась и удалялась на безопасное расстояние, взрыватель автоматически переводился в боевое положение. На самом первом участке пути торпеда испытывала резкие изменения в скорости и направлении движения. Это могло привести к преждевременному взрыву торпеды. Поэтому перевод в боевое положение производился уже после того, как эти колебания скорости и направления прекращались и электронные схемы взрывателя прогревались.

Для торпеды "Мк-14" эта дистанция равнялась 400 метрам. Кроме того, взрыватель имел специальное устройство для предотвращения детонирования торпеды в случае близкого взрыва, например при выстреливании и попадании в цель двух или более торпед с небольшими промежутками времени между ними. В этом случае от ударной волны первого взрыва инерционный размыкатель последующих торпед срабатывал и блокировал их ударники, предотвращая тем самым взрыв этих торпед при прохождении ударной волны. Это устройство, кроме того, должно было блокировать ударник взрывателя, если торпеда при своем движении зарывалась слишком глубоко. К сожалению, магнитные взрыватели не всегда работали так, как нужно, и это являлось главной причиной неудачных торпедных атак.

Эффективность торпед с магнитными взрывателями не зависела от точности действительной глубины хода в такой степени, как это было у торпед с контактными взрывателями. Но это оказалось не преимуществом, а недостатком. Пренебрежение к поддержанию постоянной глубины хода, что было свойственно и немецким, и американским конструкторам торпед, привело к тому, что механизмы управления глубиной разрабатывались кое-как. Трудности американцев при применении этих взрывателей были так похожи на неудачи немцев, что проклятия Деница в адрес германского экспериментального института торпедного вооружения можно было с очень небольшими изменениями отнести и к конструкторам американских торпед.

Характеристики устройств регулирования глубины хода торпед и работу взрывателей экипаж подводных лодок не мог проверить в обычных условиях. На учебных стрельбах торпеды снаряжались учебными зарядными отделениями без взрывчатого вещества и взрывателей, а сами торпеды умышленно направлялись с такой установкой по глубине, при которой они проходили на безопасном расстоянии под целью во избежание повреждений торпед и корабля-мишени. Испытания взрывателя и устройств регулирования глубины хода торпеды проводились испытательной станцией. Главным образом из соображений экономии все эти испытания проводились в простейших, искусственно созданных условиях. Не были проведены испытания торпед с боевым зарядным отделением, со стрельбой по негодному для плавания кораблю вплоть до его потопления. Таким образом, было воспитано целое поколение подводников, ни разу не видевших и не слышавших взрыва торпеды.

За исключением магнитного взрывателя сомнительной ценности, за период между двумя мировыми войнами в конструкции американских торпед не было сделано никаких значительных усовершенствований. Исследования, касающиеся замены в торпедах сжатого воздуха кислородом, были успешно завершены в военно-морской научно-исследовательской лаборатории в начале 30-х годов. Через несколько лет та же лаборатория первой начала применять в торпедах перекись водорода. Однако ни одно из этих усовершенствований не вышло за рамки испытательных работ научно-исследовательской лаборатории и полигона для торпедных стрельб в Ньюпорте. Усилия сотрудников, работавших в этой области, были сосредоточены на разработке более простой конструкции парогазовой торпеды. В результате японский флот, имевший более ограниченный научно-исследовательский и технический потенциал, вступил в войну со значительно более совершенными торпедами, чем флот США.

Японский флот занимал ведущее положение и по умению налаживать взаимодействие между самолетами морской авиации и подводными лодками. 11 крупных японских подводных лодок были приспособлены для транспортировки легких гидропланов, которые использовались для ведения разведки. Несколько устаревших подводных лодок были специально оборудованы для до-заправки крупных гидросамолетов. Японцы далеко ушли вперед и по использованию сверхмалых подводных лодок, транспортируемых на палубе крупных подводных лодок. Для переброски сверхмалых подводных лодок были приспособлены пять подводных лодок типа "I".

По другим основным тактико-техническим характеристикам японские подводные лодки занимали более скромное место. Их лодки типа "RO", как и американские лодки типа "S", имели малую дальность плавания. А вот японские подводные лодки "I" уже могли преодолевать Тихий океан, патрулировать у западного побережья США и возвращаться на базу без дозаправки топливом. Япония начала войну, имея 14 подводных лодок типа "RO" и 46 подводных лодок типа "I". Глубина погружения некоторых устаревших лодок типа "RO" была ограничена 45 метрами, и этот недостаток обошелся им дорого, особенно при воздействии глубинными бомбами. Хотя японские подводные лодки поздней постройки были испытаны на глубине до 100 метров, они не могли сравниться с американскими лодками по прочности корпуса. Японские подводные лодки не имели радиолокатора почти до конца войны, но даже и тогда его конструкция оказалась несовершенной по сравнению с американским радиолокатором. Однако, учитывая превосходство их торпедного вооружения, можно с уверенностью сказать, что перед началом войны японские подводные лодки имели значительное преимущество.

Американцы были уверены в своем техническом превосходстве, но очень скоро поняли, что материальная часть и вооружение японцев не уступают, а в некоторых случаях даже превосходят американские образцы. Боевая мощь американского и японского подводных флотов была примерно одинаковой, насколько можно было судить об этом в то время, однако в достигнутых ими результатах имеется значительное несоответствие. Как и почему получилось такое несоответствие, остается неизвестным.

Глава IV. Стратегическая подготовка войны

Организация

Все подводные лодки США организационно были сведены в дивизионы подводных лодок, состоявшие каждый из четырех-шести лодок. Командиром дивизиона обычно был офицер в звании капитана 3 ранга. Он редко выходил в море на подводных лодках своего дивизиона и мало руководил их тактической подготовкой, за исключением тех случаев, когда назначался командиром "волчьей стаи".

Два или более дивизиона, базировавшихся на одной и той же базе, часто объединялись в эскадру подводных лодок, и ее командиром назначался офицер в звании капитана 2 ранга. Незадолго до начала войны две эскадры в Маниле были сведены в одно соединение подводных лодок, а в подводных силах Азиатского флота было упразднено звено командира эскадры.

В 1941 году ВМС США имели в своем составе три флота: Атлантический, Тихоокеанский и Азиатский. Каждый из этих флотов имел подводные силы, которые после нескольких незначительных изменений стали именоваться: подводные силы Атлантического флота, подводные силы Тихоокеанского флота и подводные силы Азиатского флота. Действия трех флотов координировались начальником штаба ВМС из Вашингтона. Командующего всеми подводными силами тогда не было. Командир каждого соединения подводных лодок подчинялся командующему флотом. Между тем согласованность действий подводных сил всех флотов имела большое значение для наиболее рационального решения широкого круга стоящих перед ними задач. Подводные силы Тихоокеанского флота и подводные силы Азиатского флота (позднее они стали именоваться подводными силами юго-западной части Тихого океана) были независимы друг от друга. Командир каждого соединения, не выходя за рамки директив своего командующего флотом, осуществлял непосредственное руководство подчиненными ему подводными лодками. Он отдавал приказы на патрулирование и руководил по радио действиями лодок. Подводная лодка, переходившая из одного соединения в другое, всегда имела строго определенные указания в отношении времени и места, в котором она оставляла одно соединение и входила в состав другого.

Помимо этой организации по флотам и по родам сил, военно-морские силы часто создавали в своем составе оперативные соединения, которые выполняли определенную задачу или участвовали в какой-нибудь операции. Оперативные соединения, как правило, обозначались номером и могли включать корабли различных классов. Некоторые оперативные соединения состояли в основном из подводных лодок, например 7-ое оперативное соединение в июне 1942 года. Оперативные соединения могли подразделяться на оперативные группы, а те, в свою очередь, на оперативные отряды; эти группы и отряды получали временные цифровые обозначения.

Неограниченная подводная война

Довоенные стратегические концепции подводной войны японских и американских военно-морских сил несколько различались. Оба флота планировали использовать подводные лодки преимущественно для обеспечения действий надводных сил. В их задачи входили прежде всего разведка, поиск противника и прикрытие основных сил флота. Предполагалось, что при выполнении этих задач подводные лодки будут придерживаться наступательной тактики: создавать завесы там, где должны проходить корабли противника, блокировать выходы из его баз, патрулировать на морских коммуникациях, наносить торпедные удары по крупным боевым и вспомогательным кораблям. Ни в том, ни в другом флоте не считали, что основной задачей подводных лодок будет борьба с торговым судоходством.

Подпись Соединенных Штатов стояла под Лондонским договором, который запрещал нападение подводных лодок на невооруженные суда, за исключением случаев, когда это требование фактически нельзя было выполнить. Многие офицеры-подводники думали, что в условиях войны, особенно против врага, который не будет считаться с подобными тонкостями, эта политика изживет себя; однако они считали, что для этого потребуется некоторое время, в течение которого командир подводной лодки будет находиться в трудном положении: его осудят, если он позволит кораблям противника уйти, за неспособность установить их действительное назначение; его осудят и в том случае, если он нарушит установленные договором ограничения. 7 декабря начальник штаба ВМС разослал телеграммы, в которых объявлялась неограниченная воздушная и подводная война. Это говорит о том, что политические и военные руководители были готовы предпринять смелые и решительные действия.

Американские подводные лодки не были подготовлены к неограниченной войне. Предвоенная боевая подготовка на подводных лодках основывалась на предположении, что положения договора должны скрупулезно соблюдаться (никто не мог придерживаться другого взгляда), и тактика действий подводных лодок поэтому приспосабливалась для атак быстроходных, хорошо охраняемых боевых кораблей. Казалось, что отработанные для таких целей тактические приемы могли быть легко изменены применительно к атакам более тихоходных и менее поворотливых торговых судов, однако осторожность, которая имела существенное значение в первом случае, являлась ненужным ограничением во втором, и поэтому, когда американские подводные лодки были переключены на борьбу с торговым судоходством, некоторое время ушло на разработку эффективных тактических приемов для решения этой новой задачи.

На учебных стрельбах в мирное время часто замечали, что подводные лодки, находящиеся на перископной глубине, отчетливо видны с самолетов, пролетающих над ними, и что поэтому самолетам не составляло труда направить свои надводные эскортные корабли для атаки подводной лодки. В результате соединение, прикрываемое с воздуха и охраняемое эсминцами, имело большое преимущество перед атакующей его подводной лодкой. В течение нескольких лет перед войной в боевой подготовке американских лодок упор делался на атаку из глубины по акустическому пеленгу. Полагали, что, если подводная лодка будет сближаться с соединением кораблей на перископной глубине, она вряд ли успеет атаковать противника прежде, чем сама будет уничтожена. В отчете по артиллерийским учениям 1940-1941 годов отмечалось, что атака с перископной глубины, когда известно, что самолет находится поблизости, не оправдана и противоречит тактике использования подводных лодок. Считалось, что при этих условиях подводная лодка может атаковать, не будучи сама обнаруженной, только с глубины 30 и более метров. Одного командира дивизиона, который разрешил своим подводным лодкам сближаться под перископом, строго предупредили, чтобы в будущем это не повторялось. В эскадре подводных лодок Азиатского флота командирам лодок, если они поднимали перископ во время учебных торпедных стрельб, грозило немедленное снятие с должности.

Даже когда атакующая лодка была на глубинах свыше 30 метров, ее шансы на успех считались незначительными. При проведении атаки только по шумовому пеленгу ожидалось, что одна из атак должна закончиться уничтожением самой подводной лодки. Как только эсминец, оборудованный гидроакустикой, устанавливал акустический контакт с атакующей лодкой, ее шансы на успех резко падали. Считалось, что в результате атак глубинными бомбами, которые наверняка должны последовать за установлением такого контакта, подводная лодка будет уничтожена в одном из четырех случаев. В то же время, если лодка сумеет избежать обнаружения, а сама будет слышать шум винтов цели, многие ее атаки будут успешными даже при движении цели на зигзаге.

Совершенно очевидно, что эффективность воздушного прикрытия и корабельного противолодочного охранения слишком переоценивалась. Учебные торпедные стрельбы, как правило, проводились в ясную погоду, а исходное местоположение подводной лодки было известно самолету, осуществлявшему прикрытие с воздуха. В водах большей части баз подводных лодок гидрологические условия были отличными, и эсминцы, которые часто привлекались в качестве кораблей охранения, получили значительно больший опыт, чем все остальные эсминцы, не имевшие такого опыта. Почему так полагались на сближение подводной лодки по акустическому пеленгу, понять трудно, но это должно послужить уроком насколько опасно делать преждевременные выводы по учебным стрельбам, проводимым в упрощенных условиях. Из 4873 атак американских подводных лодок, которые проанализировали после окончания войны, только 31 можно считать атаками по данным ГЛС, и ни одна из этих атак не была успешной.

В ВМС США очень мало внимания уделялось боевой подготовке в ночных условиях. Командование подводных сил не хотело делать это в мирное время, чтобы избежать потерь подводных лодок и их экипажей. Ночные торпедные атаки в условиях, приближенных к боевым, чрезвычайно опасны для затемненных подводных лодок, действующих вблизи больших быстроходных затемненных кораблей. Столкновения надводных кораблей и подводных лодок приводят, как правило, к гибели подводной лодки, большая часть членов экипажа которой остается в ней, как в ловушке. Когда война уже приближалась и когда стали учитывать наглядные уроки ночных атак германских подводных лодок в Атлантике, на эту сторону боевой подготовки подводных лодок стали обращать больше внимания.

Однако к началу войны на большей части американских подводных лодок не оказалось устройств для эффективного наблюдения за целью ночью с затемненного ходового мостика и для передачи данных в систему управления торпедной стрельбой. На военно-морской верфи США Мэр-Айленд был создан датчик пеленга цели, с помощью которого облегчалась задача взятия пеленга цели через бинокль с ходового мостика и передача данных в виде электрических сигналов в боевую рубку. Те немногие лодки, которые имели этот прибор, обладали значительным преимуществом по сравнению с остальными, на которых для этой цели имелись только грубые приборы, сделанные кустарным способом. Большинство командиров подводных лодок не имело опыта ночных атак и, самое главное, не понимало того тактического преимущества, которое дает им в ночное, время скорость надводного хода при атаке тихоходных торговых судов; это преимущество, конечно, терялось при атаке быстроходных боевых кораблей, тактика борьбы с которыми отрабатывалась в ходе боевой подготовки подводных лодок{9}.

Дислокация подводных лодок Азиатского флота

Задачи и дислокация подводных лодок на случай возникновения войны определялись военным планом союзников под условным наименованием "Рэйнбоу-5", Большая часть подводных сил американского флота (23 эскадренные подводные лодки и 6 лодок типа "S") базировалась на Манилу и подчинялась командующему подводными силами Азиатского флота (капитан 2 ранга Уилкс). 13 голландских подводных лодок, базировавшихся на Сурабае (остров Ява) в соответствии с планом "Рэйнбоу-5", должны были также выступить против японцев. Английских подводных лодок в декабре 1941 года на Дальнем Востоке не было.

По получении радиограммы от командующего Азиатским флотом о начале боевых действий американские подводные лодки должны были нарушить морские коммуникации японцев в соответствии с разработанным планом, вести патрулирование в стратегически важных районах в северной части Филиппинских островов и вблизи японских баз. Ожидалось, что подводные лодки должны будут продолжать базироваться на своих плавучих базах ("Холланд", "Отус" и "Канопус") в Манильской бухте. Ударное соединение в составе восьми подводных лодок должно было быть сконцентрировано в северной части Филиппин для нанесения удара по японским силам вторжения, как только те будут обнаружены. Имелось указание атаковать в первую очередь крупные боевые корабли, затем - в порядке важности - груженые транспорты, легкие силы противника и грузовые суда в балласте. Боевые действия предписывалось вести в соответствии с инструкциями для военно-морского флота (Лондонский договор), если не поступит других указаний.

В конце ноября 1941 года стало известно, что в район Юго-Восточной Азии направляются крупные японские силы, включая десантные войска на транспортах. Азиатский флот США в течение длительного периода находился в состоянии боевой готовности. Две подводные лодки ("S-36" и "S-39") уже находились на боевом патрулировании в назначенных районах. Подводные лодки "Силайэн" и "Сидрэгон" проходили капитальный ремонт на военно-морской верфи Кавите. На "Порпоиз", находившейся в Олонгапо (залив Субик), была произведена только половина работ по необходимому ремонту аккумуляторной батареи, который давно уже откладывался ввиду угрозы войны. Остальные подводные лодки Азиатского флота находились вблизи Манилы.

В 03.30 8 декабря (по манильскому времени), примерно через час после нападения Японии на Пирл-Харбор, подводные лодки начали принимать топливо, грузить запасы продовольствия и поодиночке уходить на патрулирование. Эскадренным подводным лодкам назначались районы около Такао, Пескадорских островов, восточного входа в Хайнаньский пролив, у южного побережья острова Хайнань, Французского Индокитая, залива Камранг и побережья Южного Вьетнама. Тем самым блокировались все входы и выходы из Южно-Китайского моря. Подводным лодкам типа "S" назначались районы в водах, омывающих северные Филиппинские острова. Вскоре в Манильской бухте остались только две подводные лодки, находившиеся на ремонте в Кавите, плавучие базы подводных лодок и ударное соединение из восьми подводных лодок.

Дислокация подводных лодок Тихоокеанского флота

Когда началась война, под командованием контр-адмирала Уитерса, командующего подводными силами Тихоокеанского флота, находилось 22 подводные лодки. Из них 6 лодок типа "S" базировались в Сан-Диего, а 16 эскадренных подводных лодок базировались на Пирл-Харбор. В зоне Панамского канала находилось еще несколько подводных лодок типа "S", подчинявшихся командующему подводными силами Атлантического флота. В соответствии с планом "Рэйнбоу-5" две лодки типа "S" в Сан-Диего ("S-18" и "S-23") в случае начала .войны должны были отправиться в Датч-Харбор (Аляска). Вскоре после начала войны шесть лодок типа "S" ушли из зоны Панамского канала в Австралию. Оставшиеся в Сан-Диего и Панаме подводные лодки обеспечивали боевую подготовку надводных кораблей по противолодочной обороне, и благодаря системе замены большая часть их принимала участие в боевом патрулировании, когда приходила очередь.

В соответствии с планами ведения войны эскадренные подводные лодки, базировавшиеся на Пирл-Харбор, должны были с началом войны начать патрулирование в назначенных районах у побережья Японии и вести разведку у Маршалловых и Каролинских островов. В течение последних месяцев перед началом войны из состава подводных сил Тихоокеанского флота две подводные лодки находились на патрулировании у атолла Уэйк и еще две лодки - у атолла Мидуэй. Основная задача этого патрулирования заключалась в том, чтобы дать подводным лодкам возможность накопить опыт по длительному патрулированию в условиях, приближенных к боевым. Эти лодки не поддерживали никакой связи с ближайшими базами и в дневное время находились под водой, чтобы оставаться незамеченными. Районы их патрулирования были выбраны исходя из того, что война скорее всего могла начаться с японских атак на удаленные американские базы.

Торпедные аппараты на этих лодках были всегда заряжены полностью подготовленными к выстрелу торпедами, а командиры лодок имели инструкцию не нападать на противника, пока они не будут атакованы первыми, даже если японские корабли войдут в районы их действий у атоллов Мидуэй и Уэйк.

7 декабря 1941 года "Аргонот" и "Траут" находились на таком патрулировании у атолла Мидуэй, "Тэмбор" и "Тритон" выполняли подобную задачу у атолла Уэйк. "Трешер", возвращаясь домой после 45-дневного патрулирования у атолла Мидуэй, находился на подходе к Пирл-Харбору, южнее острова Оаху, в сопровождении эсминца "Литчфилд". "Планджер", "Поллак" и "Помпа-нов были северо-восточнее острова Оаху на пути в Пирл-Харбор из Сан-Франциско, а "Гаджон" находился на боевой подготовке у Гавайских островов. "Наутилус" и "Тьюна" стояли в ремонте на военно-морской верфи Мэр-Айленд в заливе Сан-Франциско. "Кэшелот", "Каттлфиш", "Долфин", "Наруал" и "Тотог" находились на различных стадиях ремонта в Пирл-Харборе. Они внесли свою скромную лепту в защиту кораблей флота во время налета японской авиации на Пирл-Харбор, а "Тотог" даже сбил один японский торпедоносец.

Подготовка США к противолодочной обороне

Нельзя сказать, чтобы возможности японских подводных лодок недооценивались командованием ВМС США. Все считали, что война должна начаться с нападения японских подводных лодок на корабли американского флота, находившиеся в районе Гавайских островов, и что затем будет предпринята решительная попытка нарушить с помощью подводных лодок коммуникации между Гавайскими островами и Американским континентом. В предвидении этого в операционной зоне флота велась систематическая воздушная разведка, а наиболее крупные корабли, где бы они ни находились, имели противолодочное охранение. Крупным кораблям не разрешалось стоять на открытых якорных стоянках в Лахаина или вблизи Гонолулу. Им предписывалось стоять только в Пирл-Харборе - единственной гавани, где можно было не бояться нападения подводных лодок. Перед войной крупные корабли, уходившие с Гавайских островов на запад, всегда эскортировались; на случай войны были разработаны планы создания системы конвоев между Гавайскими островами и материком. Корабли гавайского военно-морского округа осуществляли дозорное патрулирование в прибрежных водах с целью охраны подходов к Пирл-Харбору и Гонолулу. Подготовка к отражению атак японских подводных лодок проводилась целеустремленно, при этом учитывался опыт противолодочных действий, которые в то время велись в Атлантике. Поэтому не случайно, что находившийся в дозоре эсминец "Уорд" начал боевые действия 7 декабря 1941 года с потопления японской подводной лодки у самого входа в бухту Пирл-Харбор за час до начала воздушного нападения.

Японские стратегические планы ведения подводной войны

Японская стратегия ведения войны, сложная в деталях, в целом была довольно простой. На первом этапе войны цель Японии заключалась в молниеносном захвате Юго-Восточной Азии, Филиппинских островов и Голландской Индии путем нанесения мощного и внезапного удара по противнику. Это дало бы доступ к нефти и другим природным богатствам, которые были необходимы для ведения войны. На втором этапе предполагалось создать оборонительный барьер по периметру захваченных территорий в интересах отражения контратак, которые должны были последовать за этим. Адмирал Ямамото считал американский флот основным препятствием для достижения данных целей. Поэтому он решил внезапно атаковать Пирл-Харбор авианосной авиацией и подводными лодками до объявления войны, чтобы нанести поражение американскому флоту и выиграть время для проведения первого и второго этапов захватнического плана еще до того, как станут возможными американские контратаки. Имеются данные, что первоначально нападение на Пирл-Харбор планировалось как операция подводных лодок с привлечением на более позднем этапе авианосных сил.

В Японии считали, что наилучшее стратегическое применение подводных лодок - это обеспечение действий надводных сил флота. Поэтому при постановке боевых задач подводным лодкам в Японии мало внимания уделяли борьбе с торговым судоходством и, возможно, как следствие, недооценивали необходимость противолодочной обороны торговых судов. Дислокация японских подводных лодок в начале войны определялась поставленной перед ними задачей - непосредственная поддержка надводного флота.

Точно зная, когда и где должна начаться война, японское командование имело возможность наиболее эффективно распределить силы своего подводного флота. Только пять японских подводных лодок остались в Японии для обучения экипажей или для ремонта. Девять подводных лодок типа "RO" (средние подводные лодки) находились у Маршалловых и Каролинских островов. 18 подводных лодок входили в состав Южного соединения флота, обеспечивавшего высадку в Юго-Восточной Азии и на Филиппинах. Три из них должны были поставить минные заграждения у Филиппинских островов в первый день войны, однако основная задача подводных лодок Южного соединения состояла в том, чтобы вести наблюдения и разведку впереди японских сил вторжения, а также атаковать случайные цели.

Планы нападения на Пирл-Харбор

Перед нападением на Пирл-Харбор одна из японских подводных лодок с легким гидросамолетом на борту вела разведку в районе островов Фиджи и Самоа, а другая - в районе Алеутских островов. Еще три подводные лодки с самолетами на борту шли впереди ударного авианосного соединения. С началом войны они должны были соединиться с другими 20 подводными лодками 6-го флота, развернутых у Гавайских островов.

Четыре подводные лодки 1-ой эскадры патрулировали у северо-восточного побережья острова Оаху. 2-ая эскадра в составе семи подводных лодок находилась в проливе между островами Оаху и Молокан. Девять подводных лодок 3-ой эскадры находились к югу от острова Оаху. Перед двумя из этих подводных лодок была поставлена специальная задача разведки рейда Лахаина, якорной стоянки американского флота, находившейся в семидесяти милях к юго-востоку от Пирл-Харбора. 3-ей эскадре, кроме того, была поставлена задача спасать сбитых японских летчиков. Каждой из эскадр командовал контр-адмирал, который находился на флагманской подводной лодке своей эскадры.

Специальный ударный отряд в составе пяти подводных лодок ("I-16", "I-18", "I-20", "I-22" и "I-24") под командованием капитана 2 ранга Сасаки имел особую задачу. Каждая из этих пяти подводных лодок несла на борту двухместную сверхмалую подводную лодку, которая была оснащена мощной аккумуляторной батареей для подводного хода, но не имела устройств для подзарядки этой батареи. Сверхмалые подводные лодки развивали феноменальную скорость под водой - 20 узлов, но, конечно, имели очень маленький радиус действия и поэтому должны были транспортироваться в район боевых действий. Каждая такая лодка имела две торпеды.,Это не было оружием смертников, поскольку при успешной атаке экипаж лодки не обязательно должен был взрываться вместе с лодкой, однако признавалось всеми, что направленная в атаку сверхмалая подводная лодка имела небольшие шансы успешного возвращения, и каждая такая лодка снаряжалась зарядом взрывчатого вещества, с помощью которого в крайних случаях экипаж мог подорвать себя вместе с лодкой.

По плану операции предусматривалось отделение сверхмалых подводных лодок от лодок-носителей перед входом в гавань Пирл-Харбора до запланированного воздушного нападения. Каждая из них должна была затем проникнуть в гавань, пройдя под водой по длинному фарватеру, и начать огибать остров Форд с расчетом выйти к стоянке линейных кораблей к моменту начала воздушного нападения. В случае неудачи воздушного нападения в Японии надеялись, что каждая сверхмалая подводная лодка атакует крупный американский корабль. Выстрелив торпеды, лодки должны были затем повернуть назад, снова пройти по фарватеру и встретиться со своими носителями.

Подготовка Японии к противолодочной обороне

Экономика Японии, как островной империи, в значительной степени зависела от морских коммуникаций. Более того, каждый успешный шаг в планируемой ею экспансии усиливал, а не уменьшал зависимость этой страны от моря. Боевые действия на Тихом океане были борьбой на поверхности моря, под водой и в воздухе за право контролировать передвижения людей и грузов по морю. Господство на море связывало воедино все элементы национальной мощи. В противном случае море становилось барьером, расчленявшим оборону на изолированные друг от друга части, которые были обречены на поражение. Японское командование предполагало очистить всю западную часть Тихого океана от надводных сил флота и авиации противника. Оно имело тщательно разработанные планы и средства, достаточные для их осуществления. В случае успеха создавался бы и удерживался оборонительный периметр, внутри которого никто не помешал бы Японии быть полновластным хозяином на море. Но для достижения этой цели у Японии не хватало ресурсов, а планирование материально-технического обеспечения имело серьезные недостатки. Кроме того, в Японии не придали должного значения угрозе со стороны подводных лодок, которые могли действовать и в тех районах, где японские силы господствовали на поверхности моря и в воздухе{10}.

Япония вступила в войну, имея 1703 торговых судна водоизмещением свыше 500 тонн каждое. Из них 94 были танкеры (общим тоннажем 570000 тонн), а 1609 сухогрузные суда и пассажирские пароходы (общим тоннажем около 6 миллионов тонн). Все эти суда перед войной находились под контролем правительства, но контроль этот осуществляли разные ведомства. Японская армия контролировала суда общим тоннажем около 2,2 миллиона тонн, военно-морской флот - около 1,9 миллиона тонн и министерство вооружения - около 1,9 миллиона тонн.

Глава V. Декабрь 1941

Японские подводные лодки у Пирл-Харбора

1-ая и 2-ая японские эскадры подводных лодок были первыми-соединениями, взявшими куре к Гавайским островам. Они вышли из Йокосуки 20 ноября. Примерно в то же время из Курэ вышли пять подводных лодок типа "I", имевшие на борту по одной сверхмалой подводной ледке. 3-ая эскадра подводных лодок задержалась у острова Кваджелейн, чтобы подойти к Гавайским островам в назначенный день. 26 ноября японское авианосное ударное соединение под командованием адмирала Нагумо вышло с южных островов Курильской гряды и взяло курс к Гавайским островам. В составе соединения было шесть авианосцев ("Акаги", "Кага", "Сорю", "Хирю", "Сёкаку" и "Дзуйкаку"), два быстроходных линейных корабля ("Хией" и "Кирисима"), два тяжелых крейсера, один легкий крейсер, девять эсминцев и восемь танкеров. Три подводные лодки осуществляли разведку впереди по курсу соединения.

Этот флот представлял собой самое крупное сосредоточение военно-морских сил за всю предшествующую историю боевых действий на Тихом океане. На Тихоокеанском театре не было такого соединения боевых кораблей, или такой базовой авиации, или любой другой комбинации сил на суше и на море, которые могли бы быть противопоставлены японскому ударному соединению.

Используя фактор внезапности, Нагумо нанес мощный удар с воздуха всеми имеющимися средствами из района, находящегося в 200 милях от острова Оаху, сумел полностью подавить противовоздушную оборону острова и потопить или повредить все линейные корабли, находившиеся в Пирл-Харборе. После этого он благополучно отвел свой флот, потеряв всего 29 самолетов. Японское ударное соединение так и не было обнаружено противником.

На фоне успеха японских авианосных сил результаты действий японских подводных лодок были весьма скромными. Пять подводных лодок со сверхмалыми подводными лодками на борту подошли к Гонолулу в запланированное время и выпустили свое грозное оружие в ночь на 7 декабря. В 03.42 7 декабря американский тральщик "Кондор", производивший траление подходов к Пирл-Харбору, обнаружил одну из японских сверхмалых подводных лодок и оповестил об этом находившийся в ближнем дозоре эсминец "Уорд". Подводная лодка была обнаружена в районе, закрытом для американских подводных лодок, поэтому, когда "Уорд" в 06.33 установил контакт с лодкой, он атаковал ее и потопил. Это был первый бой начавшейся здесь войны. Донесение с "Уорда" о потоплении японской лодки послужило сигналом для усиления дозорной службы и вызвало тревогу среди высшего командного состава США в Пирл-Харборе. Специфика подводной войны такова, что из зафиксированных контактов с подводными лодками значительно больше ложных, чем действительных, а за предшествующие недели в водах вокруг Гавайских островов патрули неоднократно докладывали об установлении ими контактов, которые на самом деле оказывались ложными. Поэтому в связи с донесением "Уорда" были приняты только обычные меры предосторожности. Командование американского флота было уверено в безопасности кораблей, находившихся в гавани, и поэтому боевой тревоги на них не объявили. Воздушное нападение японцев, начавшееся через час, застало американские корабли врасплох.

Примерно в то же время другая японская сверхмалая подводная лодка сумела проскользнуть через разведенную противоторпедную сеть у входа в гавань Пирл-Харбора и прошла незамеченной по длинному фарватеру во внутреннюю гавань. Когда японские самолеты атаковали американские линейные корабли, эта лодка находилась в бухте Ист-Лох и огибала остров Форд. Примерно в 08.30 плавучая база гидроавиации "Кертисс" обнаружила эту лодку и обстреляла ее. В непосредственной близости от них оказался эсминец "Монагхэн", который направлялся для усиления ближнего дозора. Подводная лодка выпустила обе торпеды, но промахнулись. "Монагхэн" таранил ее и атаковал глубинными бомбами. Через несколько недель эту лодку подняли со дна гавани вместе с находившимися в ней телами членов экипажа.

Еще одна сверхмалая подводная лодка из-за неисправности компаса не смогла подойти к входу в гавань и села на мель у северного побережья острова Оаху. Командир лодки Сакамаки стал первым японским военнопленным. Четвертая сверхмалая подводная лодка была найдена южнее острова Оаху примерно двадцать лет спустя. Ее подняли на поверхность и возвратили Японии. Судьба пятой сверхмалой подводной лодки до сих пор неизвестна: она пропала без вести и, очевидно, не атаковала ни одной цели. Таким образом, действия японских сверхмалых подводных лодок были безрезультатными.

Действиям больших японских подводных лодок в водах Гавайских островов сопутствовал едва ли больший успех. Подводные лодки "I-71" и "I-72" произвели разведку рейда Лахаина, но большего сделать не смогли. Ни та, ни другая подводная лодка не смогла приблизиться к боевому кораблю на дистанцию торпедного выстрела. Зафрахтованный американской армией 2140-тонный лесовоз "Синтия Олсен", совершавший рейсы между Гавайскими островами и Тихоокеанским побережьем США, был обнаружен японской лодкой "I-26" на расстоянии примерно 1000 миль к северо-востоку от Гавайских островов и стал первой жертвой японских подводных лодок. Американские самолеты и патрульные суда докладывали о многочисленных контактах с подводными лодками противника. Лишь в некоторых случаях это соответствовало действительности. Как правило, такие контакты оказывались ложными. Один раз американская подводная лодка "Трешер" подверглась атаке авиационными и глубинными бомбами своих самолетов и кораблей, когда возвращалась из дозора в Пирл-Харбор.

Действия японских подводных лодок вблизи острова Оаху координировались командирами эскадр, а общее руководство осуществлял вице-адмирал Симицу, командующий 6-ым флотом, со своего флагманского корабля "Катори", стоявшего на якоре у острова Кваджелейн. При такой системе управления боевыми действиями каждую ночь эфир заполнялся японскими радиопереговорами.

Поэтому командование на Гавайских островах могло оценить размах японских операций и до некоторой степени установить районы действий японских подводных Лодок. Были приняты меры предосторожности при проводке судов, и это определенным образом сказалось на неудачах японских сил. В проливе Кауаи подводная лодка "I-6" обнаружила авианосец и два тяжелых крейсера, следовавших курсом на северо-восток, и донесла об этом командованию. Командующий 6-ым флотом, решив, что эти корабли направляются на Тихоокеанское побережье США, приказал 1-ой эскадре подводных лодок немедленно начать преследование. Самолеты с авианосца "Энтерпрайз" обнаружили "I-70", которая шла в надводном положении примерно в 200 милях к северо-востоку от острова Оаху, и потопили ее. В Японии считали, что она пропала без вести.

После безуспешного преследования авианосного оперативного соединения 1 -я японская эскадра подводных лодок продолжала действовать у Тихоокеанского побережья США. К эскадре присоединилась подводная лодка, которая вела разведку у Алеутских островов. Эта группа из девяти подводных лодок типа "I" образовала завесу вдоль всего западного побережья США. До конца декабря эти лодки потопили у Тихоокеанского побережья четыре торговых судна, после чего они должны были вернуться на остров Кваджелейн для приема топлива. Японские подводные лодки, оставшиеся у Гавайских островов, потопили 11 декабря пароход "Лахаина" приблизительно в 700 милях к северо-востоку от острова Оаху, а примерно через неделю. - пароходы "Манини" и "Пруссия".

На рассвете 17 декабря с палубы подводной лодки "I-7" взлетел гидросамолет для разведки района Пирл-Харбора, Несмотря на сильную противовоздушную оборону Пирл-Харбора, этот полет удался, и японцы получили точную информацию о разрушениях, вызванных их воздушным нападением.

Подводные лодки типа "RO", базировавшиеся на острове Кваджелейн, сделали все возможное для поддержки действий своего флота и авиации. 9 декабря лодки "RO-63", "RO-64" и "RO-68" обстреляли, как полагало японское командование, базы морской авиации на островах Хауленд и Бейкер, хотя там их не было. Еще три подводные лодки типа "RO" патрулировали у атолла Уэйк. 17 декабря в этом районе лодка "RO-62" столкнулась с лодкой "RO-66", в результате чего "RO-66" затонула. Двумя неделями позже "RO-60", возвращавшаяся с патрулирования у атолла Уэйк, наскочила на риф у острова Кваджелейн и также затонула.

Подводные лодки США у Гавайских островов

Американские подводные лодки готовились не к наступательным, а к оборонительным действиям и, следовательно, не имели таких преимуществ, которыми располагали японские силы, начавшие войну внезапно. Несмотря на это, американским лодкам все же очень скоро пришлось вступить в активную борьбу. Лодки "Траут" и "Аргонот" патрулировали в районе атолла Мидуэй. На "Трауте" узнали о нападении на Пирл-Харбор рано утром 7 декабря, а подводная лодка "Аргонот" находилась под водой и не имела связи с внешним миром вплоть до вечера, когда всплыла на поверхность. Только после этого на "Аргоноте" поняли, что случилось. Через несколько часов после захода солнца к юго-западу на горизонте стали видны вспышки орудийных выстрелов. Два японских эсминца "Акэбоно" и "Усио" обстреливали острова атолла Мидуэй. Как береговая охрана на островах, так и патрулировавшие подводные лодки ошибочно считали, что это было крупное соединение крейсеров и эсминцев противника.

Подводная лодка "Траут" находилась с другой стороны атолла и не могла сблизиться с эсминцами. Командир "Аргонота" решил погрузиться и атаковать противника по данным гидроакустики. "Аргонот" так и сделал, но, очевидно, был обнаружен эсминцами раньше, чем успел погрузиться. Эсминцы уклонились от подводной лодки, обстреляли острова, причинив разрушения береговым объектам, и ушли в свою базу. Даже если бы "Аргонот", действовал решительнее, сомнительно, чтобы он смог добиться большего. Эсминцы были слишком маневренными целями для устаревшей тихоходной и неповоротливой лодки Таким образом, первая встреча американских лодок с японскими кораблями окончилась безрезультатно.

Подводная лодка "Тэмбор" патрулировала к северу от атолла Уэйк, а "Тритон" находился несколько южнее. Через несколько часов после нападения на Пирл-Харбор соединение бомбардировщиков японской морской авиации, базировавшееся на острове Кваджелейн, подвергло бомбардировке атолл Уэйк, в результате чего на островах были почти полностью разрушены немногочисленные береговые объекты. В это время обе лодки находились под водой, и командир "Тэмбора" узнал о начале войны только вечером, когда лодка всплыла и перехватила радиопереговоры между Уэйком и Пирл-Харбором. Мэрфи (командир "Тэмбора") узнал, что атолл Уэйк подвергся бомбардировке и командование ожидает, что нападение повторится на следующее утро. Он видел большое зарево, поднимавшееся над одним из островов, но предпринять что-либо не мог. И "Тритон", и "Тэмбор" находились вблизи атолла, но оставались в бездействии, когда японские бомбардировщики каждый день около полудня совершали налеты на острова.

Утром 11 декабря подводные лодки "Гаджон" и "Планджер" вышли из Пирл-Харбора для патрулирования у берегов Японии. Для "Гаджона" переход прошел успешно, он выполнил свою задачу, но на "Планджере" при пробном погружении после ремонта была обнаружена течь в люке, и лодка вернулась в Пирл-Харбор для устранения неисправности. 13 декабря была готова к выходу в море подводная лодка "Поллак", которая в тот же день ушла на патрулирование в Токийский залив. На следующий день, закончив ремонт, к берегам Японии вышел и "Планджер". На этой лодке обнаружили на переходе новые неисправности, но усилиями экипажа они были устранены.

16 декабря на патрулировавшей в районе атолла Уэйк подводной лодке "Тэмбор" была обнаружена течь цистерны главного балласта. Это представляло опасность при уходе на глубину, но почти такую же опасность таил в себе и ремонт в открытом море. Командир лодки решил уйти из района патрулирования и вернуться для ремонта в Пирл-Харбор{11}. В результате в районе атолла Уэйк остался только один военный корабль США - подводная лодка "Тритон".

17 декабря приказом президента адмирал Киммел был освобожден от должности. Командующим Тихоокеанским флотом назначили адмирала Нимица, который смог прибыть в Пирл-Харбор только через неделю. В период, когда Киммел был уже освобожден, а Нимиц фактически еще не стал командующим флотом, американский флот пребывал в состоянии такой неразберихи, какой не наблюдалось за всю его историю. Вице-адмирал Пай, командующий линейными силами, временно возглавил флот. Еще при Киммеле разработали и начали проводить в жизнь план ослабления давления сил противника на атолл Уэйк. С этой целью в море вышли три авианосные группы. Каждая имела в своем составе по одному авианосцу.

21-22 декабря японские авианосцы "Сорю" и "Хирю", которые были выделены из состава авианосного ударного соединения, возвращавшегося в Японию, прибыли в район в 200 милях к северо-западу от атолла Уэйк с целью ослабить оборону островов перед намечавшимся вторжением. Оперативное соединение во главе с авианосцем "Лексингтон" принимало топливо в 500 милях к северо-востоку от атолла Уэйк; японские авианосцы выполнили свою задачу и ушли из этого района. 23 декабря японские силы вторжения подошли к атоллу Уэйк и рано утром высадили на острова атолла войска, значительно превосходившие американские гарнизоны. В тот же день Уэйк пал, но еще до того, как эта новость достигла Пирл-Харбора, адмирал Пай отозвал из упомянутого района авианосное оперативное соединение. Именно этот день, а не 7 декабря 1941 года, стал черным днем для американских военно-морских сил. Подводная лодка "Тритон" патрулировала у атолла Уэйк, но была отозвана раньше из опасения, что она может ошибочно принять корабли своих авианосных оперативных соединений за корабли противника и атаковать их. Начальник гарнизона на атолле Уэйк Канингхэм пытался сообщить "Тритону" координаты японских кораблей, но подводная лодка уже находилась на пути в базу.

В день рождества Нимиц прибыл в- Пирл-Харбор. Он обнаружил здесь полный беспорядок. Киммел в соответствии с приказом убыл в США, где должен был предстать перед комиссией по расследованию причин катастрофы в Пирл-Харборе. Сразу же после нападения на Пирл-Харбор начальник штаба ВМС высказал адмиралу Киммелу свою точку зрения: Япония, вероятно, захватит Мидуэй, Мауи и Гавайи, прежде чем попытается штурмовать остров Оаху; на Пирл-Харбор следует базировать только подводные лодки и патрульные самолеты, во всяком случае до тех пор, пока оборона этой базы не будет усилена. Командующий 14-ым военно-морским районом готовился эвакуировать строительные части с островов Мидуэй, Пальмира и Джонстон. Этим пораженческим настроениям и панике Нимиц противопоставил решимость бороться.

Штаб командующего подводными силами Тихоокеанского флота, располагавшийся по соседству со штабом командующего Тихоокеанским флотом, занимался планированием операций подводных лодок. Три подводные лодки ушли на патрулирование к берегам Японии. Подводная лодка "Помпано" 18 декабря вышла на разведку в район Маршалловых островов. 22 декабря с такой же задачей туда последовал "Тотог", а еще через несколько дней - "Долфин". 30 декабря, когда Нимиц официально приступил к исполнению своих обязанностей, к Маршалловым островам отправилась и подводная лодка "Трешер". Хотя подводные лодки Тихоокеанского флота к этому времени ничего не добились, они постепенно занимали боевые позиции и собирались с силами, готовясь к длительной и упорной борьбе.

Американские подводные лодки на Филиппинах

Надводные боевые корабли военно-морских сил США перед войной были рассредоточены по южным гаваням Филиппинских островов на случай внезапного воздушного нападения на Манилу. Считалось, что подводные лодки и сторожевые .корабли будут базироваться на Маниле с целью обеспечения обороны Филиппин от вторжения противника. Однако, когда в результате сильного воздушного удара по аэродрому Кларк-Филд вся противовоздушная оборона Манилы по существу была подавлена, стало ясно, что манильская бухта уязвима. Восемь подводных лодок, которые оставались здесь в качестве ударного резервного соединения, 9 декабря получили приказ выйти на патрулирование в район Филиппинских островов. На следующий день манильский порт и военно-морская верфь Кавите были разрушены японскими бомбардировщиками.

В подводную лодку "Силайэн", стоявшую в доке Кавите со снятыми для ремонта двигателями, попали две бомбы, и она была настолько разрушена, что надежд на ее восстановление не оставалось. Подводную лодку "Сидрэгон", стоявшую рядом с ней с разобранными механизмами, могла постичь такая же участь, но плавучая мастерская подводных лодок "Пиджон" взяла ее на буксир и вывела из-под удара. После этого "Сидрэгон" занял свое место в оборонительном заслоне против японского вторжения, а "Силайэн" стал первой американской подводной лодкой,, которая была выведена противником из строя. В результате воздушного нападения экипажи "Силайэна" и "Сидрэгона" потеряли пять человек; это были первые жертвы среди американских подводников в начавшейся здесь войне.

Из-за этой бомбардировки отпала надежда на то, что манильскую бухту можно будет использовать для базирования подводных лодок. При бомбардировке Кавите было уничтожено 232 торпеды. Это явилось чувствительным ударом для подводных сил Азиатского флота, которые в течение нескольких месяцев должны были вести боевые действия при острой нехватке торпед. На следующий день плавучие базы "Холланд" и "Отус" ушли из Манилы к малайскому оборонительному рубежу, чтобы сохранить имевшиеся на них запасные части и торпеды. Устаревшую плавучую базу "Канопус" оставили в Маниле, замаскировав у стенки дока.

Лодка "Суордфиш" (командир Смит) оказалась одной из первых подводных лодок Азиатского флота, установивших контакт с противником. Ночью 9 декабря по пути в назначенный район патрулирования эта подводная лодка обнаружила японские транспорты, которые шли в охранении эсминцев. "Суордфиш" форсировал в надводном положении завесу охранения и атаковал грузовое судно торпедой. Эсминец из состава охранения контратаковал подводную лодку, и она, чтобы оторваться от преследования, ушла на глубину. На "Суордфише" слышали звук сильного взрыва и решили, что их первая торпеда, выпущенная по противнику, поразила цель. Как только Смит оторвался от преследовавшего его эсминца, он всплыл на перископную глубину и выстрелил для верности по грузовому судну еще одну торпеду. Он был уверен, что грузовое судно затонуло, однако до сих пор не найдено японских документов, подтверждающих факт повреждения или потопления японского грузового судна во время этой атаки{12}.

13 декабря подводная лодка "Сивулф" (командир Уордер) подошла к Апарри. Уордер обнаружил эсминец, патрулировавший у входа в залив, и решил, что в самом заливе должна находиться более важная цель. Уордер стал вести дальнейшее наблюдение. На следующее утро "Сивулф" в подводном положении проник в залив, где обнаружил стоявшую на якоре большую японскую плавучую базу гидросамолетов "Санио-мару". Уордер выстрелил в нее две торпеды, но обе прошли мимо. Уордер развернул "Сивулф" на 180° и выстрелил еще две торпеды из кормовых аппаратов. Все торпеды были типа "Мк-14" с магнитными взрывателями. Гидроакустик "Сивулфа" доложил о взрывах, но Уордер, посмотрев в перископ, убедился, что не причинил цели повреждений. Одна из торпед попала в "Санио-мару", но не взорвалась. Неизвестно, выловили ли японцы какую-нибудь из торпед "Сивулфа" в то время, но во всяком случае это произошло незадолго до того, как они начали вылавливать торпеды, выстреленные с американских подводных лодок для тщательного изучения их. Японцы оказались достаточно мудрыми, чтобы скопировать для себя магнитный взрыватель этих торпед.

"Суордфиш" продолжал поиск японских конвоев. Прибыв в назначенный район патрулирования у острова Хайнань, "Суордфиш" трижды атаковал конвои. 15 декабря в этом районе был поврежден грузовой транспорт "Кашии-мару" (8407 тонн). На следующий день "Суордфиш" атаковал тремя торпедами судно, которое Смит определил как транспорт. Это было первое японское судно, уничтоженное торпедой с американской подводной лодки. В целом же в рассматриваемый период войны атаки американских подводных лодок, как правило, были безуспешными.

Подводная лодка "Сарго" (командир Джекобс) впервые столкнулась с противником 14 декабря 1941 года. Ее первой целью было грузовое судно водоизмещением 4000 тонн. Джекобс приказал установить глубину хода торпед 4,5 метра, надеясь, что магнитный взрыватель сработает под килем цели. Через 18 секунд после выстрела, когда торпеда прошла только около 400 метров, раздался сильный взрыв, который был хорошо слышен на "Сарго". Торпеда взорвалась преждевременно, пройдя лишь дистанцию, необходимую для перевода взрывателя в боевое положение, то есть меньше половины пути до цели. Это был первый случай преждевременного взрыва торпеды, или, точнее, первый зафиксированный преждевременный взрыв торпеды, так как во многих случаях моряки, с надеждой следя после выстрела за ходом своих торпед, принимали за попадания взрывы, которые вполне могли быть вызваны преждевременным срабатыванием взрывателя.

Другие американские подводные лодки, патрулировавшие у Филиппинских островов, добились немногим больших успехов. Вообще, если описывать попытки подводных лодок Азиатского флота воспрепятствовать японскому вторжению, то получится грустное повествование о неудачных торпедных атаках, слишком тягостное, чтобы излагать его в деталях. Возможно, справедливо и то, что некоторые командиры подводных лодок были введены в заблуждение, полагая, что они добивались попаданий и топили неприятельские корабли. Встретившись с почти аналогичной цепью непрерывных неудач при стрельбе торпедами, немецкие подводники тяжело переживали это. Было время, когда Дениц серьезно рассматривал возможность прекращения боевых действий немецких подводных лодок, чтобы не подвергать их дальше опасностям борьбы на море в условиях, когда они со своей стороны не могли нанести противнику урон.

Манила была беззащитной перед лицом японской армии, высадившейся в заливе Лингаен. Макартур объявил Манилу открытым городом, и плавучая база "Канопус" в спешном порядке вышла в море. В день Рождества она совершила переход из Манилы в Маривелес. Запасные части для подводных лодок и торпеды были переправлены на остров Коррехидор, и до тех пор, пока не пала эта крепость, каждая подводная лодка, заходившая туда с различными целями, принимала на борт запасные части и торпеды.

31 декабря подводная лодка "Суордфиш" ушла из Манильской бухты в Сурабаю. Капитан 2 ранга Файв к тому времени уже перебрался в Дарвин, чтобы создать там базу подводных лодок. Адмирал Харт перешел в Сурабаю на борту "Шарка", прибыв туда в первый день нового года, Штаб подводных сил был переведен на голландскую базу подводных лодок в Сурабае.

Действия голландских подводных лодок

Англичане полагали, что в случае невозможности защитить Манилу американские подводные лодки будут переведены в Сингапур и станут действовать под началом британского командующего. Если бы это было сделано, считали в Англии, американские лодки могли бы нанести очень большой урон японским десантным силам в Малайе. Такое мнение трудно считать оправданным, учитывая опыт семи голландских подводных лодок при обороне Сингапура, боевые действия которых осуществлялись под руководством британского командующего.

Голландские подводные лодки "К-11", "К-12", "К-13", "К-17" и "О-16", находившиеся под британским командованием, перед началом войны располагались у побережья Малайи. 11 декабря подводные лодки "О-19" и "О-20" также были переданы британскому командующему и вышли из Балабака в Сингапур. Английское командование намеревалось встретить японские силы вторжения атакой своих тяжелых надводных кораблей, за которой должна была последовать атака подводных лодок по транспортам с войсками. Действия надводных кораблей закончились потоплением японской авиацией английских линейных кораблей "Принс ов Уэлс" и "Рипалс", но голландские подводные лодки последовали за японскими десантными силами к плацдарму высадки и атаковали их в соответствии с планом.

11 декабря подводная лодка "О-16" атаковала четыре груженых японских транспорта на мелководье. По данным голландских ВМС, все четыре транспорта были потоплены. По данным же комиссии армии и флота США по определению потерь противника, лодка "О-16" потопила только один транспорт "Торо-мару" (1932 тонны). Однако в японских послевоенных документах признается только нанесение повреждений "Торо-мару" и еще одному небольшому вспомогательному судну, зафрахтованному армией. На следующий день подводная лодка "К-12" атаковала на мелководье крупное торговое судно и танкер и, как считал ее командир, потопила их. В японских же документах подтверждается только нанесение повреждений грузовому судну "Тайзан-мару" (3500 тонн). 15 декабря подводная лодка "О-16" наскочила на английское минное заграждение около Сингапура и, подорвавшись на мине, затонула. Из экипажа лодки спасся только один человек. Подводная лодка "К-17" не вернулась из своего первого похода, и судьба ее неизвестна. Она могла стать жертвой подводной лодки "I-66", которая донесла о потоплении подводной лодки примерно в то время, когда пропала лодка "К-17". Подводная лодка "О-20" также пропала без вести. Значительно позднее удалось выяснить, что 19 декабря она была выведена из строя японскими эсминцами и затем затоплена экипажем с целью не допустить ее захвата японцами.

23 декабря японцы высадились в Кучинге. Подводная лодка "К-14" во взаимодействии с самолетами голландской морской авиации атаковала японский конвой. Она Потопила грузовой транспорт "Катори-мару" (9800 тонн), а "Хийёши-мару", "Хоккай-мару" и "Ничинан-мару" получили повреждения. "К-14" не получила повреждений. На следующий день подводная лодка "К-16" атаковала торпедой и потопила японский эсминец "Сагири". Однако вскоре после этого "К-16" была потоплена глубинными бомбами.

Заключение

В целом потери японцев за первый месяц войны были невысокой платой за все их победы. Американская пресса и официальные коммюнике были заполнены сообщениями о громадном уроне, нанесенном японским войскам, и о потоплении многочисленных кораблей противника. Иногда эти сообщения основывались на растущих, как снежный ком, слухах, но часто это были свидетельства очевидцев. Однако офицеры разведывательной службы США понимали, что свидетельства участников суматошного боя - это самый ненадежный источник информации Вскоре стало ясно, что командующие флотами должны разработать систему беспристрастной оценки донесений, чтобы избежать неправильных выводов.

Глава VI. Январь - февраль 1942

Вторжение в Голландскую Индию

К началу 1942 года в руках Японии оказалась большая часть полуострова Малакка. Японские войска быстро продвигались к Сингапуру. Япония имела полное господство в воздухе над Филиппинами, Южно-Китайским морем и Малайей, На Филиппинах только войска Макартура, зажатые на полуострове Батаан, оказывали противнику реальное сопротивление. Японские силы удерживали архипелаг Суду и западное Борнео и повсюду неудержимо продвигались вперед.

7 января адмирал Харт разделил силы Азиатского флота США на четыре оперативных соединения. Подводные силы стали 3-им оперативным соединением, а его командиром - Уилкс. До этого подводные лодки действовали независимо от других сил, как правило, в выделенных для них районах моря, хотя на Лусоне была предпринята попытка сосредоточения сил для противодействия высаживающимся на остров японским войскам. После 7 января командующий Азиатским флотом принял на себя непосредственное руководство действиями подводных лодок и предпринял попытку объединить разобщенные ВМС военно-морского объединенного командования АБДА{13}.

Это внесло еще большую несогласованность в действия подводных лодок. По существу, были созданы четыре самостоятельных соединения, каждое из которых имело собственные интересы и почти не координировало действия с другими соединениями. Эффективная воздушная разведка отсутствовала. Не удивительно, что в условиях усугублявшихся поражениями и отступлением, в большинстве случаев поступала искаженная информация о передвижении сил противника. Подвижность подводных лодок была очень ограниченной, и противник, обладая господством в воздухе, не допускал их активных действий в дневное время. Достоверная информация о передвижениях противника обычно поступала слишком поздно, чтобы тихоходные подводные лодки могли эффективно им противодействовать.

Японские десантные силы появились у Таракана (Голландское Борнео) 10 января. Подводные лодки "S-37", "S-41" и "Спирфиш" получили приказ подойти к месту высадки и атаковать японские корабли. Но лодки прибыли в назначенный им район слишком поздно и не сумели ничего сделать. Голландские береговые батареи в Таракане потопили два японских тральщика, но военно-морские силы так и не приняли участия в противодействии высаживавшимся японцам. 11 января противник высадил десант в Манадо и Кема (Северо-Восточный Целебес). Вновь в район высадки были направлены подводные лодки, но и на этот раз они прибыли слишком поздно.

Между тем были получены данные, что в Кема противник начал сосредоточение сил вторжения. Было решено атаковать их ночью в районе сбора надводными ударными силами флота. Для разведки противника в район сосредоточения японских сил были направлены две подводные лодки ("Пайк" и "Пермит"). 17 января они донесли, что в гавани Кема не замечено крупных сосредоточений десантных кораблей, и атака надводных ударных сил была отменена. Это единственный случай, когда информация по существу была правильной, но только на короткий промежуток времени. Когда через несколько дней "Суордфиш" разведал гавань Кема, он обнаружил, что весь порт буквально забит японскими судами.

"Суордфиш" в Кема

Не все новости были плохими. 24 января "Суордфиш" еще находился в районе Кема. На рейде севернее порта были обнаружены два грузовых парохода, стоявших на якоре. Глубина моря позволяла сблизиться с целью в подводном положении, и Смит решил, что вряд ли японцы заминировали свою якорную стоянку. Чтобы выйти на цель, "Суордфиш" должен был пройти через мелко-водную часть пролива Лембе. Боковых или сетевых заграждений в проливе не оказалось.

"Суордфиш" пошел малым ходом в подводном положении на север, поднимая через каждые 20-30 минут перископ и каждый раз после этого уходя на глубину, чтобы не быть обнаруженным с воздуха. Скорость и направление течения, необходимые для вычисления данных стрельбы по стоявшим на якоре целям, определить было нельзя. Поэтому Смит решил израсходовать на каждое судно по две торпеды веером. Он выпустил две торпеды по первой цели и стал разворачиваться на вторую цель. Через полторы минуты послышался взрыв. Были выстрелены еще две торпеды по второму судну, и их взрывы также слышали на подводной лодке. "Суордфиш" ушел на глубину 54 метра. Наверху, несколько в стороне от подводной лодки, послышались слабые взрывы, которые могли оказаться взрывами артиллерийских снарядов или легких авиационных бомб. Были слышны также шумы винтов катеров и отдаленные взрывы глубинных бомб, но "Суордфиш" ушел целым и невредимым. В ходе этой атаки пошел ко дну "Мяокен-мару". Второе судно, очевидно, уклонилось от торпед{14}.

Потеря "Шарка"

Подводная лодка "Шарю" получила приказ направиться к Амбону, чтобы воспрепятствовать высадке японского десанта. Она пришла туда 1 февраля и тремя торпедами атаковала транспорты противника, которые готовились стать на якорь у входа в гавань. Все три торпеды прошли мимо. Японский эсминец "Аматукадзе", находившийся в дозоре в районе порта, после пяти часов поиска установил гидроакустический контакт с подводной лодкой. Эсминец сбросил серию из восьми глубинных бомб прямо над подводной лодкой. После этого контакт с подводной лодкой был потерян. Командир эсминца не сомневался, что подводная лодка уничтожена, но "Шарк" ускользнул и на следующий день донес о случившемся. Через пять дней "Шарк" дал оповещение об обнаружении грузового судна противника. В ответ штаб подводных операций в Сурабае указал, что доносить об этом по радио не следовало, так как тем самым раскрывается место лодки. Это была последняя радиограмма подводной лодки "Шарк".

О том, что случилось с "Шарком", можно только догадываться. Скорее всего, неделей позже "Шарк" подвергся атаке глубинными бомбами у Манадо и был потоплен.

"S-37" и "Нацусио"

8 февраля 1942 года подводная лодка "S-37" (командир Дэмпси) патрулировала .в подводном положении у Макассара (остров Целебес). Незадолго до наступления сумерек Дэмпси обнаружил несколько кораблей, которые шли в северо-западном направлении, но подойти к ним на близкую дистанцию, чтобы атаковать, он не смог. После захода солнца он всплыл и начал преследование японских кораблей. Примерно в 19.45 "S-37" настигла четыре эсминца, следовавших в строю кильватера, позади которых можно было видеть другие корабли. Однако, по мнению Дэмпси, эсминцы располагались таким образом, что при небольшой надводной скорости лодки он не мог обойти с флангов строй эскортных кораблей и прорваться к судам конвоя. Поэтому он решил атаковать эсминцы.

В его носовых торпедных аппаратах имелось четыре торпеды. К счастью, это были старые торпеды "Мк-10", тихоходные и с небольшим радиусом действия, но зато с надежными контактными взрывателями. Дэмпси выпустил четыре торпеды, по одной на каждый эсминец. Третий эсминец в кильватерной колонне получил попадание. Он переломился пополам и, объятый пламенем, пошел ко дну. Это был эсминец "Нацусио" (900 тонн). После атаки "S-37" погрузилась, чтобы избежать контратаки и перезарядить торпедные аппараты. "Нацусио" был самым большим боевым кораблем, потопленным американскими лодками за время боевых действий в Голландской Индии.

На следующий день после потопления "Нацусио" противник высадился в Макассаре. После захвата Макассара японское командование установило контроль над проливами Каримата и Макассарским и Молуккским морем, то есть над всеми северными входами в Яванское море. Теперь форсировать их могли только подводные лодки. Японский десант и силы прикрытия начали свое последнее наступление на Малайский барьер. Их продвижение было настолько быстрым, что у союзников не оставалось времени для укрепления своей обороны.

Вторжение на Суматру

В начале февраля японские южные экспедиционные силы под командованием вице-адмирала Одзава вышли в море из бухты Кам-Рань (Индокитай). 12 февраля они соединились с десантными войсками и транспортами, которые больше уже не требовались для захвата Сингапура. Разведывательные самолеты союзников обнаружили японские силы в Южно-Китайском море, и вскоре стало ясно, что эти силы направлялись к Суматре. Ударное соединение союзников вышло навстречу японским силам через Зондский пролив между Явой и Суматрой. Но 15 февраля оно было атаковано японскими бомбардировщиками с большой высоты. Союзные корабли получили незначительные повреждения. Однако было очевидно, что в обстановке столь подавляющего превосходства японцев в воздухе задержать агрессивного противника будет невозможно и для защиты Суматры недостаточно только надводных сил флота. Адмирал Дорман отступил. Это произошло в день падения Сингапура. На следующий день, 16 февраля, японские силы высадились вблизи Палембанга, и вскоре богатые нефтяные месторождения Суматры оказались в руках противника.

На другом конце Малайского барьера, в Дарвине (Австралия), дела союзников были не лучше. 15 февраля оттуда вышел американский крейсер "Хаустон" в сопровождении двух австралийских корветов и нескольких транспортов. Они направлялись к острову Тимор для усиления его обороны. Японские базовые самолеты-бомбардировщики, вылетевшие из Кендари (остров Целебес), атаковали корабли союзников и нанесли им серьезные повреждения. Но и без этого все понимали, что подкреплений для острова Тимор было слишком мало, и соединение возвратилось в Дарвин. Бомбардировщики японского 11-го воздушного флота непрерывно наносили удары по Яве с целью ослабления ее обороны. 17 февраля во время бомбардировки Сурабаи, получила попадание и была уничтожена лежавшая на грунте голландская подводная лодка "К-7". Голландские эсминцы "Ван Нес" и "Банкерт" также получили попадания бомб и затонули.

19 февраля адмирал Нагумо с четырьмя из своих шести авианосцев нанес удар по Дарвину. В результате было потоплено 12 кораблей и уничтожено 18 самолетов союзников.

"Сивулф" в проливе Ломбок

Разведка союзников располагала данными о намечавшейся высадке японских войск на остров Бали за семь дней до высадки. Однако за это время было трудно собрать ударные силы, которые можно было бы противопоставить противнику. Вблизи (в проливе Ломбок) находились лишь подводные лодки. В 02.00 подводная лодка "Сивулф" (командир Уордер) обнаружила эскортные корабли японского оперативного соединения, которые проходили через пролив. За темное время Уордер сумел преодолеть завесу охранения в надводном положении, прежде чем его вынудили погрузиться. Проход в подводном положении пролива Ломбок, с его сильным течением, был опасным делом. Когда рассвело, оказалось, что течением "Сивулф" отнесло настолько, что Уордер мог уточнить свое место лишь подняв перископ. Всплыв на перископную глубину, Уордер увидел мачты стоящих на якоре транспортов и решил их атаковать. Но тут "Сивулф" сел на мель. Все попытки сняться с мели задним ходом были безуспешными. Уордер решил всплыть, хотя знал, что окажется в видимости японских кораблей. К счастью, шел сильный дождь. Он позволил "Сивулфу" всплыть незамеченным и в надводном положении подойти к японской якорной стоянке. Здесь Уордер развернулся на 180°, чтобы сразу после залпа из своих кормовых торпедных аппаратов уйти на глубину. Гидроакустик услышал взрывы торпед до того, как над лодкой прошел японский эсминец, который вел поиск лодки своим гидролокатором. На "Сивулф" обрушился град глубинных бомб, но он отделался только незначительными повреждениями. Фактически ни одна торпеда в цель не попала. То, что слышал гидроакустик, были, вероятно, опять-таки преждевременные взрывы.

Английские и голландские подводные лодки

Командир "Сивулфа" не знал, что вместе с ним в этом районе находилась английская подводная лодка. В январе две английские подводные лодки получили приказ следовать на Дальний Восток. Подводная лодка "Траста" некоторое время действовала в Сиамском заливе, но потом вынуждена была возвратиться в Коломбо для ремонта. Подводная лодка "Труант" получила приказ воспрепятствовать высадке японцев на остров Бали. Сведения об обстановке в данном районе, которыми располагал Хэггэрд, были недостаточны. Поэтому он не знал, что здесь находились американские подводные лодки. Подойдя к острову Бали, "Труант" обнаружил много японских кораблей. Он выпустил шесть торпед по японскому крейсеру, но ни одна из них в цель не попала. К счастью, у острова Бали "Сивулф" и "Труант" не встретились.

Сурабая была сдана в начале марта. Подводные лодки "К-10", "К-13" и "К-18" находились в это время на голландской базе подводных лодок на ремонте. Чтобы они не попали в руки противника, их пришлось затопить. Оставшиеся голландские подводные лодки присоединились к "Трасти" и "Труанту" в Тринкомали. При обороне Малайи и Голландской Индии было потеряно восемь голландских подводных лодок.

Потеря "Пёрча"

В ночь на 25 февраля подводная лодка "Пёрч" обнаружила транспорт в охранении эсминца. Командир лодки Харт решил сблизиться с японскими кораблями на предельно близкую дистанцию и атаковать их. В момент залпа "Пёрч" был обнаружен эсминцем, который открыл огонь по лодке и атаковал ее глубинными бомбами. Эсминец добился попадания в "Пёрч", прежде чем лодка успела погрузиться. Что касается выстреленных лодкой торпед, то они в цель не попали, и "Пёрч" ушел на глубину, чтобы избежать поражения глубинными бомбами, которые, к счастью, были установлены на небольшую глубину взрыва.

Через два часа подводная лодка всплыла. Было обнаружено, что помимо других незначительных повреждений у лодки выведена из строя антенна. Был произведен необходимый ремонт антенны, и командующему 3-им оперативным соединением лодок передали донесение по радио. Однако находившийся в Сурабае Уилкс так и не получил его. Очевидно, повреждение антенны исключало возможность работы на передачу, но не препятствовало приему. В ночь на 28 февраля Харт получил радиограмму, в которой всем подводным лодкам, независимо от того, в каком районе они находились, предписывалось идти в район острова Ява для действий против японских конвоев в пунктах высадки.

В соответствии с этим приказанием в ночь на 1 марта подводная лодка "Пёрч" уже находилась приблизительна в 12 милях к северо-западу от Сурабаи и шла курсом на запад. Этой же ночью "Пёрч" обнаружил два эсминца. Лодка погрузилась на перископную глубину. Вскоре эсминцы оказались в удобном для атаки из кормовых аппаратов положении. Расстояние до цели сократилось приблизительно до пяти кабельтовых. Но в этот момент эсминцы, очевидно, установили контакт с подводной лодкой, резко повернули на нее и на полном ходу стали сбрасывать глубинные бомбы{15}.

Согласно имевшейся на лодке карте, в том районе, где находился "Пёрч", глубины должны были быть большими, чем в действительности. Лодка погрузилась. Командир знал, что в японском флоте, как правило, устанавливают глубинные бомбы на небольшую глубину взрыва. Когда "Пёрч" был на глубине 30 метров, эсминец прошел прямо над ним и сбросил серию глубинных бомб. Неожиданно, когда, как казалось, под килем должно было быть еще много чистой воды, "Пёрч" с ходу ударился о грунт. К счастью, лодка не получила повреждений ни от глубинных бомб, ни от удара о грунт. Но "Пёрч" так глубоко застрял в иле, что, если бы он попытался оторваться от грунта, противник наверняка услышал бы производимый при этом шум. Вскоре эсминец возвратился, чтобы повторить атаку.

На этот раз он сбросил четыре глубинные бомбы, которые причинили лодке повреждения, и отошел.

Через некоторое время эсминец опять подошел к месту, где на грунте лежал "Пёрч", чтобы добить свою жертву. Вероятно, по масляным пятнам и пузырькам воздуха он довольно точно определял местоположение лодки. Третий удар пришелся как раз посредине подводной лодки.

Вскоре после атаки "Пёрч" все же выбрался из ила и попытался ускользнуть. Видимо, "Пёрч" был атакован японскими эсминцами "Хатукадзе" и "Аматукадзе", хотя в донесениях о боевых действиях этих кораблей имеются противоречия. Командир "Аматукадзе" доносил об артиллерийском обстреле подводной лодки, которая после нескольких попаданий скрылась под водой. После этого "Аматукадзе" атаковал лодку глубинными бомбами, в результате чего на поверхности воды появились большие масляные пятна. Уверенный в том, что подводная лодка уничтожена, командир эсминца прекратил поиск. Выбравшись из ила, "Пёрч" в течение двух часов маневрировал под водой с целью уйти от преследования, а затем всплыл, чтобы осмотреть полученные повреждения.

Примерно за два часа до рассвета "Пёрч" вновь обнаружил два японских эсминца, а те в свою очередь заметили лодку. "Пёрч" погрузился. Харт понимал, что, находясь на грунте, он имеет больше шансов уцелеть, поэтому "Пёрч" погрузился на глубину 60 метров и снова лег на грунт.

Сразу же после этого над лодкой появились эсминцы. Первая серия глубинных бомб разорвалась вдали от лодки, но вторая серия попала в цель. Положение стало катастрофическим. Поняв, что эсминец обнаружил лодку, Харт попытался всплыть. Но сделать этого не смог, так как нельзя было продуть балластные цистерны. "Пёрч" получал все новые и новые повреждения. И все же в конце концов "Пёрч" всплыл.

Последняя атака оказалась для подводной лодки самой тяжелой по своим последствиям. В результате ее "Пёрч" не мог двигаться. У Харта не было уверенности и в том, что после погружения лодка сможет всплыть. Харт приказал покинуть корабль и потопить его. С открытым рубочным люком "Пёрч" быстро пошел ко дну.

Действия подводных лодок в юго-западной части Тихого океана

История обороны Филиппин, Малайского полуострова и Голландской Индии представляет собой цепь непрерывных неудач, крушения планов и поражений союзников на суше, на море и в воздухе. То же самое можно сказать о действиях подводных лодок союзников, результаты которых оказались разочаровывающими. За первые три месяца военных действий в юго-западной части Тихого океана были потеряны четыре из двадцати девяти подводных лодок США, которые за то же время потопили японский эсминец и восемь торговых судов. В свою очередь в этот период Голландия потеряла восемь из тринадцати подводных лодок. Лодки же сумели потопить лишь один японский эсминец и три или четыре торговых судна. Кроме того, подводные лодки союзников повредили три боевых корабля и двенадцать транспортов. Общие потери, нанесенные японским силам вторжения подводными лодками, превысили потери, которые нанесли противнику авиация и надводные корабли союзников. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы оказать серьезное противодействие японской экспансии.

Перед началом войны в юго-западной части Тихого океана были сосредоточены крупные подводные силы союзников. На эти силы возлагались большие надежды (здесь начались военные действия), особенно потому, что многие важные цели появлялись в районах боевых действий подводных лодок.

Дефекты торпед существенно повлияли на результативность атак американских подводных лодок, однако они не были единственной причиной общих неудач. Эффективность японской противолодочной обороны слишком переоценивалась. Поэтому в начальный период военных действий на Тихом океане подводные лодки союзников придерживались слишком осторожной тактики. Особенно переоценивалась эффективность скрытного сближения с целью на большой глубине, когда торпеды выпускались по данным гидроакустики без наблюдения в перископ. Тактика действий в ночных условиях не была отработана. Многие командиры подводных лодок с началом войны сразу же отказались от этой не в меру осторожной тактики и учились применять новые тактические приемы атак в ночных условиях. Но этим следовало заниматься до войны, а не после того, как она началась.

Голландские подводники придерживались тактики сосредоточения подводных лодок в предполагаемых районах высадки с последующей совместной атакой японских сил вторжения. Когда Япония преодолела сопротивление союзников, в США также решили следовать подобной тактике. При отсутствии непрерывной и эффективной воздушной разведки было трудно организовать сосредоточение подводных сил в назначенном районе и в заданное время. Поэтому часто это не удавалось. Кроме того, даже если подводные лодки и прибывали вовремя, в заданном районе они встречали крупные противолодочные силы противника, при этом часто небольшая глубина моря в этом районе ограничивала возможности маневрирования подводных лодок.

Уилкс быстро понял недостатки такой тактики и настаивал на возвращении к прежней, при которой подводные лодки могли действовать в районах, где у них было больше возможностей для маневра и атаки: Адмирал Харт также считал, что в этом случае подводные силы могут нанести противнику больший урон. Однако в юго-западной части Тихого океана флоту союзников не пришлось вести длительной борьбы. За то короткое время, пока Харт являлся командующим подводными силами союзников в юго-западной части Тихого океана, он должен был использовать все средства, чтобы как можно дольше оттянуть захват Японией островов Малайского барьера.

Уилкс почти сразу отказался от теории осторожных действий, господствовавшей в мирное время. Его непрерывные призывы "атаковать, атаковать, атаковать", которые он посылал по радио подводным лодкам, не вязались с его довоенной приверженностью к тактике скрытного подхода к цели на большой глубине и торпедным атакам по данным гидроакустики. Заслугой Уилкса являлась его поддержка тех командиров подводных лодок, которые отрицательно отзывались о торпедах типа "Мк-14". Он всегда был готов спорить по этому вопросу и со специалистами торпедного оружия из штаба Харта, и с главным управлением вооружения ВМС. Хотя это управление и уверяло, что глубина хода торпед в точности соответствует техническим условиям, и подтверждало свою веру в магнитный взрыватель, Уилкс приказывал устанавливать торпеды на небольшую глубину хода, с тем чтобы они взрывались при попадании в цель{16}.

Весь январь 1942 года США наращивали силы в центральной части Тихого океана. Надводные корабли осуществляли охранение конвоев. Большую часть декабря после первых столкновений с противником у атоллов Мидуэй и Уэйк подводные лодки, базировавшиеся на Пирл-Харбор, упорно шли на запад, в назначенные им операционные зоны. Вышедшей из Пирл-Харбора лодке "Гаджон" предстояло пройти до назначенного ей района 4000 миль. Ни одна американская подводная лодка до этого не действовала на таком большом удалении от своей базы. К январю в японских водах находились три американские подводные лодки. Японский военно-морской флот имел во Внутреннем Японском море охраняемую якорную стоянку и учебную базу, которым не были страшны подводные лодки противника. "Гаджон" находился у пролива Бунго, западного входа в эту спокойную обитель, а "Планджер" - у пролива Кии, другого выхода из Внутреннего Японского моря в Тихий океан. Подводная лодка "Поллак" патрулировала в районе Токийского залива.

За время перехода "Поллак" израсходовал около 120 тонн дизельного топлива. Командир лодки подсчитал, что он может израсходовать за время пребывания в назначенном районе только около 45 тонн топлива, чтобы иметь достаточное количество для возвращения в базу. Но оказалось, что критерием, определяющим продолжительность его патрулирования, является не запас топлива. В назначенном районе Мосли обнаружил много целей. В ту ночь, когда он вошел в Токийский залив, он атаковал эсминец, но промахнулся. Торговые суда ходили здесь без охранения, и на многих из них ночью были включены ходовые огни. "Поллак" выпустил несколько торпед по грузовым судам, но и на этот раз попаданий не было. В ночь на 7 января Мосли потопил "Ункаи-мару" No1, а еще через два дня был потоплен "Тейан-мару". Оставшейся- единственной торпедой Мосли ночью с поднятым перископом атаковал эсминец, шедший малым ходом по лунной дорожке, и снова торпеда не попала в цель. Израсходовав все торпеды, лодка пошла в Пирл-Харбор.

Подводная лодка "Планджер" (командир Уайт), находясь у пролива Кии, обнаружила несколько важных целей. На "Планджере" во время этого патрулирования впервые был установлен поисковый радиолокатор, однако надежды командира лодки на новую технику не оправдались. Казалось, что японские корабли повсюду ждали появления Уайта, и чаще всего он встречался с японскими охотниками за подводными лодками. В первую же ночь после прибытия в заданный район был обнаружен японский эсминец, оборудованный гидроакустической станцией. "Планджер" погрузился, но японский эсминец с помощью гидролокатора обнаружил место его погружения. Эсминец прошел над "Планджером" и атаковал его глубинными бомбами. Среди команды "Планджера" не было ни одного человека, которому раньше приходилось слышать взрывы глубинных бомб, но, к счастью, на этот раз подводная лодка отделалась лишь небольшими повреждениями. 18 января эта лодка взяла реванш. Двумя торпедами она атаковала пароход "Эйзан-мару" (4702 тонны). Обе торпеды попали в цель. После этой атаки "Планджер" должен был возвращаться в базу из-за нехватки топлива. Всего было потоплено три японских корабля у острова Хонсю. Все это, очевидно, вызвало беспокойство Японии за безопасность ее до сего времени не охраняемого торгового судоходства. Однако в начале января все три американские подводные лодки, находившиеся в японских водах, должны были возвратиться в базу, и во всем этом районе до конца месяца японскому судоходству ничто не угрожало.

Рейды авианосных соединений к Маршалловым островам и островам Гилберта

Перед американскими авианосными соединениями была поставлена нелегкая задача. Им предстояло осуществлять оперативное прикрытие конвоев с войсками, предназначавшимися для противодействия японской экспансии. 11 января японская подводная лодка атаковала авианосец "Саратога" примерно в 400 милях к югу от острова Оаху, и его пришлось отправить для ремонта на Тихоокеанское побережье США. 23 января, через несколько часов после выхода из Пирл-Харбора, другая японская подводная лодка потопила танкер "Нечс" с топливом для кораблей, эскортировавших авианосец "Лексингтон". Самолеты с кораблей этого оперативного соединения должны были подвергнуть бомбардировке атолл Уэйк. Поскольку "Нечс" являлся единственным имевшимся в наличии танкером, с его потерей пришлось отменить операцию. В этот день японские войска высадились в Рабауле. После захвата атолла Уэйк японский 4-ый флот двинулся к острову Новая Британия. Этот флот усилили четырьмя авианосцами из состава Кидо Бугаи{17}. Союзники не имели кораблей, которые могли бы противостоять столь крупным, силам, и вскоре японские войска без труда захватили важный в стратегическом отношении порт Рабаул.

В конце января были созданы два авианосных оперативных соединения, в состав которых входили пять крейсеров и десять эсминцев. Первоначально планировалось нанести удар авианосной авиацией и обстрелять артиллерией Крейсеров Вотье и Малоэлап, но после того, как поступили разведывательные данные с подводной лодки "Долфин", было решено также нанести удар авианосной авиацией по острову Кваджелейн. Операция была проведена, как и планировалось, 1 февраля. Самолеты с "Йорктауна" нанесли одновременно удар по Джалуиту и островам Гилберта. Наибольшие потери противник понес на острове Кваджелейн. Здесь был поврежден легкий крейсер "Катори" (флагманский корабль подводных сил), после этого ему пришлось вернуться в Японию. Тяжелые повреждения получил минный заградитель "Токива". Небольшие повреждения получила подводная лодка "I-23". Помимо этих кораблей было потоплено два транспортных судна и восемь других повреждено, включая пассажирское судно (11000 тонн) и танкер (10000 тонн).

В январе и начале февраля командующему подводными силами Тихоокеанского флота были переданы еще пять подводных лодок: "Грейлинг", "Гренадир", "Гар", "Грампэс" и "Грейбэк". В свое первое патрулирование они вышли вместе с лодками "Кэшелот", "Каттлфиш" и "Туна", а во второй раз - с лодками "Тритон" и "Наруал". В конце февраля подводные лодки "Поллак" и "Гаджон" снова находились на патрулировании. Зона патрулирования простиралась от острова Трук до островов Бонин и Нансэй, включая острова Сайпан и Тиниан. "Тритон", "Поллак" и "Гаджон" один за другим совершили переход в Восточно-Китайское море. Подводные лодки "Туна" и "Гар" патрулировали в районе к югу от острова Хонсю. 10 февраля северо-восточнее острова Формоза подводная лодка "Траут", возвращаясь в базу, потопила транспорт "Чува-мару". После этого лодка ненадолго вошла в южную часть Восточно-Китайского моря и затем вернулась к Пирл-Харбору, минуя острова Бонин. Во второй половине февраля в северной части Восточно-Китайского моря подводная лодка "Тритон" потопила два японских корабля. Однако силы подводных лодок, находившихся на патрулировании, на переходе в район патрулирования или возвращавшихся в базы, были слишком малы, чтобы принести ощутимые результаты. В центральной части Тихого океана подводные лодки могли оставаться только в течение одной трети всего времени их нахождения в море, остальные две трети времени тратились на переход в район патрулирования и обратно. Перед многими подводными лодками ставилась задача ведения разведки в районе островов, являвшихся подмандатными территориями США{18}. Боевое патрулирование в этих районах часто было безрезультатным из-за незнания маршрутов движения транспортов.

Действия американских подводных лодок в центральной части Тихого океана

Если в юго-западной части Тихого океана японские корабли и суда плавали в районах патрулирования американских подводных лодок, то подводные лодки, базировавшиеся на Пирл-Харбор, в поисках цели должны были пройти тысячи миль. В юго-западной части Тихого океана мало что изменилось после перехода от ограниченной к неограниченной подводной войне. Большая часть кораблей, встречавших подводные лодки к югу от Формозского пролива, входила в состав японских сил вторжения. Примечательно, что все корабли и суда, потопленные подводными лодками союзников в юго-западной части Тихого океана в начальный период войны, принадлежали либо армии, либо флоту и ни одно из них не было чисто гражданским судном. В центральной части Тихого океана многие японские суда, обнаруженные американскими подводными лодками, принадлежал министерству вооружений и, как правило, совершали переход без охранения. Различное поведение противника в упомянутых океанских районах влекло за собой возникновение разных методов действий подводных лодок.

Хотя подводные лодки, выходившие на патрулирование из Пирл-Харбора, часто подвергались атакам глубинными бомбами и преследовались кораблями противника, действия противолодочных сил японского флота в первые три месяца войны были не столь эффективными, как потом в юго-западной части Тихого океана. В январе в Панамском канале в результате столкновения с другим кораблем была потеряна подводная лодка "S-26". Из ее экипажа в живых остались только три человека. В целом же в обширном районе океана, который входил в операционную зону подводных сил Тихоокеанского флота, за первые три месяца войны не было потеряно ни одной подводной лодки в результате действий противника. По существу, самым грозным врагом подводных лодок, базировавшихся на Пирл-Харбор, был Тихий океан с его необъятными просторами.

За первые три месяца военных действий из Пирл-Харбора на патрулирование ушли 25 подводных лодок, которые в общей сложности провели в море 1229 дней и покрыли расстояние 163214 миль в надводном положении и под водой. Из этого времени подводные лодки вели патрулирование только 480 дней, а остальные 749 дней ушли на переходы в районы патрулирования и возвращение в базы. На таких обширных океанских просторах, каким является Тихий океан, для успешного использования подводных лодок важнейшее значение имеет эффективная разведка, которая позволяет избирать наиболее ценный для патрулирования район. Однако подводные лодки получали очень скудную разведывательную информацию, и в начальный период войны они большей частью вели разведку на себя. Однако, несмотря на то что было потрачено много времени на разведку в районе Маршалловых и Каролинских островов, результаты действий подводных лодок были весьма скромными по сравнению с затраченными усилиями. За первые три месяца боевых действий подводные лодки, базировавшиеся на Пирл-Харбор, потопили лишь одну японскую подводную лодку, шесть транспортов и три-четыре судна повредили.

Переходы тортовых судов без охранения и ведение неограниченной подводной войны потребовали быстрого развития новой тактики. Командующий подводными силами Тихоокеанского флота Уитерс скоро освоился с новой обстановкой. Стратегические и тактические концепции командующего нашли свое отражение в его заключениях по наиболее важным донесениям командиров подводных лодок о проведенном патрулировании. Эти донесения с заключениями командующего распространялись среди командного состава подводного флота, что, несомненно, помогало быстрее внедрить новую тактику использования подводных лодок.

Когда "Гаджон" вышел в свое первое патрулирование, Гренфелл имел строгий приказ для экономии топлива использовать на переходе только один двигатель, а при подходе к рубежам действия японских патрульных самолетов в дневное время находиться только в подводном положении. Поэтому имелась возможность рассчитать время, необходимое подводной лодке для перехода к назначенному району и обратно. Однако командиры дивизионов, эскадр и соединений в своих оценках донесений командиров лодок высказывали мнение, что во время перехода слишком много времени лодки идут в подводном положении и что при наличии эффективной системы наблюдения можно было бы больше идти в надводном положении. Командующий подводными силами отмечал в свою очередь, что во время ночной атаки из надводного положения Гренфелл должен был использовать превосходство лодки в скорости хода, чтобы преследовать корабль противника.

После возвращения с патрулирования подводной лодки "Грейлинг", позволившей безнаказанно уйти японскому авианосцу, действия командира лодки подверглись резкой критике. Командир дивизиона отмечал, что, несмотря на данные разведки о движении японского авианосца к району патрулирования этой лодки, она продолжала идти в подводном положении на большой глубине и командир лодки при обнаружении цели полагался только на гидроакустическую станцию. Командир дивизиона считал, что в такой обстановке нельзя полностью полагаться на гидроакустика и его аппаратуру. По возможности следовало вести поиск либо в надводном положении, либо на перископной глубине. Визуально можно просмотреть большую площадь поверхности моря, чем с помощью гидроакустической аппаратуры, и само гидроакустическое наблюдение следовало рассматривать как вспомогательное. Командующий подводными силами в связи с этим высказался еще резче. Он сказал, что 18 февраля "Грейлинг" упустил возможность победы. Эту неудачу он относил за счет ненужного в данной обстановке ухода на большую глубину.

"Грейлинг" за время своего патрулирования не потопил и не повредил ни одного корабля противника. А вот "Тритон" во время своего второго патрулирования проник в Восточно-Китайское море и потопил два из тех шести японских торговых судов, которые были потоплены подводными лодками, базировавшимися на Пирл-Харбор, за первые три месяца войны. И тем не менее командующий подводными силами и здесь нашел недостатки. Он признал, что "Тритон" во время своего патрулирования действовал решительно, однако в Восточно-Китайском море следовало бы дольше находиться в надводном положении. Над Восточно-Китайским морем непрерывно вели разведку японские самолеты, однако, как он отмечал, опыт борьбы английских самолетов с германскими подводными лодками свидетельствовал о том, что, если даже подводная лодка и была обнаружена, ей редко удавалось причинить вред, если только действия самолета не дополнялись действиями находившихся поблизости надводных противолодочных кораблей. Но и при наличии надводных кораблей противника, утверждал командующий подводными силами, при их слабой противолодочной обороне подводная лодка подвергает себя не большему риску, чем при обычных действиях в неограниченной войне.

Эти замечания были, конечно, справедливы, но еще справедливее было бы, если бы командующий подводными силами и командиры эскадр признали свою ответственность за разработку той довоенной тактики подводных лодок, которую потом они сами критиковали в своих заключениях. Составление заключения командующего подводными силами входило в обязанность офицеров штаба, и хотя командующий подписывал, к примеру, заключения по торпедной стрельбе, замечания по ним чаще готовил флагманский минер.

Последующий опыт войны доказал ошибочность утверждения флагманского минера об одноторпедном залпе, поскольку чаще всего это приводило к напрасной трате торпед, за исключением тех редких случаев, когда подводная лодка могла спокойно выбрать позицию для атаки, а цель не имела возможности уклониться от торпеды.

Однако, как говорится, сделаешь - плохо и не сделаешь - плохо. Упущения специалистов по торпедному вооружению в Пирл-Харборе были не меньше упущений минеров главного управления по вооружению. Первые не имели возможности проверить как следует донесения о стрельбах, а вторые слепо верили в свои торпеды, вместо того, чтобы всесторонне испытать их.

Боевые действия японеких подводных лодок

Японские подводные лодки играли очень незначительную роль при захвате Голландской Индии. 4-ая эскадра подводных лодок ("I-53", "I-55", "I-56", "I-57", "I-58", "RO-33" и "RO-34"), базировавшаяся в бухте Кам-Рань (Индокитай), в январе и феврале действовала в Яванском море и в водах к югу от острова Ява. Эти подводные лодки, по их собственным данным, потопили несколько судов.

5-ая эскадра ("I-59", "I-60", "I-62", "I-64", "I-65" и "I-68") была развернута в Индийском океане и в Бенгальском заливе. 17 января в проливе Сунда "I-60" была потоплена английским эсминцем "Джюпитер". В феврале подводные лодки этой эскадры потопили несколько транс-портов союзников, находившихся между Рангуном и островом Суматра.

6-ая эскадра ("I-121", "I-122", "I-123" и "I-124") базировалась на Давао (остров Минданао) и действовала в море Флорес и в проливе Торрес к северу от Австралии. Подводные лодки этой эскадры несколько раз обнаруживали американский тяжелый крейсер "Хаустон" и другие корабли союзников, но не смогли атаковать их. "I-124" была потоплена американским эсминцем "Эдсолл" и австралийскими тральщиками "Делорэн", "Литгов" и "Ка-тумба" 20 января, когда ставила мины у австралийского порта Дарвин.

В центральной части Тихого океана действия японских подводных лодок оказались более успешными. За первую половину января большей части подводных лодок, действовавших у Тихоокеанского побережья США, пришлось уйти из своих районов патрулирования и вернуться на остров Кваджелейн для приема топлива. Проходя на обратном пути мимо Гавайских островов, "I-9" выпустила имевшийся на ее борту гидросамолет, который произвел успешную разведку американской базы Пирл-Харбор. 7 января подводная лодка "I-25", возвращаясь в базу, обнаружила между островом Джонстон и Маршалловыми островами гидроавиатранспорт, на палубе которого стояли самолеты. "I-25" выпустила по нему четыре торпеды и донесла о его потоплении, но в составе американского флота не имелось такого гидроавиатранспорта, и в тот день не было потеряно ни одного американского корабля. Этот инцидент до сих пор остался загадкой. Следующий же контакт между японскими подводными лодками и американским авианосцем был вполне реальным. 11 января "I-6" атаковала авианосец "Саратога", а донесла о потоплении авианосца "Лексингтон". Эта ошибка на некоторое время спутала японские оперативные планы. "Саратога" не пошел ко дну, как считали в Японии, хотя фактически он был выведен из строя и отправлен для ремонта на Тихоокеанское побережье США. В результате авианосные силы США на Тихом океане в течение нескольких последующих месяцев были ослаблены на 25%.

К началу марта 1942 года Япония имела все основания быть довольной достигнутыми успехами. В довоенное время самые оптимистичные японские военные руководители считали, что на все это уйдет год, при этом будет потеряна треть корабельного состава флота. Однако фактически поставленные задачи удалось решить за три месяца, и Япония потеряла только пять эсминцев, семь подводных лодок, девять малых кораблей и торговых судов общим тоннажем 170000 тонн.

Замыслы японского командования в начальный период военных действий предполагали использование подводных лодок преимущественно для обеспечения действий своего надводного флота, и лишь во вторую очередь - для нарушения торгового судоходства противника. Хотя успехи японских подводных лодок оказались более чем скромными, они были реальны. Если бы не данные разведки, полученные от подводных лодок, "Рипалс" и "Принс ов Уэло могли бы выполнить поставленную перед ними задачу, и эффектная победа обернулась бы жестоким поражением Японии. В Японии считали, что лодка "I-6" потопила "Лексингтон", и хотя она только повредила "Саратогу", это был такой успех, каким не могла похвастать ни одна подводная лодка союзников.

Как и в военно-морских флотах других стран, в Японии приписывали своим подводным лодкам победы, каких они в действительности не одерживали. Но в то же время было непонятно, как единственная находившаяся у атолла Уэйк американская подводная лодка могла повернуть обратно, бросив на произвол судьбы защитников атолла. Операции японских подводных лодок с использованием гидросамолетов и сверхмалых подводных лодок свидетельствовали об изобретательности японских подводников, но серьезного успеха эти операции не приносили. Вероятно, те же подводные лодки могли принести гораздо больше пользы, если бы они вели обычные боевые операции. Что касается второй задачи японского подводного флота - нарушения торгового судоходства, то результаты действий японских подводных лодок, потопивших в Индийском океане много судов, превосходили в этом отношении успехи союзников. Немцы были заинтересованы в том, чтобы японские подводные лодки расширили свои операции по нарушению торгового судоходства в Индийском океане, поскольку каждый потопленный там корабль союзников соответственно уменьшал их число в Атлантическом океане, где в самом разгаре была так называемая битва за Атлантику.

Примечательно, что в такой стране, как Япония, которая в большой степени зависит от морских перевозок, судоходство было организовано плохо. Между ведомствами, осуществлявшими перевозки в интересах армии, флота и министерства вооружений, почти не было взаимодействия. Гражданские суда выходили в море порожняком, а возвращались с сырьем. Суда, принадлежавшие армии и флоту, выходили из японских портов, груженные войсками и военными материалами, и возвращались в балласте. Было странно, что в этой стране, которая испытывала острый недостаток в грузовых судах, регулярно совершались порожние рейсы на большие расстояния. Танкерный флот, в котором позднее Япония стала испытывать наибольший недостаток, практически не использовался до тех пор, пока не были захвачены нефтяные источники в Голландской Индии и пока не была налажена их эксплуатация.

В Японии не была отработана система конвоирования и охранения судов. Не имелось единого командования кораблей охранения, общего плана организации связи. Объединенный флот Японии включал в свой состав почти все эсминцы и тщательно оберегал их. Он возражал против передачи даже небольшого числа эсминцев для охранения конвоев.

Нередко эскадренные миноносцы совершали обычный переход из одного порта в другой, в то время как тем же самым путем шли неохраняемые конвои с ценным грузом. Командиры эскадренных миноносцев с презрением относились к задачам охранения и конвоирования судов. Их основной задачей был ночной бой и торпедная атака (в этом отношении они были на высоте, в то время как американскому флоту приходилось приносить большие жертвы, обучаясь этому искусству). Однако в противолодочных действиях японские эсминцы уступали американским. Со временем потери японских кораблей возрастали во все большей степени, в то время как американские эсминцы, успешно овладевая искусством ночного боя, несли при этом меньший урон.

Глава VII. Март - апрель 1942

"Сейлфиш" и "Камогава-мару"

2 марта 1942 года подводная лодка "Сейлфиш" обнаружил соединение японских кораблей в проливе Ломбок. "Сейлфиш" атаковал эсминец противника, но торпеды прошли мимо цели. В ту же ночь "Сейлфиш" с большой дистанции дал торпедный залп по крупному кораблю, который был принят за авианосец из-за его характерной плоской палубы. Командир лодки видел, как торпеды взорвались у борта цели. Долгое время считалось, что "Сейлфищ" повредил японский авианосец "Кага", входивший в состав авианосного соединения Кидо Бугаи, которое рыскало по всему Тихому океану и уничтожало все на своем пути. Уверенность Вога в том, что это был именно "Кага", усиливалась следующим: этот авианосец не участвовал больше в операциях Кидо Бугаи в марте и апреле. В действительности же "Кага" получил повреждения, налетев на коралловые рифы у островов Голландской Индии. Его отправили в Японию и там поставили в сухой док. В то время мало кто знал о его местонахождении. Это ввело в заблуждение командиров американских подводных лодок, действовавших на Тихом океане. Тем не менее донесений Вога оказались в принципе правильными. В ночной атаке 2 марта "Сеилфиш" потопил "Камогава-мару" - один из самых быстроходных японских торговых судов, переоборудованных в авиатранспорты.

3 марта подводная лодка "Сэмон", четыре раза безуспешно атаковавшая корабли противника, которые были приняты Маккинни за легкие крейсера, предприняла новую, пятую атаку. На этот раз командир подводной лодки был уверен, что его торпеды попали в цель, и доложил о потоплении легкого крейсера. Примерно в то же самое время и на том же месте был серьезна поврежден торпедой, выпущенной с подводной лодки, японский эсминец "Судзукадзе". Очевидно, это и был тот самый корабль, который атаковал "Сэмон".

Между тем из-за сокращения запасов топлива патрулирование вело все меньшее число подводных лодок США. Последней подводной лодкой типа "S", оставшейся в районе к северу от острова Ява, была "S-39". 4 марта она атаковала военный танкер "Еримо". 15 марта Уилкс приказал пяти лодкам типа "S", находившимся в Фримантле, обогнуть Австралию с юга и прибыть в Брисбен, где они должны были встретиться с подводными лодками "S", следовавшими в Брисбен из Панамы. Во Фримантле осталось 20 эскадренных подводных лодок.

"Си вулф" у острова Рождества

Основные силы японского флота продолжали действовать в Малайе и Голландской Индии, где они обеспечивали поддержку и снабжение войск. Чтобы прикрыть с фланга позиции в Бирме, эти силы 23 марта заняли Андаманские острова и примерно в то же время направили через пролив Ломбок экспедиционные силы к острову Рождества, находящемуся в 200 милях к югу от острова Ява. В проливе Ломбок японские силы обнаружили подводную лодку "Сэмон". Маккинни дал оповещение по радио с указанием координат, курса и скорости противника, хотя было мало вероятно, чтобы к югу от острова Ява находились корабли союзников, которые могли бы противодействовать японским силам.

Подводная лодка "Сивулф" получила приказ произвести разведку района острова Рождества и затем следовать во Фримантл. На лодке были на исходе запасы топлива, провизии и торпед. По имевшимся данным, остров Рождества все еще находился в руках союзников, и когда командир получил оповещение "Сэмона", он правильно определил, куда направляются японские экспедиционные силы, и решил ждать встречи с ними. Рано утром 31 марта у острова Рождества "Сивулф" обнаружил японское оперативное соединение. Он установил, что в составе соединения находятся четыре легких крейсера. Они готовились к открытию артиллерийского огня по берегу. Уордер атаковал флагманский корабль из носовых торпедных аппаратов. Опасаясь ответной атаки, Уордер очень осторожно поднял перископ и увидел, как его торпеды взорвались у цели. Весь день эсминцы охотились за "Сивулфом", довольно точно сбрасывая глубинные бомбы. На следующее утро, перед рассветом, "Сивулф" снова обнаружил противника. Командир лодки снова избрал флагманский корабль объектом атаки и дал по нему торпедный залп. Некоторое время спустя тишину разорвал грохот взрывов.

В тот же день, 1 апреля, Уордеру опять сопутствовала удача. На этот раз его целью оказался крейсер. "Сивулф" выпустил по нему свои последние торпеды. Гидроакустик проследил движение торпед вплоть до цели и зафиксировал точное попадание.

На боевой счет "Сивулфа" было отнесено потопление трех крейсеров. Однако в японских документах ничего не говорится о потоплении крейсеров в это время.

Подводные лодки Тихоокеанского флота США

К началу марта определились те принципы, на основе которых проводились операции подводных лодок Тихоокеанского флота. Была закончена разведка островов в центральной части Тихого океана и определено местоположение важнейших японских военно-морских баз. У берегов Японии находились пять подводных лодок, у Каролинских островов - одна, на переходе в районы патрулирования - восемь. Командующий подводными силами Тихоокеанского флота Уитерс принял решение переразвернуть все эти подводные лодки для действий против важной цели.

Разведка флота установила, что поврежденный японский авианосец вышел из Палау по направлению к Йокосуке. Очевидно, это был "Кага", который, как полагали, получил попадание одной из торпед "Сейлфиша" в проливе Ломбок. Однако в действительности этот авианосец возвращался в Японию для устранения повреждений в подводной части корпуса, полученных им на рифах. Уитерс предпринял меры к тому, чтобы навести свои подводные лодки на авианосец, но полученная информация была явно неточной, а район, в котором предстояло вести поиск, оказался слишком обширным.

В итоге японский, авианосец обнаружить так и не удалось.

К 4 мар/а всем подводным, лодкам было приказадо вернуться в назначенные им районы _патрулированйя. В тот же день "Наруал" потопил корабль противника в районе островов Амали, а "Туна" - южнее острова Кюсю.

Японские планы ведения второй фазы войны

Главный японский морской штаб в общих чертах рассмотрел план вторжения в Северную Австралию, чтобы не допустить развертывания массированного воздушного наступления на Японию, которое, как предполагали в Японии, будет осуществляться с этого континента. По подсчетам, произведенным командованием японской ар-, ми и, для этой цели ей потребовалось бы десять дивизий. Судов не хватало для перевозки и половины этих войск, даже если бы армия и имела указанное число дивизий По тем же причинам был отвергнут план японского вторжения на Гавайские острова. При этом учитывалось, что на переходе к Гавайям большое число японских судов в течение длительного времени будет подвергаться атакам американских подводных лодок. Учитывая ограниченные возможности материально-технического обеспечения войск на последующем этапе войны, было признано наиболее целесообразным продвижение с постепенным захватом островов. Удар предполагалось наносить через Соломоновы острова, острова Фиджи и Самоа с целью перерезать американские коммуникации с Австралией.

Штаб Объединенного японского флота пришел к совершенно противоположным выводам. Там были очень обеспокоены уязвимостью Японии в результате возобновления рейдов американских авианосных сил из центральной части Тихого океана. В штабе Ямамото считали, что для защиты Японских островов первостепенное значение имеет продвижение на восток. В итоге штаб Объединенного флота выдвинул план захвата атолла Мидуэй, самой западной американской базы в центральной части Тихого океана. В японском военно-морском флоте шла жестокая борьба между сторонниками этих двух стратегических концепций. В конце концов одержала верх точка зрения штаба Объединенного японского флота. 16 апреля император Японии одобрил план нападения на Мидуэй.

Воздушный налет на Токио

Рано утром 18 апреля 16 американских армейских бомбардировщиков В-25 стартовали с палубы авианосца "Хорнет" с целью Нанесения бомбового удара по Токио. Этот налет подтвердил, что опасения, касающиеся возможности налетов авианосной авиации на Японию, были обоснованными.

В день налета на Токио подводная, лодка "Трешер" патрулировала южнее Токио. "Трешер" находился здесь уже несколько дней, ведя метеорологические наблюдения. В Японии знали о присутствий американской лодки в этом районе, поскольку здесь было потоплено японское судно. В ночь на 16 апреля Андерсону (командир "Трешера") предстояло решить специальную задачу. Он покинул свою позицию, чтобы ввести противника в заблуждение, и передал по радио донесение с данными метеорологических наблюдений. Это донесение имело серьезное значение для адмирала Хэлси, который с авианосцами "Хорнет" и "Энтерпрайз" находился в нескольких сотнях миль к востоку.

Урон, причиненный Японии в результате первого в ее истории воздушного налета, был невелик по сравнению с результатами многих других налетов, которые ей пришлось испытать позднее. Однако этот первый налет сильно взволновал японцев. Через пролив Бунго из Внутреннего Японского моря вышел 2-ой флот, только вернувшийся из напряженного похода, который знаменовал собой конец первой фазы войны. С аэродромов острова Хонсю в воздух поднялись бомбардировщики. Все имевшиеся подводные лодки были высланы в море для преследования уходивших американских авианосцев. Вышедшее в Тихий океан через пролив Лусон оперативное соединение Кидо Бугаи также начало поиск противника в водах южнее Японских островов. Было отсрочено выполнение боевых задач авианосцами "Секаку" и "Дзуйкаку" и сокращено время подготовки к выходу в море других авианосцев. Но, несмотря на все эти меры, Хэлси беспрепятственно ушел.

Переразвертывание японских подводных лодок

В конце первой фазы войны все японские подводные лодки ушли из Индийского океана и вод Голландской Индии. В середине апреля оперативное соединение, состоявшее из подводных лодок "I-10", "I-16", "I-18", "I-20" и "I-30" и вспомогательных крейсеров "Хококу-мару" и "Айкоку-мару", вышло из Японии в Джорджтаун (Пенанг), где три из этих подводных лодок должны были принять на борт сверхмалые подводные лодки, чтобы затем следовать на выполнение боевого задания к Диего-Суарес (Мадагаскар), где базировалась часть британского Дальневосточного флота. Используя возможность приема топлива в море, "I-30" должна была из Мадагаскара идти на юг, обогнуть мыс Доброй Надежды и через Атлантический океан прибыть в Германию.

Примерно в то же время подводные лодки "I-22", "I-24", "I-28" и "I-29" вышли из Японии к островам Трук. Они должны были действовать в Коралловом море и затем у Соломоновых островов принять на борт сверхмалые подводные лодки для последующих действий у восточных берегов Австралии. Их сопровождали подводные лодки "I-21" и "I-27", которые должны были вести разведку у побережья Австралии. 18 апреля, когда Хэлси совершал воздушный налет на Токио, эти подводные лодки находились в 400 милях к югу от острова Хонсю. Им было приказано изменить маршрут движения и следовать в район восточнее островов Бонин для поиска кораблей Хэлси. Поскольку эти лодки были очень нужны в Коралловом море, они вскоре прекратили поиск и снова двинулись к островам Трук. Большая часть других японских подводных лодок в апреле готовилась к операции у острова Мидуэй.

Организация японской противолодочной обороны

Возросшие в марте потери на море и нехватка морских транспортных средств для военных операций заставили японское командование обратить внимание на противолодочную оборону, которой оно ранее пренебрегало. 11 апреля для охранения судов, совершавших переходы между Сингапуром и Японией, была создана 1-ая эскортная группа, состоявшая из десяти устаревших эсминцев и семи малых кораблей, 2-ая эскортная группа, состоявшая из четырех устаревших эсминцев и трех малых кораблей, приняла на себя задачу охранения судов между Иокосукой и островами Трук. Однако этих сил охранения было далеко не достаточно.

В Японии не смогли воспользоваться низким качеством американских торпед, которые часто взрывались преждевременно. Некоторые японские корабли возвращались в базы с невзорвавшимися американскими торпедами, которые торчали из корпуса корабля. Многие в Японии считали, что, если даже танкер получит попадание торпед, он не должен затонуть. Предполагая, что так будет продолжаться всегда, капитаны торговых судов предпочитали плавать без охранения, которое уменьшало эффективность морских перевозок. А в свою очередь Объединенный японский флот оказывал сопротивление всякой попытке использовать эскадренные миноносцы для охранения судов.

Действия американских подводных лодок в апреле

В юго-западной части Тихого океана перевод базы подводных лодок во Фримантл значительно увеличил расстояние, которое приходилось покрывать подводным лодкам при переходе из базы в район боевых действий. Это резко уменьшило число подводных лодок, которые могли оставаться севернее малайского барьера. Эти несколько подводных лодок с наибольшей пользой могли быть использованы для действий на морских сообщениях Японии, особенно против танкеров, перевозивших нефть с Борнео и Суматры. Однако по разным причинам нередко приходилось от этого отказываться, в частности из-за необходимости помогать войскам, попавшим в трудное положение, или просто-напросто спасать их. В апреле, когда обстановка на острове Коррехидор и полуострове Батан стала крайне напряженной, подводные лодки больше привлекались для снабжения войск. В апреле пять подводных лодок совершили рейсы на Коррехидор, доставив туда продовольствие, боеприпасы и предметы снабжения. Обратным рейсом они вывезли личный состав армии и флота.

Но не только на Коррехидоре проводились подобные операции. Подводная лодка "Сирейвн" по пути к Коррехидору с грузом боеприпасов получила приказ спасти на острове Тимор австралийских солдат, избежавших плена. Было спасено тридцать австралийцев. Позднее подводная лодка "Стёрджон" предприняла неудачную попытку спасти группу австралийских летчиков, которые, как полагали, скрываются от японцев на островке вблизи Тжилатжиапа.

Эти операции отвлекали подводные лодки от выполнения их основных задач уничтожения японских кораблей и, несомненно, уменьшали угрозу японскому судоходству.

Передышка, которую дали Японии американские подводные лодки в юго-западной части Тихого океана, совпала с такой же передышкой в центральной части Тихого океана. Большую часть апреля у побережья Японии и в Восточно-Китайском море находились только две американские подводные лодки. Ввиду ухода союзников с Явы, острова Формоза и Палау оказались вне радиуса действия подводных лодок, базировавшихся на Фримантл, и американское командование в центральной части Тихого океана приняло на себя ответственность за ведение операций в этих районах, хотя в апреле не оказалось подводных лодок, которые можно было туда направить. Наращивание японских сил в Рабауле заставило США обратить особое внимание наложную часть Тихого океана. Для разведки обстановки на островах Трук и в районе Кавиенга была послана подводная лодка "Тэмбор", но в апреле патрулирование здесь американских подводных лодок не дало результатов, Апрель был месяцем переразвертывания подводных лодок.

3 апреля в Датч-Харбор (Аляска) прибыли подводные лодки "S-34" и "S-35", где они встретились с лодками "S-18" и "S-23", которые с началом войны в срочном порядке были направлены сюда из Сан-Диего. На этом этапе войны патрулирование подводных лодок у Алеутских островов носило чисто оборонительный характер, и ни одной из подводных лодок не довелось вступить в бой с противником.

Шесть подводных лодок типа "S" ("S-42", "S-43", "S-44", "S-45", "S-46" и "S-47") под командованием Кристи находились на переходе из Панамы в Брисбен. 15 апреля после сорока пяти дней пребывания в море, упомянутые лодки прибыли в пункт назначения. После прибытия Кристи к нему в оперативное подчинение перешли все подводные лодки, находившиеся в Брисбене.

15 апреля из Фримантла в Брисбен пришла подводная лодка "S-38". Вскоре она вышла на патрулирование в залив Папуа. 21 апреля подводная лодка "S-47" вышла из Брисбена на патрулирование в проливе Святого Георга, между островами Новая Ирландия и Новая Британия. Спустя несколько дней следом за ней в тот же район ушли подводные лодки "S-42" и "S-44".

Верховное командование

В начале апреля комитет начальников штабов в Вашингтоне разделил Тихоокеанский театр военных действий. Генерал Макартур стал главнокомандующим войсками союзников в юго-западной части Тихого океана. Под-его командованием находились все вооруженные силы союзников в этом районе. Азиатский флот стал именоваться Военно-морскими силами США в юго-западной части Тихого океана, и их командующим стал вице-адмирал Лири. Вице-адмиралу Лири подчинялись командующие оперативными соединениями подводных лодок -Уилкс во Фримантле и Кристи в Брисбене.

Адмирал Нимиц в Пирл-Харборе помимо обязанностей главнокомандующего Тихоокеанским флотом стал главнокомандующим всеми силами союзников в зоне Тихого океана. Нимицу подчинялся командующий подводными силами Тихоокеанского флота Уитерс. Весь Тихий океан был разделен на северную, центральную и южную части. Командующим силами союзников в южной части Тихого океана был назначен вице-адмирал Гормли.

После оперативного разделения Тихого океана Соломоновы острова, архипелаг Бисмарка и Новая Гвинея оказались отнесенными к юго-западной части, где главнокомандующим был Макартур. Для Макартура основной задачей была оборона Порт-Морсби, а для Нимица - борьба с японским военно-морским флотом. Для разведки обстановки в Коралловом море Нимиц направил оперативное соединение. Подводные лодки в Брисбене находились под командованием Макартура и подчиненных ему флотских офицеров. До того как каждая из подводных лодок Нимица входила в воды юго-западной части Тихого океана, план ее действий должен был быть тщательно согласован с штабом подводных сил юго-западной части Тихого океана во избежание недоразумений, вызванных присутствием в данном районе океана подводных лодок, не подчиненных единому командованию. Отработка взаимодействия между авиацией, надводными силами и подводными лодками, действовавшими в одном и том же районе, - сложное дело, даже когда эти силы подчинены единому командованию. А при разделенном командовании осуществлять такое взаимодействие еще сложнее.

1 мая в Коралловом море, к западу от островов Новые Гебриды, авианосные оперативные соединения встретились с авианосцами "Йорктаун" и "Лексингтон". Командование объединенными силами было возложено на Флетчера. Позднее в состав этих сил вошли два австралийских крейсера и один американский. Это было крупное соединение флота, однако недостаточно мощное по сравнению с противостоявшими японскими силами. В тот же день с островов Трук подошли ударные японские силы с авианосцами "Сёкаку" и "Дзуйкаку", которые должны были обеспечивать японские силы вторжения при высадке десанта, в Порт-Морсби. Шесть японских подводных лодок образовали в Коралловом море завесу. Три американские подводные лодки типа "S" заняли позиции вдоль возможного маршрута движения японских сил. Таким образом, все было подготовлено к бою в Коралловом море.

Глава VIII. Май 1942

Бой в Коралловом море

Бой в Коралловом море начался 4 мая налетом американской авианосной авиации на японские силы у Тулаги, неподалеку от острова Гуадалканал группы Соломоновых островов. Ударные силы японцев (авианосцы "Дзуйкаку" и "Сёкаку", три тяжелых крейсера и шесть эсминцев) под командованием вице-адмирала Такаги находились слишком далеко, чтобы нанести ответный удар. Они вошли в Коралловое море с востока 6 мая. На следующее утро японские самолеты-разведчики обнаружили танкер "Ниошо" в сопровождении эсминца, приняв их соответственно за авианосец и крейсер. Японцы нанесли по американским кораблям удар с воздуха и потопили их. В это же время американская авианосная авиация атаковала японские корабли прикрытия, потопив легкий авианосец "Сёхо". Только утром 8 мая главные авианосные силы обнаружили друг друга. Стороны обменялись ударами авианосной авиации. "Сёкаку", получив попадания трех бомб, вышел из строя, но остался на плаву. "Дзуйкаку" попаданий не получил, но потерял большую часть своих самолетов. Американские силы тоже понесли урон. Авианосец "Йорктаун" получил попадание, но был в состоянии обеспечивать полеты самолетов. Авианосец "Лексингтон" был также поврежден ударами двух бомб и двух торпед. Возникшие на нем пожары были ликвидированы, а пробоины в подводной части заделаны. Однако позже в поврежденном отсеке произошел взрыв горючего, из-за которого экипажу пришлось покинуть корабль.

Подводные лодки активного участия в бою в Коралловом море не принимали. Четыре японские подводные лодки ("I-22", "I-24", "I-28" и "I-29") находились в 250 милях к юго-востоку от Гуадалканала и две ("RO-33" и "RO-34") патрулировали к югу от Порт-Морсби. Контакта с противником они не имели. Четыре американские подводные лодки типа "S" после трудного перехода в южную часть Тихого океана несли патрульную службу, но прохода японских оккупационных сил не обнаружили.

Использование подводных лодок США

К 1 мая 1942 года активность действий подводных лодок после спада в апреле снова возросла. В оперативной комнате командующего подводными силами Тихого океана на карту были нанесены места восемнадцати подводных лодок. Лодки эти находились в районах Маршалловых, Каролинских и Японских островов, в Восточно-Китайском море, а также на переходе из Пирл-Харбора в районы патрулирования и обратно. Пять эскадренных подводных лодок, вышедших из Фримантла, действовали в Южно-Китайском море и в районе Голландской Индии. Лодка "Спирфиш" оставила Коррехидор 3 мая, имея на борту сверх комплекта 25 человек. Подводная лодка "Сейлфиш" шда на Коррехидор с боеприпасами, когда последний был сдан. Четыре лодки типа "S", базировавшиеся на Брисбен, патрулировали в водах архипелага Бисмарка и в Коралловом море.

О первых подводных лодках, вышедших в море с началом войны, известно немного; считали, что половина из них не вернется. К 1 мая в юго-западной части Тихого океана США потеряли четыре подводные лодки, в то время как в центральной части Тихого океана потерь не было. Стало очевидным, что подводная война, вопреки прогнозам, которые делались на основании итогов проводившихся в мирное время маневров, не так уж страшна. В основе такой оценки лежало использование лодками радиолокационной станции воздушного обнаружения. Правда, первые радиолокационные станции на лодках не могли обнаружить надводный корабль, но они позволяли обнаруживать не видимые с мостика самолеты. Кроме того, станция давала возможность лодке, находившейся у неприятельского берега, производить навигационные обсервации. Операторы на радиолокационных станциях были еще сравнительно неопытными, а приборы требовали постоянного внимания и регулировки, но наличие станций на лодках делало надводные действия лодок куда менее опасными{19}.

Начальник штаба командующего подводными силами Тихого океана неизменно верил в эффективность торпед, несмотря на известный скептицизм со стороны Уилкса, который командовал подводными лодками, базировавшимися на Фримантл. Главное управление вооружения ВМС в ответ на один из запросов Уилкса признало, что действительная глубина хода торпеды "Мк-14" на 1,2 метра больше заданной. Командующий подводными сипами Тихого океана (Уйтерс) приказал своим лодкам учесть это обстоятельство и рекомендовал устанавливать торпеды с расчетом на их прохождение на глубине 1,5 метра под килем корабля, с тем чтобы обеспечить взрыв торпеды от магнитного поля корабля. К протестам командиров лодок, доказывавших, что подобная практика лишает их возможности использовать многие выгодные ситуации, штаб остался глух.

Нехватка торпед все еще была ощутимой. Однако, несмотря на это, штаб командующего подводными силами Тихого океана пришел к выводу о необходимости стрельбы веером. Дело в том, что в силу неизбежной ошибки в измерении расстояния до цели, а также быстроты, с какой японские корабли выполняли противолодочный маневр, стрельба одиночными торпедами привела к тому, что большое число выпущенных торпед не достигло цели и процент попадания оказался невысоким. Поэтому командующий подводными силами Тихого океана отменил имевшиеся инструкции и приказал вести залповую стрельбу двумя или более торпедами с растворением торпед в залпе с целью обеспечить по крайней мере одно попадание. Исходя из опыта самых ранних выходов лодок на патрулирование, Уитерс настаивал на том, чтобы лодки большую часть времени проводили в надводном, а не в подводном положении. Это, по его мнению, позволяло эффективнее использовать район действия лодки и сохраняло инициативу, которую давала им большая скорость надводного хода. Правильность данного положения подтверждал накопленный опыт боевого использования лодок и технические возможности радиолокационной аппаратуры. Командующий Тихоокеанским флотом США и его штаб продолжали давать указания по развертыванию подводных лодок на Тихом океане и утверждали приказы на патрулирование для каждой лодки. Командующий подводными силами Тихого океана Уитерс не располагал свободой действий в выборе районов для подводных лодок. Однако хорошая связь позволяла ему руководить деятельностью подводных лодок, находившихся на патрулировании. Поврежденный в бою в Коралловом море японский авианосец "Сёкаку", возвращаясь в Японию, вынужден был следовать через все районы действия лодок, что давало Уитерсу возможность загнать его в ловушку.

Преследование авианосца "Сёкаку"

Самолеты с авианосцев "Лексингтон" и "Йорктаун" видели "Сёкаку", когда он, охваченный дымом и пламенем и имея большой крен, следовал из Кораллового моря на север. Авианосец в бою получил попадания бомб с пикирующих бомбардировщиков. Эскадрильи самолетов-торпедоносцев тоже доносили о попадании в него четырех торпед. Но авиационные торпеды были не лучше корабельных, и, несмотря на смелые атаки самолетов-торпедоносцев, "Сёкаку" не имел пробоин в подводной части. Уитерс считал, что авианосец поврежден торпедой, идет на сниженной скорости и является подходящим объектом для подводных лодок. Однако авианосец шел, по-прежнему хорошо выполняя противолодочное маневрирование. Уитерс организовал преследование авианосца. Он считал, что поврежденный японский авианосец зайдет на острова Трук, чтобы произвести там аварийный ремонт. Поэтому следовало прикрыть подходы к островам Трук.

Подводная лодка "Тотог" находилась на пути из Пирл-Харбора во Фримантл для смены одной из действующих в юго-западной части Тихого океана лодок, которая направлялась в США для капитального ремонта. Полагая, что бой в Коралловом море окажет влияние на обстановку у островов Трук, Уитерс приказал "Тотогу" следовать в район к югу от островов Трук с задачей уничтожения транспортов в проходе Отта. 9 мая, находясь в районе Понапе, лодка получила несколько сообщений о событиях в Коралловом море. Командир лодки Уиллинхэм пришел к выводу, что ему следует выйти на позицию как можно скорее, и потому решил, несмотря на то что в упомянутом районе активно действовали японские силы, сделать это в дневное время в надводном положении. Ведя тщательное наблюдение за воздухом и надеясь на свою радиолокационную станцию, командир вел лодку на скорости 15 узлов и 10 мая прибыл в назначенный район. Надеясь перехватить поврежденные в Коралловом море японские корабли, Уиллинхэм патрулировал у прохода Отта. Рано утром 17 мая он обнаружил на дистанции 15 кабельтовых японскую подводную лодку типа "I", которая в надводном положении шла в северном направлении. На "Тотоге" сыграли боевую тревогу. Гидроакустик доложил, что японская подводная лодка ведет поиск гидролокатором, затем сообщил, что лодка выпустила торпеду. Уиллинхэм тотчас скомандовал "к погружению" и ушел на глубину. Только после этого командир понял, что гидроакустик принял шумы, которыми сопровождалась подготовка к стрельбе носовых торпедных аппаратов на своей лодке, за выстрел торпеды японской лодкой. Но уже было поздно. Момент был упущен. Когда "Тотог" всплыл на перископную глубину, японская лодка была уже вне дистанции стрельбы. В течение следующего часа тем же курсом проследовала вторая японская подводная лодка типа "I". Вскоре после ее обнаружения "Тотог" выстрелил две торпеды и погрузился на 46 метров, чтобы избежать ответного удара. Уиллинхэм услышал взрыв торпеды. Пятью минутами позже лодка всплыла на перископную глубину. Осмотр в перископ показал, что на поверхности ничего нет. На этом основании командир решил, что японская лодка потоплена. Но он ошибся.

Около 11.00 того же дня "Тотог" обнаружил еще одну японскую подводную лодку. Очевидно, эта лодка возвращалась в базу тем же путем, каким пользовались другие японские лодки, возвращавшиеся из района патрулирования в Коралловом море. Уиллинхэм хорошо рассмотрел эту лодку и опознал ее. Это была "I-28". "Тотог" атаковал японскую яодку двумя торпедами. Одна из них попала в цель. "I-28" получила повреждение, но не затонула. Уиллинхэм сократил расстояние и выстрелил третью торпеду, на что лодка противника ответила залпом из кормовых торпедных аппаратов двух торпед. "Тотог" уклонился уходом на глубину. Пущенная им третья торпеда достигла цели, и "I-28" затонула. Таким образом, хотя Уиллинхэм и не обнаружил авианосец "Сёкаку", проведенное им время в районе к югу от островов Трук было насыщено активными действиями его лодки, которая затем проследовала в базу во Фримантл. Японское командование фактически использовало только Южный и Северный проходы к островам Трук, через которые интенсивно двигались суда. Большая часть других проходов в окружающих острова Трук рифах была защищена минными полями. Прежде всего это касалось проходов Отта, Риану и Северо-Восточного. Исходя из самых достоверных данных, которыми располагал Уитерс, считали наиболее вероятным, что возвращающиеся авианосцы воспользуются именно ими. Но этот расчет оказался ошибочным. Лодка, направленная на позицию у Северо-Восточного прохода, авианосцев не обнаружила. До этого она патрулировала в районе островов Трук; 4 мая, находясь примерно в 75 милях севернее Северного прохода, "Гринлинг" потопил японское грузовое судно "Кинджосэн-мару" (3262 тонны). 6 мая "Гринлинг" пришел к Северо-Восточному проходу. В последующие дни он не раз обнаруживая внутри лагуны корабли, которые совершали переходы между Северным проходом и якорной стоянкой острова Дублон. Окаймлявший этот путь риф служил хорошей защитой кораблей от подводных лодок. "Гринлинг" донес в Пирл-Харбор о своих наблюдениях, касающихся движения судов, и получил приказание оставаться в назначенном ему районе и доносить о судах противника, с тем чтобы этими данными могли воспользоваться подводные лодки, развернутые дальше к северу. 16 мая командир лодки обнаружил эскортируемый четырьмя эсминцами японский авианосец, который; следуя от южной якорной стоянки, благополучно миновал Северный проход. "Гринлинг" подошел вплотную к Северо-Восточному: проходу в надежде, что авианосец изменит свой курс, однако японский корабль остался недосягаемым для подводной лодки. На следующий день тем же курсом прошли два японских тяжелых крейсера. Обо всем этом командир "Гринлинга" доносил, как правило, через несколько часов после наблюдения, когда лодка получала возможность всплыть для радиопередачи.

Авианосец, который обнаружила лодка "Гринлинг", по всей вероятности, был "Дзуйкаку", так как авианосец "Сёкаку" прошел за несколько дней до этого. Все крупные корабли, возвращавшиеся: после боя в Коралловом море, благополучно миновали острова.Трук, но им предстояло еще пройти через завесу лодок, развернутую дальше к северу. Лодка "Каттлфиш" находилась в районе, острова Сайпан, но японцы оставили в стороне этот район. В результате только подводная лодка "Тритон", следовавшая с учетом движения "Сёкаку", вновь обнаружила авианосец.

14 мая "Тритон" после успешных двухнедельных боевых действий в Восточно-Китайском море находился к западу от острова Окинава. Патрулируя в этом районе, командир "Тритона" перехватил несколько оповещений командующего подводными силами Тихого океана, адресованных другим лoдкaм, в которых говорилось о "раненом медведе", идущем с островов Трук во Внутреннее Японское море. И хотя эти сообщения были адресованы не "Тритону", его командир решил пройти острова Нансэй, выйти в Тихий океан и занять позицию на возможном пути следования японских кораблей.

Около 17.00 следующего дня, после ночного прохода островов Нансэй, "Тритон" увидел на северо-западе мачты корабля. Это были два рыболовных судна под японским флагом. "Тритон" потопил их артиллерийским огнем. Затем он взял курс на восток. Эпизод с рыболовными судами в какой-то мере задержал подводную лодку, а артиллерийская стрельба рассогласовала радиолокационную станцию. Это случилось в тот самый момент, когда "Тритон" больше всего нуждался в исправно действующих радиолокаторах. К этому времени "Тритон" перехватил еще несколько телеграмм, адресованных подводным лодкам, развернутым между островами Трук и Японией, в которых содержалось приказание перехватить "раненого медведя" С помощью этих телеграмм командир "Тритона " наметил план перехвата "Сёкаку". И хотя Киркпатрик не имел указаний об охоте на "Сёкаку", он все же решил принять в ней участие. Итак, "Тритон" покинул назначенный ему район патрулирования, имея цель выйти на путь следования поврежденного японского авианосца. Положениями об использовании подводных лодок предусматривается следующее: командир лодки имеет право отойти от данных ему первоначальных указаний в любое время, когда он располагает новой информацией, неизвестной его старшим начальникам. По мнению Киркпатрика, командующий подводными силами Тихого океана не знал, что "Тритон" покинул Восточно-Китайское море и что поэтому его можно было использовать при "охоте на медведя". "Тритон" мог попытаться связаться с Пирл-Харбором и запросить указаний командующего подводными силами Тихого океана, однако это было опасно, поскольку подобная попытка могла привести к обнаружению места лодки сетью японских пеленгаторных станций. Поэтому Киркпатрик, заняв удобную позицию для решения любой возможной боевой задачи, соблюдал радиомолчание.

16 мая "Тритон" прибыл в избранный его командиром район и перед рассветом погрузился. Весь путь на позицию лодка проделала при самом тщательном учете навигационных факторов. Она приняла скорость хода противника, равной 16 узлам.и рассчитала, что сможет обнаружить японские корабли не ранее 15.00. В 15.20 на дистанции 6 миль "Тритон" обнаружил эсминец. Море было совершенно спокойное, видимость хорошая. Только на линии горизонта наблюдалась густая дымка. Почти сразу же вслед за эсминцем из дымки появился авианосец, шедший курсом на север со скоростью 16 узлов. "Тритон" оказался в очень неблагоприятной позиции. Дело в том, что к этому времени "Тритон" уже заканчивал свой срок патрулирования и в носовом торпедном аппарате у него имелась всего одна торпеда, а в кормовом - четыре. Лодка находилась от противника на расстоянии около 6000 метров, следуя курсом сближения. Однако менее чем через минуту Киркпатрик понял, что лодка не сможет сблизиться. Он попытался изменить курс, чтобы воспользоваться кормовыми торпедными аппаратами. Во время этого маневра расстояние до противника увеличилось настолько, что об успешной атаке не могло быть и речи{20}. Авианосец шел противолодочным зигзагом. Наступил полдень, и можно было ожидать, что авианосец, помимо шедших впереди него эсминцев охранения, имеет авиационное прикрытие, причем на то, что эсминцы все еще находились впереди, командир мог только надеяться. Но, несмотря на все это, Киркпатрик всплыл на расстоянии 12 миль по корме авианосца. Включив на полную мощность двигатели, "Тритон" пошел со скоростью 17,5 узла по генеральному курсу авианосца. Преследование продолжалось до полуночи, когда Киркпатрику наконец пришлось признать, что "Сёкаку" оторвался окончательно. Пройти так далеко, находиться так близко от цели и остаться ни с чем! Согласиться с этим было тяжело. На следующее утро, направляясь в прежний район патрулирования, "Тритон" обнаружил японскую подводную лодку, которая, очевидно, только что всплыла. Киркпатрик выстрелил одну торпеду. Он наблюдал попадание и видел, как обломки лодки взлетели в воздух на высоту около 30 метров. Подводная лодка "I-64" затонула в течение двух минут, уйдя под воду кормой. "I-64" шла из Сасэбо на остров Кваджелейн для участия в операции против атолла Мидуэй. Японцы так и не узнали, кто уничтожил эту лодку.

Действия подводных лодок США в центральной части Тихого океана

В первой половине мая усилия сосредоточивались на том, чтобы уничтожить авианосец "Сёкаку", не дать ему дойти до Японии, где предполагалось произвести ремонт. Однако в это время имели место и другие заслуживающие внимания события, и даже лодки, участвовавшие в преследовании авианосца, заметили, что преследование это только отчасти нарушило ритм их обычной деятельности. Подводная лодка "Драм" (командир Раис), направленная на линию перехвата авианосца "Сёкаку", 1 мая прибыла в район Нагойи. Около полуночи она установила контакт с целью среднего размера, имевшей большую надстройку. Лодка выпустила две торпеды. Сразу же по выходе второй торпеды Раис увидел, что на лодку полным ходом идет эсминец. Чтобы избежать тарана, лодка срочно погрузилась на глубину 30 метров, выпустив одновременно третью торпеду. Для "Драма" это было первое патрулирование, а для его командира - первая атака неприятельского корабля. Позже, при разборе итогов патрулирования, командир дивизиона определил, что "Драм" повредил грузовое судно среднего размера. Однако это был тот самый случая, когда имела место недооценка нанесенное го противнику урона; На самом деле "Драм" потопил 9000-тонную базу гидросамолетов "Мизухо". К тому времени это был самый крупный корабль, который потеряла Япония в ходе войны.

Подводной лодке "Гренадир"; находившейся у западного берега острова Кюсю в Восточно-Китайском море, сопутствовал редкий успех. Командир лодки Лент, который до этого командовал "Тритоном", вышел на "Гренадире" в его второй поход. 8 мая перед самым наступлением сумерек лодка встретила шедший в южном направлении конвой из шести грузовых судов среднего размера и одного большого судна, в котором Лент опознал "Тайё-мару" (не следует путать с эскортным авианосцем "Тайё"). Лент решил следовать за конвоем до наступления темноты, чтобы в надводном положений атаковать корабли конвоя. Обстановка складывалась в пользу лодки. Лент решил воспользоваться благоприятными обстоятельствами и атаковать самое большое судно. Эскортных кораблей обнаружено не было. Но Лент, учитывая важность конвоя, полагал, что конвой этот идет в сопровождении кораблей охранения и, возможно, прикрывается с воздуха. Пользуясь перископом, Лент осторожно сблизился с конвоем и около 19.30 незамеченным вышел на позицию атаки. "Гренадир" выстрелил по "Тайё-мару" четыре торпеды веером с расчетом добиться попадания первой торпеды в носовую часть корабля, а остальных - в корпус корабля по всей его длине, причем четвертая торпеда предназначалась для кормовой части корабля. Две средние торпеды были установлены на глубину хода 8,5 метра с расчетом прохода под килем корабля, как того требовала инструкция, а первая и четвертая - на удар. Гидроакустик слышал, что все четыре торпеды шли нормально. Затем последовало два взрыва. Судя по времени, это были первая и четвертая торпеды. Две средние прошли мимо. Неудача с этими двумя торпедами, а также досадные промахи в атаках при дальнейшем патрулировании заставили Лента позже, по возвращении в базу, заявить о плохой работе магнитных взрывателей торпед.

Через две минуты после выпуска торпед над лодкой взорвались бомбы, "Гренадир" пошел на глубину. При проходе лодкой глубины 27 метров раздалось еще несколько взрывов. Лент не имел возможности ни наблюдать результаты своей атаки, ни сманеврировать, чтобы всплыть на перископную глубину и преследовать конвой. Вскоре на лодке услышали шум винтов быстроходного корабля и взрывы глубинных бомб. Кормовой торпедный аппарат на подводной лодке имел неисправность, из-за чего на глубинах более 46 метров лодка издавала громкие визжащие звуки, нарушавшие скрытность маневрирования. В течение последующих четырех часов преследовавшие лодку японские корабли сбросили 36 глубинных бомб, часть которых взорвалась на сравнительно близком от лодки расстоянии. "Гренадир" маневрировал на глубине 76 метров, а глубинные бомбы были установлены на значительно меньшую глубину, и их взрывы не могли быть эффективными. Около 02.00 Лент всплыл и приступил к зарядке аккумуляторной батареи. Около 0.4.00 гидроакустик услышал шум винтов быстроходного корабля, и "Гренадир" вновь погрузился, чтобы, проведя еще один день в подводном положении, оторваться от преследовавших лодку противолодочных кораблей.

Настойчивое преследование противником говорило о том, что японцы были сильно раздражены атакой лодки. Лент правильно опознал "Тайё-мару". Это был транспорт, водоизмещением 14457 тонн, один из самых крупных японских судов. Он шел на юг с группой японских ученых, инженеров и техников, имевших своей задачей организацию эксплуатации ресурсов захваченных территорий. Почти все они погибли вместе с "Тайё-мару".

"Тритон" в районе Дунхай

Перед тем как "Тритон" включился в операцию по перехвату шедшего в Японию поврежденного авианосца "Сёкаку", он провел две недели в Восточно-Китайском море, в районе, известном под названием Дунхай. Киркпатрик провел "Тритон" в Дунхай через острова Нансэй 29 апреля и в течение следующего дня, находясь на перископной глубине, ничего не обнаружил. Лишь около 07.00 утра 1 мая был замечен дым на расстоянии около 10 миль. В пределах получаса в поле зрения перископа оказались шесть грузовых судов, шедших в охранении эскортного корабля.

Море было спокойное. Японские суда шли курсом норд-ост одной кильватерной колонной с интервалом около 900 метров между судами, со скоростью 10 узлов. Эскортный корабль находился несколько впереди справа от головного судна колонны. На основании этого Киркпатрик заключил, что второй эскортный корабль должен находиться с левого борта судна. Так и было в действительности. Оба эскортных корабля оказались торпедными катерами, причем ни один из них не вел поиска гидроакустическими средствами. "Тритон" сблизился с конвоем и выстрелил две торпеды по головному судну, а затем еще две торпеды по второму судну в колонне. Первые две торпеды попали в цель. Вторая пара торпед прошла мимо. "Тритон" внимательно следил за катерами охранения. Ближайший к нему катер развернулся и полным ходом пошел на лодку. "Тритон" увеличил ход, погрузился на глубину 23 метра, лег на тот же курс, на котором выпустил торпеды, и прошел под колонной между двумя судами. Этот маневр сбил с толку японский торпедный катер, сбросивший несколько глубинных бомб далеко от лодки. Взрывы их оказались безвредными.

Перезарядив торпедные аппараты и выждав, пока на поверхности все успокоится, Киркпатрик всплыл под перископ, чтобы осмотреться. Конвой уходил за горизонт в северном направлении, оставив позади поврежденное судно. "Тритон" пошел с ним на сближение. Оставленное экипажем судно дрейфовало, и Киркпатрик спокойно вышел в атаку. С дистанции 730 метров под углом встречи 90° "Тритон" выпустил торпеду, установленную на глубину хода 9 метров. Торпеда пошла точно на цель, прошла под ней, но взрыва не последовало. "Тритон" выстрелил вторую торпеду. На этот раз торпеда взорвалась под судном, разорвав его посредине. Это был "Калькута-мару". Судно быстро погружалось. Киркпатрик сфотографировал его через перископ.

Последующие несколько дней и ночей принесли одно расстройство. Лишь в 02.00 6 мая "Тритон" обнаружил на дистанции четыре мили затемненное судно. Изменив курс, лодка пошла на сближение для выяснения обстановки. Через несколько минут лодка установила контакт с конвоем из нескольких судов, следовавшим на юго-запад со скоростью 10 узлов. Суда оказались настолько разбросанными, что строй их вряд ли можно было назвать строем. Вначале Киркпатрик не смог обнаружить корабли охранения. Полагая, что они находятся впереди конвоя, он решил оставаться в надводном положении и атаковать концевые суда конвоя.

Примерно через час после первого контакта с конвоем "Тритон" выстрелил две торпеды по концевому судну. Одна из них затонула сразу же по выходе из торпедного аппарата, а другая прошла мимо цели впереди по ее курсу. Казалось, что японские корабли обязательно обнаружат широкий след торпеды, но этого не случилось, и Киркпатрик вновь сманеврировал, чтобы атаковать то же самое судно. Вдоль конвоя на контркурсе прошел эсминец. Киркпатрик, внимательно следя за ним, продолжал выводить лодку на позицию для атаки. С дистанции 1100 метров лодка выстрелила еще две торпеды. Одна из торпед попала в цель, и "Тайген-мару" затонул. После этого "Тритон" без труда ускользнул от корабля охранения.

Поскольку прямая опасность со стороны эсминца лодке не грозила, она, находясь в надводном положении, легла курсом на юг, чтобы обогнать конвой и вновь занять позицию для атаки. Лодка передала донесение командующему подводными силами Тихого океана с указанием координат, скорости и курса конвоя, но ответа не получила. На востоке появились первые признаки наступающего рассвета, когда Киркпатрик, решив, что лодка прошла достаточное расстояние в южном направлении, вновь пошел на сближение с конвоем. Через несколько минут он обнаружил шедший в голове конвоя эсминец. И хотя лодка находилась на фоне неба, становившегося все более ярким, Киркпатрик продолжал маневрировать в надводном положении, пока не занял намеченной позиции.

Ведя наблюдение за эсминцем и конвоем, лодка в течение 32 минут маневрировала в надводном положении и только в 05.24 погрузилась. Полчаса спустя она выпустила две торпеды по третьему в линии судну и, быстро проверив курс и скорость следующего судна, выстрелила и в него две торпеды. Одна из двух первых торпед попала в цель. Следующему судну, очевидно, удалось уклониться от торпед, и в результате замысел Киркпатрика поразить сразу две цели оказался неосуществленным.

При взрыве торпеды эсминец развернулся и пошел на "Тритон". Лодка погрузилась на глубину 23 метра и выполнила прежний маневр прохода под конвоем. Однако на этот раз эсминец, как докладывали гидроакустики, двигаясь контркурсом, настойчиво вел поиск лодки. Но Киркпатрику удавалось удерживать эсминец за кормой. Так продолжалось около 20 минут. Затем эсминец застопорил ход, решив, очевидно, попытаться установить контакт с лодкой шумопеленгованием. "Тритон" продолжал удерживать эсминец за кормой{21}. Произведя прослушивание в течение четырех-пяти минут, эсминец пошел полным ходом на лодку. Экипаж лодки, казалось, был за to, чтобы эсминец сбросил первую глубинную бомбу и тем самым снял напряжение. Желание экипажа вскоре было удовлетворено: бомба взорвалась неподалеку от лодки, но серьезных повреждений "Тритон" не получил.

На следующей неделе в ходе поиска конвоев Киркпатрик несколько раз пересек Восточно-Китайское море. 14 мая, находясь несколько западнее острова Окинава, "Тритон" перехватил телеграмму командующего подводными силами Тихого океана о "раненом медведе".

Переразвертывание подводных лодок и смена командования

Во второй половине мая было произведено переразвертывание подводных лодок, действовавших в центральной части Тихого океана. Лодки были направлены на позиции в предвидении боя у Мидуэя. До этого имелся план, которым предусматривалось перевести эскадренные подводные лодки, находившиеся в Австралии, для капитального ремонта на военных верфях США, а на их место выслать лодки из Пирл-Харбора. Предстоявшая операция у атолла Мидуэй задержала выполнение этого плана. Адмирал Нимиц задержал лодки, шедшие из юго-западной части Тихого океана через Пирл-Харбор на западный берег США, а также лодки, шедшие на смену им в Австралию, до окончания боя у Мидуэя.

14 мая в ходе обычных перемещений в командовании контр-адмирал Инглиш сменил контр-адмирала Уитерса на посту командующего подводными силами Тихого океана. Уилкс, который получил приказ прибыть в США еще до начала войны, но продолжал командовать, был сменен капитаном 1 ранга Локвудом 26 мая. Три дня спустя Локвуд получил звание контр-адмирала. Он стал командующим подводными рилами юго-западной части Тихого океана, а как командующий однородными сипами данного района осуществлял командование и по повседневной организации базировавшимися на Брисбен подводными лодками, а также командование по повседневной организации и тактическое руководство подводными лодками, базировавшимися на Фримантл. Из-за значительного расстояния между указанными базами командование по повседневной организации лодками в Брисбене со стороны Локвуда было ограничено, и Кристи сохранил за собой тактическое руководство этими лодками"

Подводные лодки США в юго-западной части Тихого океана

С переводом лодок типа "S" на восточный берег Австралии число лодок, базировавшихся на Фримантл, сократилось. Оно уменьшилось еще раз, когда в США на капитальный ремонт была направлена группа эскадренных подводных лодок. Оставшиеся лодки не были в бездействии. Подводная лодка "Скипджэк" (командир Кое) в мае совершила свой третий выход на патрулирование в Южно-Китайское море и, несмотря на трудности в использовании торпед, потопила три судна. Свои трудности в использовании торпед командир выразил следующими словами: "Проделать в воды противника и обратно путь в 8500 миль, выйти незамеченным на позицию для атаки на дистанцию 730 метров от неприятельских кораблей только для того, чтобы обнаружить, что действительная глубина хода торпед больше заданной или что более половины из них не взрывается, представляет собою, как мне кажется, нежелательный способ получения информации, которую можно иметь в любое утро на расстоянии всего нескольких миль от торпедной станции, причем при сравнительно небольшой опасности". Локвуд, слабо веря в торпеды, дал своим лодкам указание устанавливать их на меньшую глубину хода. Однако тем временем выявилось множество других серьезных дефектов в торпедах.

Подводная лодка "Сэмон" (командир Макинней) обнаружила в торпедах новый дефект. Базируясь на Фримантл, лодка в мае патрулировала в Южно-Китайском море. 25 мая она потопила ремонтное судно "Асахи" (11441 тонна). Через три дня "Сэмон" встретил в центре Южно-Китайского моря грузопассажирское судно "Гэнгс-мару". Он выпустил три торпеды и добился попадания в среднюю часть судна. Японское судно остановилось и спустило шлюпки. Не будучи уверенным в том, что судно затонет, Макинней приблизился к нему на дистанцию около 700 метров и выпустил из кормового торпедного аппарата торпеду с расчетом нанести удар в среднюю часть судна под прямым углом к борту. Глубина хода торпеды была установлена 3 метра. И как это ни странно, торпеда не взорвалась. Макинней при тех же условиях выстрелил еще одну торпеду. Но и эта торпеда либо прошла мимо, либо не взорвалась. Судно "Гэнгс-мару" позже все же затонуло, а странное поведение торпед так и осталось загадкой.

Артиллерийские атаки

Подводные лодки Тихоокеанского флота, следовавшие на патрулирование к берегам Японии и возвращавшиеся в базу, обнаружили в радиусе от 600 до 800 миль от Японии кольцо, в котором располагались несущие дозор рыболовные сампаны и сторожевые корабли. Во время рейда Дулитла авианосцы "Хорнет" и "Энтерпрайз" прошли эту линию. Японские дозорные корабли донесли о проходе авианосцев. Некоторые из дозорных судов и кораблей были потоплены бомбами пикировщиков и артиллерийским огнем кораблей оперативного соединения адмирала Хэлси. Подобранные пленные подтвердили, что их небольшие корабли составляли часть обороны Японии. Как правило, это были слишком небольшие корабли, чтобы тратить на них торпеды, поэтому подводные лодки имели указание при любом удобном случае топить их артиллерийским огнем.

Командир "Тритона" Киркпатрик, плававший в порядке прохождения службы на эсминце, верил в мощь артиллерийского огня в значительно большей степени, чем большинство командиров лодок, и потому серьезно готовил свой артиллерийский расчет для подобного рода действий. Такой случай впервые представился ему, когда его лодка следовала в назначенный район патрулирования - Дунхай. В ночь на 23 апреля в 350 милях от острова Маркус "Тритон", идя вдоль побережья острова в надводном положении, заметил яркий огонь в западном направлении. Лодка изменила курс, чтобы выяснить обстановку. Цель светилась таким множеством ярких огней, что трудно было определить ее действительные размеры. Полагая, что свет одинаково слепил глаза и экипажу лодки, и личному составу судна, Киркпатрик повел лодку в надводном положении в направлении объекта со скоростью 18 узлов. Он прошел за кормой судна противника, которое, как оказалось, лежало в дрейфе, и выпустил с короткой дистанции торпеду. Торпеда эта прошла мимо. "Тритон" выстрелил вторую торпеду, которая тоже не попала в цель. Тогда Киркпатрик понял, что он переоценил размеры цели. Лодка обошла корабль, изготовила к бою артиллерийские установки и снова приблизилась к цели. Вскоре Киркпатрик определил, что перед ним траулер водоизмещением, вероятно, около 1000 тонн. Через две минуты с дистанции 110 метров "Тритон" открыл огонь из 76-мм орудия.

Вслед за командой "Открыть огонь" из ствола орудия вырвался ослепительный сноп огня, означавший, что первый снаряд пошел к цели. Орудийная вспышка ослепила всех стоявших на мостике, но больше всех пострадал наводчик, который пользовался открытым прицелом (оптический прицел оказался испорченным). Наводчиков пришлось менять через каждые три-четыре выстрела. Естественно, при таких условиях скорострельность оказалась низкой. Цель делала все возможное, чтобы держать лодку по корме и увеличить расстояние. Кормовое расположение пушки на лодке затрудняла маневрирование для ведения огня, в результате чего оба корабля описывали циркуляцию. Как только корабли сблизились на дистанцию пулеметного огня, лодка открыла огонь, и Киркпатрик мог наблюдать попадания в цель 76-мм снарядов и трассирующих пуль. Последние четыре выстрела 76-мм пушка сделала с дистанции около 180 метров. Один из снарядов сделал большую пробоину в носовой части траулера, и тот начал тонуть. С момента команды "Открыть огонь" и до команды "Прекратить огонь" прошло 18 минут, в течение которых лодка выпустила 19 76-мм снарядов и 675 пуль.

Подводной лодке "Силверсайдз" не сопутствовала удача. Утром 8 мая на расстоянии около 600 миль от Японии и 550 миль от острова Маркус лодка встретила 300-тонный траулер. Лодка атаковала траулер артиллерийским и пулеметным огнем. С траулера также вели ружейно-пулеметный огонь по мостику и орудийному расчету подводной лодки. По крайней мере 20 76-мм снарядов попали в траулер. Пулеметный огонь буквально изрешетил судно, но оно осталось на плаву.

Результаты использования американскими подводными лодками артиллерии оказались незначительными. Что касается торпедного оружия, то, несмотря на имевшиеся дефекты, оно становилось грозной силой, с которой японцы должны были считаться. В мае лодки потопили торпедами 21 торговое судно общим тоннажем 105000 тонн. Кроме того, были атакованы торпедами и затем затонули база гидросамолетов, ремонтное судно, крупный минный заградитель и две подводные лодки противника. В 1942 году японское торговое судоходство находилось вне досягаемости других родов оружия союзников (за исключением случаев, когда японцы проводили наступательные операции), и тем не менее общие потери в японском торговом флоте от торпедных атак подводных лодок США оказались выше того, что могла выдержать японская экономика.

Действия японских подводных лодок

В мае большая часть японских подводных лодок была занята подготовкой к операции против атолла Мидуэй. Эта подготовка осуществлялась на широком пространстве, в том,числе в районах, расположенных далеко от намеченного объекта операции. Так, в порядке подготовки к операции вторжения на Алеутские острова, которая являлась отвлекающей в системе общей операции по захвату атолла Мидуэй, шесть лодок типа "I" вели разведку района Алеутских островов, Гидросамолеты с подводных лодок произвели разведку Сиэтла (шта,т Вашингтон) и донесли, что крупных кораблей в порту не обнаружено. Около 30 мая "I-25" выслала гидросамолет для разведки Датч-Харбора, Две подводные лодки веди разведку в районах Колд-Бея и Кадьяка, но ничего не обнаружили. При выполнении этих разведывательных задач произошло несколько курьезных случаев. На рассвете, во время подготовки к пуску гидросамолета лодка "I-25" обнаружила приближающийся корабль, в котором опознала американский крейсер. Имея на палубе гидросамолет, лодка не могла атаковать крейсер, а тот, в свою очередь, прошел мимо, не заметив ее. В другом случае лодка "I-19" во время подготовки к пуску гидросамолета вдруг заметила в воздухе американский самолет и, срочно погрузившись, оставила свой самолет на поверхности моря. Японские лодки, как и американские, действовавшие в том же районе, отмечали, что условия погоды и короткие ночи в районе Алеутских островов сильно затрудняли действия лодок.

Пять подводных лодок типа "I" (три лодки несли на себе сверхмалые подводные лодки и две имели гидросамолеты) действовали у восточных берегов Австралии. 29 мая "I-21" выслала для разведки порта Сидней гидросамолет, который обнаружил стоявшие на якоре в гавани линейные корабли. Вероятно, это был тяжелый крейсер "Чикаго", который принимали за линейный корабль и до этого. 31 мая "I-22", "I-24" и "I-27", находясь в семи милях восточное Сиднея, спустили на воду сверхмалые подводные лодки. Две из них проникли в гавань, наведя на всех ужас и вызвав суматоху. "Чикаго" заметил одну лодку и открыл огонь, причем снаряды рвались в населенном районе Сиднея. Пущенная лодкой торпеда прошла неподалеку от крейсера и взорвалась у пристани. От взрыва погибло несколько матросов. На следующий день со дна гавани подняли две поврежденные и затопленные лодки. Причиненный проникшими в гавань сверхмалыми лодками ущерб был небольшим, а лодки погибли.

В тот же день в атаке на корабли в гавани Диего-Суарес на острове Мадагаскар приняли участие четыре другие японские подводные лодки. Гидросамолет с "I-10" произвел разведку гавани и обнаружил в ней линейные корабли. "I-16" и "I-20" выпустили две сверхмалые подводные лодки. "I-18" не смогла сделать этого из-за технических неполадок. Торпеда одной из сверхмалых лодок попала в линкор "Рэмиллис", в результате чего был затоплен один отсек. Другая лодка потопила танкер. "I-16" наблюдала пламя пожаров в гавани. Обе сверхмалые подводные лодки погибли. Этот рейд сверхмалых лодок, несмотря на их гибель, считается самым успешным. Оба случая использования сверхмалых лодок находились в связи с операцией против атолла Мидуэй и имели отвлекающее значение. Как известно, налету японской авиации на Пирл-Харбор предшествовала атака сверхмалых лодок, и, по расчетам японцев, указанные действия лодок должны были заставить союзников прийти к выводу, что за всем этим стоит последующая деятельность ударных авианосных сил японского флота. Но адмирала Нимица это не ввело в заблуждение.

Шесть японских подводных лодок типа "I" ("I-121", "I-122", "I-123", "I-171", "I-174" и "I-175") находились на пути в район Гавайских островов для заправки гидросамолетов у рифа Френч-Фригейт. Гидросамолеты предназначались для разведки и обнаружения крупных кораблей флота США. "I-121" прибыла 26 мая. Если бы она пришла тремя днями раньше, она могла бы обнаружить наличие противолодочного минного заграждения, выставленного американскими кораблями, так как в этот день американский сторожевой катер No227 подорвался на нем. В свою очередь японцы к этому времени на собственных минных заграждениях потеряли шесть судов общим тоннажем 30000 тонн.

Когда "I-121" прибыла в район рифа Френч-Фригейт, она обнаружила стоящую на якоре американскую базу гидросамолетов и взлетающие и садящиеся большие гидросамолеты. В таких условиях произвести подъем своих гидросамолетов было невозможно. "I-121" донесла командованию обстановку и стала ждать. 25 мая из Курэ вышли восемь подводных лодок, чтобы занять позиции согласно плану операции против Мидуэя. 27 мая из Внутреннего Японского моря вышли силы вторжения на Мидуэй. На следующий день через пролив Кунго прошли главные силы Объединенного японского флота. 31 мая разведку, которую должны были осуществить гидросамолеты, поднятые у рифа Френч-Фригейт, отменили, и лодки получили новые задачи. В итоге выход американских оперативных соединений из Пирл-Харбора остался для японского командования незамеченным.

Глава IX. Июнь 1942

Бой у Мидуэя. Японский план

Подобно многим военно-морским планам, план операции против Мидуэя был сложным. Он включал действия сил на всем обширном пространстве Тихого океана. Помимо решения главной задачи, план предусматривал проведение мероприятий отвлекающего характера и требовал согласованных действий сил в районе операции.

Такой отвлекающей операцией была операция по захвату некоторых Алеутских островов северными силами вице-адмирала Хосогая. В их состав входили два легких авианосца, пять крейсеров, легкие силы, а также три транспорта, на которых находился десант. Кроме того, в состав сил Хосогая были включены шесть подводных лодок типа "I". В мае эти лодки произвели разведку, после чего были развернуты в завесу, пересекавшую 50-ую параллель у меридиана 169°. Они не имели контакта с противником и оказали;очень слабое влияние на ход операции.

Ударным соединением в операции против Мидуэя командовал вице-адмирал Нагумо. В состав соединения входили четыре авианосца ("Кага", "Акаги", "Сорю" и "Хирю"), два быстроходных линейных корабля, три крейсера и двенадцать эсминцев. Два участвовавших в бою в Коралловом море авианосца находились в ремонте и готовили новые авиационные группы и потому в операции против Мидуэя не участвовали.

Силами вторжения на атолл Мидуэй командовал вице-адмирал Кондо. Они были разделены на три группы. Все три группы: вышли из разных портов и должны были соединиться в точке, расположенной в 700 милях к западу от Мидуэя.

Главными силами командовал адмирал Ямамото, находившийся на линейном корабле "Ямато" (самый мощный из когда-либо построенных линейных кораблей). Эти силы вышли из Внутреннего Японского моря на следующий день после выхода сил вторжения. В составе главных сил шли два гидроавиатранспорта:("Чиёда" и "Нишин"), каждый из которых имел несколько сверхмалых подводных лодок с экипажем в два человека. Однако ни одна из них не была использована, так как в ходе операции стороны обменивались ударами авиации и не сближались на дистанцию ведения артиллерийского огня.

К 1 июня стало ясно, что подводные лодки, предназначавшиеся для обеспечения разведывательной деятельности гидросамолетов у рифа Френч-Фригейт, выполнить своей задачи не смогут. Поэтому всем шести лодкам было приказано занять новые позиции.

Между Пирл-Харбором и Мидуэем японское командование развернуло две завесы подводных лодок. Четыре лодки из группы заправки топливом гидросамолетов были развернуты на линии "КО" к югу от линии, соединяющей Гавайские острова и атолл Мидуэй, на меридиане 167°. Из-за неудачи с планом проведения гидросамолетами разведки лодки прибыли на позиции с запозданием. 10 подводных лодок составили линию завесы OTSU, развернутую севернее цепи островов. 3 июня обе завесы лодок начали перемещаться в западном направлении, в основном в надводном положении, и 7 июня остановились к западу от Мидуэя. "I-168", задержавшаяся в Японии в связи с прохождением капитального ремонта, шла самостоятельно. 1 июня она вела разведку в районе Мидуэя и донесла об отсутствии кораблей, но отметила наличие большого числа самолетов, осуществлявших дальний поиск. Согласно плану, свои позиции на линии OTSU лодки должны были занять к 1 июня, но они запоздали и сделали это только 3 июня, что было уже поздно: к этому времени американское авианосное оперативнее соединение уже пересекло линию OTSU.

Действия японцев

26 мая японские северные силы вышли из Оминато курсом на Алеутские острова. На следующий день в том же направлении из Внутреннего Японского моря вышли ударные силы. 28 мая от Сайпана и Гуама отошли группы сил вторжения. Чтобы ввести в заблуждение подводные лодки противника, осуществлявшие разведку, они пошли к цели кружным путем. Подводная лодка "Каттлфиш" в это время патрулировала в районе острова Сайпан. За два дня до этого лодка имела встречу с эсминцами охранения сил вторжения и подверглась сильной атаке глубинными бомбами. Крупных кораблей она не обнаружила.

Линейные корабли адмирала Ямамото вышли из Внутреннего Японского моря через пролив Бунго 29 мая. Радиоразведка в Токио перед этим доложила о нахождении в японских водах шести американских подводных лодок. Кроме того, эсминцы донесли об обнаружении в непосредственной близости от пролива Бунго двух неприятельских подводных лодок. В район обнаружения из военно-морской базы Куре выслали дополнительно противолодочные корабли и самолеты, и японский флот благополучно вышел в океан.

Американские планы

Из-за стечения ряда обстоятельств деятельность адмирала Нимица не зависела от разведывательных данных Лодок. В апреле разведка донесла ему, что японское командование затевает что-то серьезное в центральной части Тихого океана, а к середине мая он уже знал, что речь идет о японских намерениях высадиться на Алеутских островах и одновременно захватить атолл Мидуэй. Нимиц располагал неполной информацией об организации сил в операции, но точно знал, что ударные силы должны предварительно нанести удар по Мидуэю.

Но чтобы успешно вести борьбу, мало иметь информацию, пусть даже отличную, - надо еще располагать достаточными силами. Нимицу не хватало авианосцев, чтобы встретить должным образом японские ударные силы Авианосцы "Хорнет" и "Энтерпрайз" прибыли в Пирл-Харбор из южной части Тихого океана 26 мая. У них едва хватило времени на то, чтобы принять топливо, пополнить запасы и 28 мая под командованием контр-адмирала Спрюэнса выйти к атоллу Мидуэй. Это произошло менее чем через двенадцать часов после выхода японского флота из Внутреннего Японского моря. В этот же день в Пирл-Харбор прибыл поврежденный в Коралловом море авианосец "Йорктаун". После ремонта, продолжавшегося 18 часов, авианосец, имея на борту совершенно новую авиагруппу, под флагом адмирала Флетчера вышел в составе своей оперативной группы на соединение с авианосцами "Хорнет" и "Энтерпрайз".

В это время в Тихом океане США не имели ни одного линейного корабля со скоростью хода, достаточной для совместных действий с авианосцами. Остатки линейных сил после трагедии в Пирл-Харборе находились в Сан-Франциско. В ходе операции у Мидуэя они, правда, вышли в море, но им не удалось сблизиться с противником даже на дистанцию 1000 миль. Тихоходность этих сил делала их скорее помехой, нежели подспорьем. Адмирал Нимиц мог использовать 13 крейсеров и 30 эсминцев. 21 мая приказом Нимица были созданы силы северной части Тихого океана под командованием контр-адмирала Теоболда, в которые вошли пять крейсеров и тринадцать эсминцев. Оставшимся восьми крейсерам и семнадцати эсминцам ставилась задача боевого обеспечения трех авианосцев, авиация которых составляла основную силу обороны Мидуэя.

На Мидуэе имелось 55 самолетов корпуса морской пехоты. Но это были устаревшие и ни в какое сравнение не шедшие с японскими самолетами "Зеро" машины, и выпускать их в бой было равносильно самоубийству. Кроме того, на острове базировались 32 гидросамолета патрульной авиации ВМС. Они были хороши для дальнего поиска, но слишком тихоходны для боевых действий. Помимо этих самолетов, имелось шесть торпедоносцев авиации ВМС, четыре армейских В-26, приспособленных для несения торпед, и восемнадцать армейских В-17. Планировалось также использовать самолеты В-17 непосредственно с Гавайских островов. К сожалению, эти самолеты могли производить только горизонтальное бомбометание с большой высоты, а для быстроходных и маневренных кораблей практически никакой угрозы не создавали.

Существовало мнение, что авианосцы не смогут действовать в зоне действия береговой авиации. Но командующий не обманывался в отношении реальной силы береговой авиации на Мидуэе. Нимиц знал, что спор будет решаться в бою между авианосными соединениями сторон. В его распоряжении имелось три авианосца с 230 самолетами на них. Японская сторона располагала восьмью действующими авианосцами. Нимиц знал, что четыре наиболее крупных из них, следовавшие в составе ударных сил, несли 280 самолетов. Он надеялся, что базовой авиации с Мидуэя, возможно, удастся причинить повреждения японским авианосцам и авианосной авиации и тем самым уравнять шансы. Нимиц был убежден в том, что исход сражения между авианосцами должен решить судьбу Мидуэя.

Американская сторона, зная заранее японские планы, имела достаточно времени для развертывания подводных лодок. Использование надводных, воздушных и подводных сил в операции в районе Мидуэя требовало тщательной координации действий. Поэтому командующий Тихоокеанским флотом еще больше централизовал и без того централизованное управление подводными лодками. Командующий Тихоокеанским флотом и командующий подводными силами Тихого океана (контр-адмирал Инглиш) находились в Пирл-Харборе. Большая часть указаний Нимица Инглишу носила неофициальный характер, причем многие из них давались в устной форме. Так, в документах, относящихся к операции у Мидуэя, нет данных о плане использования подводных лодок. Вполне вероятно, что Инглиш имел слабое влияние на решение вопроса о развертывании подводных лодок в операции, Но кто бы ни составлял план, это был плохой план. Вместо того чтобы развернуть лодки дальше от Мидуэя, в районах наибольшей вероятности встречи с японскими авианосцами для нанесения по ним торпедного удара еще до начала решительного боя между авианосными соединениями сторон, лодки были развернуты в непосредственной близости к Мидуэю в интересах обороны острова.

В операции у Мидуэя Инглиш практически полностью задействовал свои подводные лодки. На Алеутских островах находилось шесть лодок типа "S". Все они были в море. Одна лодка подверглась атаке японского самолета и вынуждена была уйти под воду. Все остальное время в районе Алеутских островов американские лодки, как и японские, вели борьбу с общим врагом - погодой. До самого конца боевых действий в районе Мидуэя лодки не имели контакта с противником и не сыграли сколько-нибудь значительной роли в этой операции.

В центральной части Тихого океана находилось 29 эскадренных подводных лодок США. Две лодки проходили капитальный ремонт на военной судоверфи. "Тритон", возвращавшийся с патрулирования в Восточно-Китайском море, имел очень мало топлива и торпед, что не позволило использовать его в операции у Мидуэя. Подводная лодка "Силверсайдз", патрулировавшая в районе пролива Кии, получила приказ вести наблюдение за Северным входом во Внутреннее Японское море. Другим лодкам, находившимся на патрулировании в удаленных районах, было приказано подойти ближе к Мидуэю и развернуться в завесу на вероятном пути следования японских сил до и после боя.

Четыре подводные лодки получили приказ на патрулирование в районе, расположенном в 30 Милях к северу от Гонолулу, для действий против той части японских сил, которые, обойдя американские авианосцы, могли нанести удар по Пирл-Харбору. Эти лодки контакта с противником не имели. Три другие лодки были развернуты на линии к северо-западу от Гавайских островов, примерно на полпути между Пирл-Харбором и Мидуэем. Японские подводные лодки, находившиеся на линии OTSU при своем движении на запад, должно быть, прошли через указанную линию развертывания американских лодок. Во всяком случае, ни японские, ни американские лодки контакта не имели. Какой бы невероятной в условиях ночного перехода ни казалась такая встреча, она вполне могла произойти, и это подтвердил бы любой человек, находившийся на мостике лодки, которая ощупью шла сквозь мрак ночи.

Одиннадцать подводных лодок концентрировались вокруг Мидуэя на близком расстоянии от него. Шесть из них располагались по дуге радиусом 150 миль с центром на Мидуэе. Три лодки занимали позиции на линии в 200 милях к западу от Мидуэя. Две подводные лодки патрулировали между указанной дугой и Мидуэем. Разведка полагала, что противники могут войти в контакт в точке, находящейся в 700 милях к западу от Мидуэя. Поэтому "Каттлфиш", возвращавшийся с патрулирования, получил приказание, занять позицию в указанном районе.

Продвижение японских сил

Ударное авианосное соединение и главные японские силы оказались в полосе густого тумана, который скрыл их от воздушного наблюдения. Десантные силы, или силы вторжения на атолл Мидуэй, шедшие южным путем, находились в зоне хорошей видимости. 30 мая радиоразведка на "Ямато" перехватила длинную шифрограмму, которую не смогла прочесть, но определила, что она передана подводной лодкой из района, находившегося прямо по курсу движения группы десантных транспортов. Адмирал Ямамото сделал вывод, что десантные силы обнаружены противником. По всей вероятности, это было донесение с Каттлфиша", переданное в этот лень в адрес Инглнша На следующее утро "Каттлфиш" обнаружил три японских тяжелых морских бомбардировщика, погрузился, чтобы избежать атаки, и примерно через час всплыл. Вскоре "Каттлфиш" все же атаковал бомбардировщик, сбросивший на погружавшуюся лодку бомбы, которые, однако, не причинили ей вреда. Ночью Хоттел всплыл и передал донесение об атаке лодки самолетами противнике. Он полагал, что самолеты эти были с атолла Уэйк. Кораблей десантных сил он не видел.

На следующий день радиоразведка на "Ямато" перехватила радиопередачу с самолетов и подводных лодок, находившихся в районах Алеутских и Гавайских островов. Японский морской штаб в Токио сообщил, что, по его мнению, американские авианосцы все еще находятся в районе Соломоновых островов. Однако день или два спустя имперский генеральный штаб в Токио сообщил, что, по данным радиоразведки, американское авианосное соединение находится в районе Мидуэя. Поскольку телеграмма была адресована и Нагумо, Ямамото решил не нарушать радиомолчания и не репетовать полученное сообщение ударному соединению.

Рано утром 3 июня японская авианосная авиация нанесла удар по Датч-Харбору. До этого Нимиц информировал Теоболда о том, что японцы намереваются высадиться на островах Кыска и Атту, но Теоболд не поверил этому сообщению. Он считал, что японцы ввели Нимица в заблуждение и что действительным объектом их действий является Датч-Харбор. Основные надводные силы Теоболда находились в 400 милях к югу от Кадьяка. Они так и не встретились с противником. Самолеты с авианосцев вице-адмирала Хосогая бомбили сооружения на базе Датч-Харбор. Армейская и морская базовая авиация атаковала японские корабли, но попаданий не добилась. 7 июня японцы высадились на островах Кыска и Атту, не встретив сопротивления.

В 09.00 3 июня патрульный самолет с Мидуэя обнаружил в 700 милях к западу от острова японские десантные силы. В полдень самолеты В-17 нанесли по ним бомбовый удар, но попаданий не добились. В 02.00 утра следующего дня патрульные самолеты атаковали японские корабли торпедами, добившись одного попадания в транспорт "Акэбоно-мару", который, однако, продолжал следовать в колонне транспортов. Лодка "Каттлфиш" установила контакт с судном, в котором командир подводной лодки Хоттел опознал танкер и который, вероятно, принадлежал десантным силам. Контр-адмирал Инглиш приказал лодке следовать за танкером, но она при погружении с наступлением рассвета потеряла контакт с ним.

В 04.30 утра 4 июня ударное соединение достигло назначенного планом операции района незамеченным и начало поднимать разведывательные самолеты. Почти одновременно стали подниматься разведывательные самолеты с Мидуэя и американских авианосцев. К 04.45 самолеты с японских авианосцев в составе ударной группы взяли курс на Мидуэй. Находившуюся на пути к острову группу самолетов обнаружил американский патрульный самолет, а в 05.45 тот же самолет обнаружил ударное соединение. С Мидуэя поднялись самолеты для удара по авианосцам. Одновременно в воздух поднялись истребители.

Получив информацию о месте японских авианосцев, Инглиш приказал подводным лодкам атаковать их. Но отдать приказ было легче, чем выполнить его. Японские авианосцы шли к Мидуэю с северо-запада и находились от острова примерно в 200 милях. Они шли со скоростью, которая вдвое превышала подводную скорость лодок. Особенность развертывания лодок у Мидуэя показывала, что из всех предназначенных для обороны острова лодок только две имели какой-то шанс установить контакт с противником. Подводная лодка "Групер", следуя в надводном положении с целью выйти к месту нахождения указанного японского оперативного соединения, подверглась атаке со стороны японских самолетов. Лодка ушла на глубину. На этом ее участие в операции закончилось.

"Наутилус"

Подводная лодка "Наутилус", которой командовал Брокмэн, оказалась более удачливой, и к тому же ее командир действовал умнее. Перед восходом солнца она погрузилась на перископную глубину, подняла антенну и стала слушать переговоры. В 05.44 на лодке было перехвачено сообщение патрульного самолета о том, что большое число японских самолетов приближается к Мидуэю. Указанное ь донесении место обнаружения самолетов находилось на границе с зоной действия лодок, и Брокмэн решил идти в эту точку, развив наибольшую возможную подводную скорость хода, но с расчетом иметь достаточный запас электроэнергии, который мог потребоваться до наступления темноты. Для "Наутилуса" это был трехузловой ход.

Бомбардировка Мидуэя

В 06.35 над Мидуэем появились японские самолеты, Устаревшие самолеты американской морской пехоты оказали им сопротивление. Что касается истребительной авиации, то она в основном была уничтожена, и японской авиации удалось нанести по Мидуэю бомбовый удар. В 07.02 авианосцы "Хорнет" и "Энтерпрайз", о присутствии которых в районе операции японское командование все еще не знало, выслали самолеты для удара по авианосцам противника. Тремя минутами позже десять торпедоносцев с Мидуэя атаковали японское ударное соединение Японские истребители прикрытия сбили семь торпедоносцев. Японские корабли уклонились от сброшенных самолетами нескольких торпед.

Командир ударного соединения вице-адмирал Нагумо, несмотря на атаку кораблей самолетами береговой авиации, счел необходимым повторить удар по Мидуэю Самолеты, находившиеся в это время на палубах авианосцев, были оснащены торпедами и бронебойными бомбами для удара по кораблям противника. Чтобы использовать эти самолеты против Мидуэя, надо было их перевооружить. В это время Нагумо получил донесение от своего патрульного самолета о замеченных им к юго-востоку американских крейсерах и эсминцах.

"Наутилус"

В 07.10 "Наутилус" обнаружил японское оперативное соединение. Брокмэн изменил курс и в подводном положении пошел на сближение с противником. На курсе сближения был обнаружен эсминец противника, который вел гидроакустический поиск. "Наутилус" осторожно двигался к цели, время от времени производя наблюдения в перископ. В 08,00 Брокмэн установил, что соединение состоит из четырех кораблей. В кильватерной колонне шли линейный корабль и крейсер, а справа и слева по носу головного корабля располагались два эсминца, которые командир лодки принял за легкие крейсера. Через несколько минут эсминцы атаковали лодку глубинными бомбами, и она ушла на глубину 27 метров. "Наутилус" был оборудован торпедными аппаратами, установленными вне прочного корпуса под палубой, на которой находилось артиллерийское орудие. Управление торпедной стрельбой осуществлялось из центрального поста, но ни зарядить торпедные аппараты; ни обслужить торпеды, когда лодка находилась в подводном положении, было нельзя. Ничего путного из этого конструктивного нововведения так и не вышло. А в данном случае от взрыва глубинных бомб сработал курок одной торпеды, включив двигатель. Находясь в трубе, торпеда работала до тех пор, пока не израсходовала все топливо и сжатый воздух. И все это время лодка, следуя к намеченной цели, издавала сильный шум и оставляла за собой след от выходившего на поверхность воздуха. Несмотря на все это, лодка продолжала сближение с противником.

Самолеты с Мидуэя атакуют японское уд арное соединение

В 07.55 16 пикировщиков авиации морской пехоты атаковали японские корабли, но безрезультатно. Истребители "Зеро" сбили восемь пикировщиков. 15 минут спустя четырнадцать самолетов В-17 сбросили на противника груз бомб. Армейские летчики, введенные в заблуждение всплесками близких к кораблям взрывов бомб, донесли об уничтожении японского авианосца, но на самом деле попаданий в корабли достигнуто не было. Через 10 минут японские корабли были атакованы одиннадцатью бомбардировщиками Морской пехоты, но и они не добились попаданий.

"Наутилус"

В 08.24 Брокмэн поднял перископ и обнаружил, что лодка находится в центре японского соединения. Но присутствие здесь лодки не было секретом для японцев. Только что над ней прошел эсминец противника. Линейный корабль, находившийся слева по носу лодки, вел огонь по перископу, освещая его прожекторами. Дистанция до линейного корабля составляла около 4000 метров. Лодка выстрелила две торпеды, однако к цели пошла только первая. Вторая торпеда не вышла из аппарата. Линейный корабль отвернул - и торпеда прошла мимо. Лодку атаковал эсминец, и она ушла на глубину 45 метров, сопровождаемая взрывом глубинных бомб.

Ударное соединение

Примерно к этому времени Нагумо узнал, что к северо-востоку от него находится американский авианосец. Он приказал немедленно прекратить перезарядку самолетов для повторного удара по Мидуэю и вновь подвесить на самолеты торпеды и бронебойные бомбы. К этому времени стали возвращаться самолеты с Мидуэя. Многие из них были повреждены, а истребители имели очень мало горючего. Японские авианосцы развернулись против ветра, чтобы принять возвращающиеся самолеты.

"Наутилус"

В 09.00 "Наутилус" поднял перископ и в первый раз увидел японский авианосец. Дистанция до него составляла 14630 метров. Признаков повреждений на нем не было видно. Корабль маневрировал на большой скорости. Высоко над ним стелились черные шапки разрывов зенитных снарядов. Очевидно, это рвались снаряды с японского эсминца, который вел огонь по своим возвращавшимся на авианосец самолетам, приняв их за самолеты противника. Эсминец маневрировал неподалеку от "Наутилуса"; Брокмэн решил воспользоваться представившейся благоприятной возможностью и выпустил в него торпеду, все еще полагая, что перед ним крейсер. Торпеда прошла мимо. Эсминец атаковал лодку глубинными бомбами, и она, уйдя на глубину 46 метров, малым ходом пошла в направлении замеченного ею японского авианосца.

Атака американской авианосном авиации

Вскоре после 09.00 Нагумо повернул соединение на север, чтобы построить его в боевой порядок (который оказался нарушенным во время- маневрирования авианосцев для уклонения от атак и приема самолетов) и подготовить полетную палубу авианосца для подъема самолетов с целью удара по американскому авианосцу. Этот поворот на север оставил лодку позади соединения. Более того, поворот японского соединения спутал американцам все карты. Тем временем авианосцы "Хорнет", "Энтерпрайз" и "Йорктаун" подняли свои самолеты, которые несколькими группами шли на перехват японских авианосцев. Курс самолетов был проложен на основании первых данных о противнике, полученных от патрульного самолета. Никто не заметил, что японское соединение изменило свой курс. Бомбардировщики и истребители с "Хорнета", подойдя к месту предполагаемого нахождения противника и не обнаружив его, повернули на юг и оказались вне боя. Командир группы бомбардировщиков с "Энтерпрайза" Маклуски, прибывший позднее примерно на то же место, принял одно из самых важных решений дня. Он решил повернуть на север, исходя из предположения, что японские авианосцы запоздали. В результате бомбардировщики с "Энтерпрайза" появились над ударным соединением японцев в наиболее критический для противника момент.

Торпедоносцы с "Хорнета" первыми обнаружили ударное соединение противника. В 09.28 15 самолетов этой группы, не имея истребительного прикрытия, атаковали японские корабли. Японские истребители "Зеро", в свою очередь, атаковали торпедоносцы. Несколько минут спустя 14 торпедоносцев с "Энтерпрайза", тоже без прикрытия, атаковали японские корабли ударного соединения 10 самолетов было сбито, и ни одна торпеда не достигла цели. Высланная позднее группа торпедоносцев с "Йорктауна" также вскоре появилась в районе ударного соединения вице-адмирала Нагумо. В 10.16 в атаку на корабли пошло 12 торпедоносцев. 10 из них были сбиты, причем истребители "Зеро" следовали за ними вплоть до самой воды. И на этот раз самолеты не добились попаданий в японские корабли.

К 10.20 бой с американскими торпедоносцами закончился, и Нагумо был готов обрушить удар на американский авианосец. Казалось, ударное соединение одержало еще одну победу. И действительно, японское соединение легко справилось с авиацией берегового базирования с Мидуэя, атаки подводных лодок оказались безуспешными, а торпедоносцы с авианосцев, которых Нагумо опасался больше всего, несмотря на решительность их атак, были уничтожены. Сброшенные ими торпеды были тихоходны и неустойчивы на курсе, что позволяло кораблям легко уклоняться от них. Огромные В-17, сбросившие свой груз на японские корабли, не причинили им никакого вреда. Нагумо теперь нужно было одно: уничтожить американский авианосец. В 10.24 он приказал поднять самолеты для удара. Вскоре первый истребитель "Зеро" поднялся в воздух. В этот момент сигнальщик на корабле закричал: "Бомбардировщики!" И тут же на японские авианосцы начали пикировать самолеты "Энтерпрайза". Почти одновременно японские корабли атаковали пикировщики "Йорктауна". Истребители типа "Зеро", отражавшие атаки тихоходных торпедоносцев, действовали на низких высотах, оставив без присмотра зоны действия пикирующих бомбардировщиков. Самолеты пикировали сквозь облака почти вертикально, встречая на своем пути только разрывы снарядов заградительного зенитного огня. Но все кончилось почти мгновенно. В течение трех минут казавшаяся неизбежной победа японцев превратилась в катастрофу. Авианосцы "Акаги", "Кага" и "Сорю" были объяты пламенем, ликвидировать которое было невозможно. Ударное соединение кончило свое существование.

"Наутилус"

В 10.00 "Наутилус" обнаружил, что вокруг него никого нет: авианосцы уже скрылись, а эсминцы удалялись за горизонт. В 10.29 Брокмэн перехватил радиограмму о нанесении повреждения японскому авианосцу. На горизонте он видел четыре больших столба дыма. "Наутилус" взял курс на ближайший к нему.

"Хирю" против "Йорктауна"

Пока американские пикировщики атаковали три японских авианосца, четвертый авианосец - "Хирю" - находился к северу от них. Это был флагманский корабль контр-адмирала Ямагучи, командира 2-й дивизии авианосцев. Когда Нагумо переносил свой флаг с обреченного "Акаги" на крейсер, Ямагучи поднял все самолеты. Последние (восемнадцать пикировщиков и шесть истребителей) были готовы нанести удар по американским авианосцам. В 12.20 они атаковали "Йорктаун", добившись попаданий двух бомб и потеряв при этом тринадцать бомбардировщиков из восемнадцати и три истребителя из шести. "Йорктаун", потеряв ход, стоял неподвижно, окутанный дымом. Теперь настала очередь Флетчера перенести флат с "Йорктауна" на крейсер.

Тем временем японцы поняли, что они имеют дело не с одним, а с тремя американскими авианосцами. Когда эта тревожная новость дошла до Ямагучи, он приказал поднять все оставшиеся самолеты (десять торпедоносцев и шесть истребителей) и атаковать американские авианосцы. Тем временем аварийной партии на "Йорктауне" удалось ликвидировать пожар, частично исправить повреждения, и в 13.40 авианосец снова был на ходу, идя со скоростью 18 узлов.

"Наутилус"

Все это время подводная лодка шла в направлении замеченного ею на горизонте дыма. Около полудня она уже была достаточно близка от него и обнаружила горевший авианосец. Решив, что запаса электроэнергии хватит до наступления темноты, командир увеличил ход до четырех узлов. Но даже при таком "стремительном" движении сближение лодки с целью шло медленно. Все находившиеся в боевой рубке "Наутилуса" воспользовались случаем и через перископ наблюдали за противником. Им оказался авианосец типа "Сорю", около которого находились два крейсера, пытавшиеся, очевидно, завести на авианосец буксир. Пожар на корабле, видимо, удалось потушить. Оценив обстановку, Брокмэн решил атаковать неуправляемый авианосец и не трогать крейсер. В промежутке между 13.59 и 14.05 лодка выстрелила три торпеды с дистанции около 2500 метров. Наблюдая в перископ, Брокмэн видел, что все три торпеды шли к цели. Атакованная эсминцем, сбросившим глубинные бомбы, лодка погрузилась на 90-метровую глубину.

"Хирю" против "Йорктауна"

Отделившийся в свое время от авианосного соединения авианосец "Хирю", все еще не обнаруженный и не подвергшийся атакам противника, продолжал вести бой, поднимая самолеты для нанесения ударов и принимая возвращавшиеся самолеты. В 14.42 торпедоносцы с "Хирю" обнаружили "Йорктаун", приняв его за другой, неповрежденный авианосец. "Йорктаун" готовился продолжать боевые действия. Теперь мощь поврежденного авианосца и крейсеров была обрушена против японских самолетов. Половина атакующих самолетов противника была сбита. Остальным удалось сбросить четыре торпеды, две из которых попали в "Йорктаун". Корабль потерял ход и накренился на 27°. В 15.00 командир корабля, опасаясь, что авианосец может перевернуться, приказал личному составу покинуть корабль.

Это была победа "Хирю", но за нее он должен был вскоре заплатить. В 14.45 высланные с "Йорктауна" самолеты-разведчики обнаружили "Хирю" и донесли точные координаты его. В 15.30 Спрюэнс выслал с авианосца "Энтерпрайз" для удара по авианосцу "Хирю" 24 пикирующих бомбардировщика. В 17.04 они атаковали японский авианосец, добившись четырех попаданий. Ямагучи не пожелал перейти на другой корабль и пошел на дно вместе с авианосцем.

"I-168"

Во время боя у Мидуэя и после него обе завесы подводных лодок - ОК и OTSU - перемещались в западном направлении. Вскоре после захода солнца 6 июня "I-121" обнаружила к юго-западу от острова Лисянского находившуюся в надводном положении подводную лодку. Американская лодка не видела японскую, но, на ее счастье, последняя была нагружена топливом для заправки разведывательных гидросамолетов и не имела на борту торпед. Лодки в завесе OTSU контакта с противником не имели. Но командиру "I-168" Танаби пришлось поработать.

В 01.30 5 июня "I-168", находясь в районе Мидуэя, всплыла и в соответствии с имевшимся у нее приказом открыла из своего орудия огонь. Предусматривалось, что лодка должна обстреливать Мидуэй до 02.00, то есть до момента запланированного подхода 7-й дивизии крейсеров, которая должна была завершить артиллерийский обстрел атолла Мидуэй. Батарея морской пехоты ответила на огонь с "I-168" быстро и настолько точно, что лодке пришлось погрузиться и отойти. Перехватив оповещение по радио о том, что в 150 милях к северо-востоку от Мидуэя находится покинутый экипажем авианосец, командир "I-168" начал поиски корабля. После наступления рассвета лодку безуспешно атаковал патрульный самолет.

Оставленный экипажем в полдень 4 июня "Йорктаун" в охранении эсминца в течение ночи дрейфовал в море. Однако к полудню 6 июня "Йорктаун" уже шел на буксире в охранении семи эсминцев. Все говорило о том, что "Йорктаун" удастся отбуксировать в Пирл-Харбор{22}.

Рано утром 6 июня "I-168" достигла района, где был обнаружен авианосец. В течение девяти часов Танаби маневрировал, стремясь избежать обнаружения лодки эскортировавшими авианосец семью эсминцами и занять выгодную позицию для атаки В 13.31 "I-168" вышла в точку, находившуюся в 1737 метрах от цели, не будучи обнаруженной противником. Лодка выстрелила четыре торпеды. Одна из них попала в середину "Хэмманна", в результате чего он разломился и почти мгновенно затонул. Две торпеды попали в "Йорктаун". Авианосец оставался на плаву до следующего дня, но в конце концов затонул.

Через 15 минут после атаки лодку обнаружил американский эсминец. Взрывы глубинных бомб сильно встряхнули "I-168". Из-за полученных повреждений "I-168" оказалась в очень трудном положении, и поэтому ей пришлось всплыть. В момент, когда лодка появилась на поверхности, преследовавший ее эсминец оказался на расстоянии около 10000 метров от нее. Он обнаружил ее и пошел в атаку. Когда эсминец сблизился на дистанцию 4500 метров, лодка вновь погрузилась, но за тот короткий отрезок времени, который лодка провела на поверхности, она успела провентилировать помещения{23}. Это дало ей возможность продержаться под водой до наступления темноты. Эсминец прошел над лодкой, сбросил еще несколько глубинных бомб и ушел. Около 20.00, когда солнце село и шум винтов стих, Танаби всплыл и взял курс на Японию.

Преследование американскими подводными лодками японских сил

Когда стало ясно, что японские соединения отходят, подводные лодки получили приказ преследовать противника. Однако к 5 июня все японские корабли оказались вне досягаемости находившихся в районе Мидуэя американских подводных лодок. Инглиш, все еще не теряя надежды на возможность использования лодок, шедших из районов патрулирования у Японии и Каролинских островов к Мидуэю, сообщил им обстановку и данные о вероятном месте японских кораблей. Такие периодически передаваемые данные о быстроходных надводных кораблях совершенно бесполезны для находящихся на значительном удалении и обладающих малой скоростью подводных лодок, если в них не содержится точной оценки курса или наименования пункта следования противника. Сообщения о поврежденных японских кораблях лодки получили, но сообщения эти были неточными. Кроме тяжелого крейсера, ни один японский корабль из состава отходивших из района Мидуэя сил не получил сколько-нибудь серьезных повреждений. Поэтому, несмотря на принятые меры, лодки так и не установили контакта с кораблями противника.

7 июня группа самолетов В-17, приняв находившуюся в надводном положении лодку "Грейлинг" за японский крейсер, сбросила на нее весь груз бомб. Летчики сообщили драматические подробности гибели японского крейсера. Однако для лодки атака кончилась благополучно. Правда, экипаж пережил несколько неприятных минут. В тот же день японские самолеты бомбили подводную лодку "Каттлфиш", но тоже безуспешно. "Каттлфиш" прошел через плавающие обломки японского крейсера "Микума", а подводная лодка "Траут" 9 июня подобрала двух человек из команды "Микумы". 10 июня Инглишу ничего не оставалось, как заняться переразвертыванием лодок для борьбы с японским судоходством. Развертывание американских подводных лодок в бою у Мидуэя было неудачным. Если бы эти лодки могли воспользоваться имевшейся в распоряжении американского командования информацией об обстановке, они находились бы на позициях, удаленных на несколько сот миль от Мидуэя, то есть там, где могли бы атаковать противника еще до начала критической фазы боя у Мидуэя. Вопрос о том, причинили ли бы атаки лодок, если бы они имели место, большие потери японцам, учитывая дефекты торпед, остается нерешенным. Японские лодки были развернуты гораздо удачнее, но их действия по времени не были согласованы, а время являлось тогда самым важным фактором. Поэтому результаты действий японских подводных лодок оказались разочаровывающими{24}.

В то время считалось, что в задачу разведки не входит оценка намерений противника и решения командования должны приниматься на основе изучения возможностей противника, а не на основе оценки того, что противник планирует предпринять. Именно исходя из предположения, что противник располагает силами для нанесения удара по Пирл-Харбору, семь американских подводных лодок были развернуты на позициях к северу от острова Оаху, а также между Пирл-Харбором и Мидуэем. Ударное японское соединение могло навести удар и по объектам на западном побережье США, поэтому армейскую авиацию держали в готовности именно на этот случай и не использовали для обороны Алеутских островов. Если бы Нимиц безоговорочно признал нецелесообразность оценки намерений противника, бой у Мидуэя был бы проигран американскими силами. Он мог быть легко проигран даже после потери Японией авианосцев, если бы Спрюэнс стал преследовать отходящие силы противника. Именно этого хотели от него некоторые критики его действий. Бой у Мидуэя преподносился как триумф военно-морской разведки. Но правильнее отнести эту победу за счет случайного стечения обстоятельств, благодаря которым Нимиц и Спрюэнс смогли принять разумное решение, а также за счет удачных боевых действий 55 пикирующих бомбардировщиков, которые в течение полных драматизма трех исторических минут превратили победу японцев в их поражение.

Бой у атолла Мидуэй изменил мнение противников друг о друге. В бою у Мидуэя Япония показала, что она располагает многочисленными и отличными боевыми средствами ведения войны. Японские самолеты и оружие, особенно торпеды, по своим качествам были значительно лучше тех, которыми располагали США.

В Японии были удовлетворены тем, что противник воюет плохими торпедами и самолетами, однако там произвела впечатление настойчивость, с какой проводились атаки. Уцелело всего несколько самолетов-торпедоносцев, а эскадрилья самолетов-торпедоносцев с "Хорнета" была уничтожена полностью, но ни один самолет не отвернул от объекта атаки.

Торпеды

В июне, после успешного патрулирования, подводные лодки возвращались в Пирл-Харбор. Многие командиры лодок доложили, что торпеды имеют серьезные дефекты. Однако каждая жалоба опровергалась офицерами минно-торпедной службы. Эти опровержения содержались в документах штаба командующего Тихоокеанским флотом, касавшихся докладов командиров лодок о выходах на патрулирование.

Система докладов о патрулировании была отличной и, несомненно, явилась важным фактором в деле быстрого внесения необходимых поправок в планы использования лодок и в тактику их действий. Во время войны доклады командиров подводных лодок могли читать только очень немногие, имевшие доступ к ним. Документы командующего Тихоокеанским флотом свидетельствовали о том, что офицеры минно-торпедного отдела штаба, вместо того чтобы принять определенные меры с целью выяснения причин неполадок в торпедах и устранения их, отрицали справедливость жалоб командиров лодок. К счастью, такая практика не имела места в штабе Локвуда, командовавшего подводными силами юго-западной части Тихого океана. Локвуд, как и Уилкс, серьезно отнесся к жалобам командиров подводных лодок на плохое действие торпед и, несмотря на трудности и отсутствие необходимых материальных условий, провел расследование с целью выявления дефектов торпед.

Особенно ценным для анализа дефектов торпедного оружия был доклад командира "Гренадира" о его атаках японского судна "Тайё-мару". Подводная лодка "Гренадир" выстрелила четыре торпеды: две торпеды, установленные на глубину хода 7,3 метра, попали в судно, а две другие, установленные на глубину хода 8,5 метра, не взорвались, несмотря на то, что они, как и первые две, были выстрелены с той же дистанции. Минно-торпедный офицер, отвергая возможность дефектов взрывателя, утверждал, что в результате первого попадания судно остановилось. Из-за этого остальные торпеды прошли по носу судна. Что касается второго взрыва, который слышали на лодке, то, как утверждал офицер, это был взрыв внутри судна. Затем этот специалист перечислил восемь различных причин, по которым торпеды могли не достигнуть цели, причем в шести случаях это являлось следствием ошибочных действий командиров лодок.

Доклад от 18 июня об этом патрулировании, очевидно, был неприятен Инглишу. Два дня спустя Локвуд доложил по радио в главное управление вооружения ВМС США результаты проведенных им испытаний в Австралии, которые не оставляли никакого сомнения в том, что действительная глубина хода торпед была в среднем на 3 метра больше заданной, Это сообщение, очевидно, потрясло Инглиша, так как 24 июня он сообщил в главное управление вооружения ВМС, что такие же явления имели место и на вверенных ему подводных лодках. На доклад Локвуда главное управление вооружения ответило, что проведенные Локвудом испытания не дают основания для заслуживающих доверия выводов. Локвуд ответил, что повторит испытания, и просил, чтобы главное управление, имеющее в своем распоряжении все необходимые для этого средства, провело в свою очередь испытания торпед.

Примерно к этому времени главнокомандующий ВМС США адмирал Кинг, читавший телеграммы, которыми обменивались стороны, приказал главному управлению вооружения провести испытания для проверки тактических элементов торпед. 1 августа главное управление сообщило всем заинтересованным инстанциям, что проведенные им испытания на полигоне в Ньюпорте показали, что действительная глубина хода торпед оказалась на 3 метра больше заданной. Примерно через месяц с полигона поступило письмо, в котором признавалось, что гидростатический аппарат торпеды имел конструктивные недостатки и не прошел должных испытаний. Сообщалось, что вскоре из Ньюпорта будет выслано соответствующее оборудование и инструкции по доводке торпед, в результате которой действительная глубина хода торпед будет отличаться от заданной на величину в пределах 0,9 метра. Если бы все это означало начало конца в отношении устранения дефектов в торпедах! Но, к сожалению, это было не так. Предстояло выявить и устранить еще более серьезные неполадки в торпедном оружии.

Глава X. Июль - август 1942

Эскадренные подводные лодки в районе Алеутских островов

С прибытием американских эскадренных подводных лодок на Алеутские острова дела пошли иначе. "Тритон" (командир Киркпатрик) пришел 3 июля. Был густой туман, но лодка, пользуясь радиолокационной станцией воздушного обнаружения, сумела пройти в назначенный ей район патрулирования у острова Агатту. Карты данного района были неточными, что в условиях тумана делало переход лодки довольно сложным делом: ежеминутно можно было ждать встречи с противником. Все это, естественно, создавало напряженную атмосферу на мостике лодки. Рано утром 4 июля туман слегка рассеялся, и Киркпатрик заметил японский эсминец, находившийся в дозоре у бухты Мак-Доналда. Весь день в условиях постоянно менявшейся видимости из-за шедшего полосами тумана лодка следовала за эсминцем. Примерно в полдень на короткое время туман рассеялся, и Киркпатрик неожиданно обнаружил эсминец на очень близком расстоянии от лодки. Лодка выпустила две торпеды, одна из которых взорвалась в средней части корабля.

Эсминец резко повалился на левый борт и через две минуты, перевернувшись, пошел под воду. Это был "Ненохи". Командиры японских эсминцев, характеризуя эпизод потопления эсминца, заявили, что это "кошку съела мышка". И тем не менее фактические данные говорят о том, что американские подводные лодки потопили больше японских эсминцев, чем последние американских лодок{25}. Правда, к счастью для американских подводных лодок, командиры японских эсминцев в течение всей войны не знали этого. Они записали на свой счет столько якобы потопленных ими американских лодок, что число их превысило общие потери ВМС США в лодках от всех причин.

5 июня в районе острова Кыска патрулировала в тумане подводная лодка "Граулер" (командир Гилмор). На ней также имелась радиолокационная станция воздушного обнаружения, которая была достаточно хороша для навигационных целей, так как позволяла определять место лодки по вершинам гор, но она не могла обнаруживать надводные корабли. Около 04.00 5 июля, когда лодка, используя радиолокационную станцию воздушного обнаружения и эхолот, шла к входу в гавань острова Кыска, Гилмор обнаружил три корабля, которые, как он полагал, выходили из гавани. Правда, туман сильно затруднял наблюдение, и потому уверенности в достоверности полученных данных не было. Лодка в течение почти двух часов шла на сближение с замеченными объектами и обнаружила три стоявших на якоре японских эсминца. Гилмор выстрелил торпеды по всем трем кораблям и видел, что третий эсминец в свою очередь выпустил торпеды по лодке. "Граулер" погрузился, чтобы уклониться от японских торпед, и в последний момент перед тем как перископ ушел в воду успел заметить, что в эсминец попала торпеда. На "Граулере" слышали шум винтов японских торпед, проходивших над ним слева и справа по борту.

Оказалось, что первоначальный контакт с дивизионом эсминцев "Граулер" установил в то время, когда эсминцы сопровождали транспортное судно, шедшее на остров Кыска с подкреплением для его гарнизона. После того как транспорт вошел в гавань, эсминцы из-за тумана стали на якорь у входа в гавань, где лодка и захватила их врасплох. Эсминец "Араре" затонул. У эсминца "Касуми" был оторван нос, но примерно через месяц его отбуксировали в Японию для ремонта. По эсминцу "Ширануи" "Граулер" выпустил две торпеды. Первая прошла мимо, а вторая ударила в борт посередине корабля. Корпус эсминца позади кормовой дымовой трубы оказался поврежденным, но позже пробоину заделали и эсминец отбуксировали в Японию для ремонта{26}.

Гибель "Груниона"

Новой подводной лодке "Грунион" (командир Абел), вышедшей в свое первое патрулирование, не повезло. Через несколько дней после прибытия в воды Алеутских островов лодка патрулировала в районе острова Кыска. 15 июля лодку атаковал дозорный эсминец. Абел выстрелил по эсминцу три торпеды, но всё они прошли мимо. В тот же день лодка атаковала три охотника за подводными лодками, которые приняла за эсминцы, потопив два из них - No25 и No27. 28 июля "Грунион" атаковал двумя торпедами неопознанный корабль, но промахнулся. 30 июля лодка вновь заняла позицию вблизи острова Кыска и донесла об интенсивной противолодочной деятельности противника. Это донесение лодки оказалось последним. Причина гибели "Груниона" осталась неустановленной. В японских документах нет указаний на то, что лодка погибла в результате боя с кораблями противника.

Гуадалканал

В планах ведения войны японское командование, как и американское, учитывало стратегическое значение Соломоновых островов. Поэтому союзные силы не могли позволить Японии утвердиться на Соломоновых островах. Заняв их, Япония создала бы угрозу коммуникациям между США и Австралией, а попытка выбить их с островов могла бы стоить очень дорого. 2 июля комитет начальников штабов издал директиву об оккупации островов Сайта-Крус, острова Флорида (Соломоновы острова) и прилегающих к ним районов. Указывалось, что задача должна быть выполнена к 1 августа.

Большая часть июля прошла в сколачивании необходимых сил и подготовке к первой наступательной операции союзников на Тихоокеанском театре военных действий. 21 июля противник высадил несколько тысяч войск на северном побережье острова Новая Гвинея, чтобы начать марш через хребет Оуэн-Стэнли для атаки Порт-Морсби с суши. Вопрос состоял теперь в том, кто будет первым на Соломоновых островах или острове Новая Британия, и потому союзникам нельзя было задерживаться с подготовкой. В начале июля Нимиц получил донесение, что японские, силы движутся из Тулаги (остров Флорида), форсировали пролив и высадились на острове Гуадалканал. По плану союзников морская пехота должна была в свою очередь захватить на острове неоконченный постройкой аэродром. Последовавшие бои определили район предстоявшей проверки сил сторон на Тихом океане.

Действия подводных лодок

В период подготовки союзников к операции по захвату Гуадалканала подводные лодки США сделали все от них зависящее. Лодки типа "S", базировавшиеся на Брисбен, помогли установить и поддерживать систему береговых наблюдателей, которая оказалась столь необходимой в операции против Гуадалканала. Эти же лодки патрулировали в районах Рабаула и Кавиенга. Кроме того, на патрулирование в район островов Трук из Пирл-Харбора было выслано пять эскадренных подводных лодок. Подобное использование подводных лодок дало свои результаты. Районы их действий были избраны с таким расчетом, чтобы лодки могли, не опасаясь встречи со своими силами, свободно патрулировать и в то же время находиться вблизи японских коммуникаций.

Подводная лодка "Гаджон", шедшая из Пирл-Харбора во Фримантл, получила приказание занять позицию к западу от островов Трук. В этом районе она потопила одно судно и повредила два больших танкера. Подводная лодка "Тэмбор", также направлявшаяся во Фримантл, потопила два судна в районе Каролинских островов. Подводная лодка "Гринлинг" (командир Братон) установила, что в районе к северу от островов Трук, который до этого обследовала подводная лодка "Трешер", имеет место интенсивное судоходство.

Около 22.00 4 августа "Гринлинг" в надводном Положении атаковал большое, шедшее без охранения судно. Однако выстреленные четыре торпеды, очевидно, прошли мимо. Цель продолжала движение в прежнем направлении. Спустя примерно четыре-пять часов лодка установила контакт, как она полагала, с другим судном.

На этот раз атака была успешной. Братон наблюдал попадание торпед в цель. После того как судно затонуло, Братон подобрал военнопленного, который показал, что судно называлось "Бразил-мару" (12000 тонн) и имело на борту 400 солдат и 200 других пассажиров. Это было то же судно, которой лодка атаковала раньше. Братон выяснил, что при первой атаке попадания имелись, но торпеды не взорвались.

Бой у острова Саво

Высадка американского десанта на Гуадалканал прошла успешно. Вскоре морская пехота США захватила аэродром и прочно закрепилась на острове. Японская береговая авиация, которая действовала из Рабаула, пытаясь выбить морскую пехоту противника с Гуадалканала, в тот же день нанесла удар по десантным силам. На следующий день удар был повторен. Японской авиации удалось повредить два эсминца и два транспорта. Один из транспортов горел всю ночь, служа ориентиром для японских крейсеров, которые готовили удар по десантным силам.

Находившийся в Рабауле адмирал Микава, получив донесение о высадке десанта противника, посадил все имевшиеся в его распоряжении войска на шесть транспортов и направил их на Гуадалканал. Одновременно адмирал Микава вывел из Рабаула в море соединение кораблей в составе пяти тяжелых и двух легких крейсеров и одного эсминца. Около 20.00 7 августа японское соединение прошло через пролив между островами Новая Ирландия и Новая Британия в Соломоново море. В это время здесь патрулировала подводная лодка "S-38" (командир Мансон). Мансон не смог атаковать японские крейсера, но донес о соединении крупных кораблей противника, проследовавшем в юго-восточном направлении на большой скорости. Вслед за крейсерами прошли и транспорты с войсками для подкрепления гарнизона Гуадалканала. Эти транспорты проходили район патрулирования "S-38" на следующий день на небольшой скорости, и лодка атаковала 5600-тонный транспорт "Мэйё-мару". Судно затонуло. На судне находился основной состав сил подкрепления, поэтому остальные пять транспортов были возвращены в Рабаул. Это позволило высадившейся на Гуадалканал американской морской пехоте закрепиться на занятых позициях.

Тем временем соединение крейсеров адмирала Микавы продолжало идти к Гуадалканалу. В 10.00 8 августа австралийский самолет обнаружил японские крейсера, но из-за неполадок в Связи донесение самолета поступило с запозданием и не сыграло своей роли. Адмирал Флетчер еще до этого увел свое авианосное соединение. Около 01.30 9 августа японское соединение крейсеров появилось у острова Саво, расположенного у северо-западной оконечности Гуадалканала. Находившиеся в этом районе крейсера и эсминцы союзников не имели должного боевого порядка и не были готовы к бою. В результате последовавшего боя японцы потопили четыре тяжелых крейсера и сильно повредили тяжелый крейсер и два эсминца, причем к концу дня один из этих эсминцев был потоплен японской авиацией. В бою у острова Саво два японских крейсера и три эсминца получили незначительные повреждения. На следующий день остатки разбитого соединения надводных кораблей союзников ушли, оставив без поддержки морскую пехоту на островах Гуадалканал и Флорида.

"S-44" и "Како"

Единственным светлым пятном на фоне поражения у острова Саво были действия американских подводных лодок. Устаревшая подводная лодка "S-44" (командир Муур) патрулировала в районе Кавиенга (остров Новая Ирландия). 10 августа четыре японских тяжелых крейсера 6-й дивизии крейсеров, возвращавшиеся после боя у острова Саво, оказались в районе патрулирования "S-44". В 07.50 10 августа Муур обнаружил крейсера, которые шли в двух кильватерных колоннах. Когда дистанция до одного из крейсеров сократилась до 45 кабельтовых, лодка оказалась на курсовом угле противника, равном 5°. Это был слишком острый угол, поэтому Муур решил несколько изменить курс, чтобы иметь свободу маневра для выхода на выгодную позицию для атаки и одновременно изготовить торпеды. Затем лодка легла на курс сближения. Муур пропустил первый крейсер и через пять минут выпустил четыре торпеды с дистанции 640 метров. Дистанция стрельбы была очень мала, и крейсер не имел времени на уклонение. Первый взрыв раздался через 35 секунд после пуска торпеды. Затем последовали один за другим еще три взрыва. Японский крейсер "Како" затонул в течение пяти минут.

Воздушные и надводные силы в операции против Соломоновых островов

После победы японцев в бою у острова Саво 9 августа наступил длительный период напряженных боев на суше, на море, в воздухе и под водой, в ходе которых решался вопрос о том, кто будет обладать Гуадалканалом. Этот остров, по существу, никому не был нужен, но обладание им могло определить последующий ход действий на Тихом океане. На острове морская пехота (позднее она была усилена американской армейской дивизией) вела тяжелые бои в джунглях, чтобы удержать аэродром Гендерсон, необходимый для обеспечения господства в воздухе над южной частью Соломоновых островов. Потеря аэродрома позволила бы японцам двинуться крупными силами через острова и сбросить морскую пехоту с Гуадалканала. Удержание же его дало бы США возможность использовать силы авиации армии, флота и морской пехоты для действии против авиации или кораблей противника. Когда аэродром не был закрыт, японские корабли не могли появляться в окружающих Гуадалканал водах без риска быть поврежденными или потопленными. Японцы, используя бомбардировочную авиацию, настойчиво стремились вывести аэродром из строя. Обычно о приближении японских самолетов своевременно сообщали береговые наблюдатели, поэтому почти ежедневно над южной частью Соломоновых островов шли воздушные бои.

Для переброски подкреплений и снабжения на Гуадалканал японское командование использовало в ночное время эсминцы и в некоторых случаях подводные лодки. Иногда в ночное время по аэродрому наносили артиллерийский удар крупные японские боевые корабли. В дневное время снабжение и подкрепления морской пехоте острова небольшими порциями подвозили американские корабли. Время от времени они же обстреливали японские позиции, расположенные вдоль береговой линии. Японская авиация при этом наносила по американским кораблям бомбовые и торпедные удары. В общем, обстановка складывалась так, что в ночное время воды вокруг Гуадалканала в основном контролировались японскими силами, а в дневное - американскими. Однако подобное положение не удовлетворяло ни ту, ни другую сторону, и поэтому часто обычные стычки перерастали в напряженные морские бои.

Соотношение сил было почти равным. Если бы после первой своей победы японское командование высадило на Гуадалканал больше сил, то, вероятно, морская пехота США не удержалась бы на нём. В то время в южной части Тихого океана союзники не имели достаточного количества подводных лодок, которые могли бы противостоять решительному наступлению японцев. Адмирал Флетчер крайне робко использовал авианосные силы, в результате чего Гуадалканал оказался фактически незащищенным. По ряду причин японцы не смогли воспользоваться благоприятной для них обстановкой.

После боя у Мидуэя Объединенный флот и 2-ой флот ушли в Японию. Ямамото не хотел использовать основные силы флота в таком отдаленном от Японии районе, как Соломоновы острова. На авианосцах не хватало самолетов и обученных летчиков, и Нагумо не решался посылать свои плохо подготовленные авианосные группы в бой, причем так скоро после боя у Мидуэя. Надо заметить, что японское командование часто предпринимало атаки во многих направлениях одновременно. В августе 1942 года японцы все еще удерживались на Алеутских островах. В это же время они предприняли марш через хребет Оуэн-Стэнли с целью атаки Порт-Морсби, захват которого являлся основной целью операции. Сражение же за Гуадалканал имело вначале вспомогательное значение. Оно предусматривало защиту восточного фланга войск. Исходя из данных разведки, в Японии считали, что силы американской морской пехоты на Гуадалканале составляют около 2000 человек (ошибка была примерно на 10 человек), причем предполагалось, что в данном случае морская пехота высажена для уничтожения аэродрома и по выполнении задачи будет снята с острова. Эта ошибочная оценка американских намерений привела к тому, что японцы использовали свои силы по частям, считая, что союзники, занятые решением неотложных военных задач в Атлантике, едва ли смогут уравнять силы К 15 августа американское командование смогло послать на Гуадалканал снабжение, боеприпасы и самолеты морской пехоты. Японцы, все еще рассматривая Новую Гвинею в качестве главного объекта, высадили войска с двух конвоев у Буна, доведя численность находившегося здесь контингента войск до 11000 человек. В то же время для подкрепления своих сил на Гуадалканале они могли послать не более 1000 человек. Это было подразделение, первоначально предназначавшееся для высадки на Мидуэй. Оно находилось на Гуаме, и для быстрой переброски его на Гуадалканал японцы использовали эсминцы. В ночь на 18 августа эти войска высадились на Гуадалканале Эсминцы, доставившие японский десант на остров, задержались в районе высадки до наступления дня. Вылетевший с острова Эспириту-Санто (острова Новые Гебриды) самолет В-17 сбросил груз бомб на эсминцы, повредив один из них. Американские эсминцы, сопровождавшие суда в Тулаги, решили после наступления темноты атаковать японские эсминцы, которые были обнаружены в проливе Тэ-Слот, но японская ночная оптика оказалась лучше американской радиолокационной аппаратуры обнаружения{27}. Американский эсминец "Блю" был торпедирован и затонул, так и не обнаружив противника.

Бой у восточной части Соломоновых островов

После уничтожения американской морской пехотой японского десанта, высаженного с эсминцев на Гуадалканал, японское командование решило нанести удар по Соломоновым островам крупными силами. 23 августа эти силы, включавшие авианосцы и линейные корабли, подходили к Соломоновым островам с севера. На вспомогательном крейсере "Кинрю-мару" и на четырех транспортах, шедших в охранении легкого крейсера "Дзинцу" и восьми эсминцев, находилось подразделение войск численностью 1500 человек. К западу от этой группы шли четыре тяжелых крейсера, вышедших из Рабаула. Шесть подводных лодок типа "I" вели разведку впереди по курсу следования главных сил, а другие шесть лодок были развернуты на позициях к югу и к востоку от Соломоновых островов.

Соединение кораблей адмирала Флетчера, в которое входили авианосцы, новый быстроходный линейный корабль, семь крейсеров и восемнадцать эсминцев, находилось в 150 милях восточнее Гуадалканала. 23 августа американские патрульные самолеты обнаружили японский отряд транспортов. На следующий день произошел третий за истекший период войны крупный бой авианосцев. В этом бою японцы потеряли легкий авианосец "Рюдзё". Авианосец "Сёкаку" и гидроавиатранспорт "Титосэ" были повреждены. Американский авианосец "Энтерпрайз" получил тяжелые повреждения. В ту же ночь японские эсминцы обстреляли Гуадалканал. На следующий день самолеты морской пехоты с аэродрома Гендерсон атаковали транспортную группу японских кораблей и потопили "Кинрю-мару", на борту которого находилась значительная часть десанта. Кроме того, они повредили легкий крейсер "Дзинцу". Пока японские эсминцы занимались спасением людей с "Кинрю-мару", самолеты В-17, поднятые с Эспириту-Санто, бомбили их, потопив прямым попаданием эсминец "Муцуки" и повредив эсминец "Узуки". Эсминец "Муцуки" был первым боевым кораблем, который удалось потопить самолету В-17.

"Токийский экспресс"

Японские войска, которые находились на острове Шортленд, были посажены на эсминцы для десантирования на Гуадалканал. Вечером 28 августа, когда эсминцы с войсками находились в проливе Индиспенсейбл, пикирующие бомбардировщики морской пехоты нанесли по ним удар Один эсминец был потоплен и три тяжело повреждены, после чего вся группа повернула обратно на остров Шортленд. Примерно в это же время японские войска, предназначавшиеся первоначально для высадки на Новой Гвинее, были доставлены на остров Бугенвиль, а затем на эсминцах в ночное время переброшены нз Гуадалканал. В морской пехоте США ночные действия японских эсминцев по переброске подкреплений на Гуадалканал получили название "токийский экспресс".

Японские подводные лодки

В начале августа японское командование отменило план, предусматривавший интенсивное использование подводных лодок в Индийском океане, и направило предназначавшиеся ранее для этой цели два дивизиона под-водных лодок к Соломоновым островам. Развитие событий в этом районе благоприятствовало использованию подводных лодок. Японское командование держало в своих руках инициативу, и надводные силы Японии могли выбирать время для оказания поддержки войскам на Гуадалканале. Остальное время эти силы отстаивались в Рабауле или на островах Трук в полной безопасности от американских подводных лодок. Выходили они главным образом ночью и на больших скоростях, что делало их относительно неуязвимыми от подводных лодок.

Японское командование приложило максимум усилий, чтобы воспользоваться благоприятной обстановкой. Семь подводных лодок типа "I" из состава передовых экспедиционных сил прибыли в район Соломоновых островов 24 августа. После ухода надводных кораблей они остались здесь, чтобы нанести по противнику удар. Их неоднократно обнаруживали и атаковали противолодочные самолеты с авианосцев. Несмотря на оптимистические донесения самолетов, в которых сообщалось о потоплении лодок, они сумели лишь причинить повреждения лодкам "I-17" и "I-121". Тральщик "Гэмбл" был первым кораблем, который потопил японскую подводную лодку у Соломоновых островов. Утром 28 августа, находясь в противолодочном дозоре в районе Гуадалканала, тральщик заметил боевую рубку большой подводной лодки. Тральщик атаковал лодку глубинными бомбами и потопил ее. Это была "I-123". На следующий день "RO-33", успешно выполнив свою миссию вблизи Гуадалканала, ушла на патрулирование к Порт-Морсби, где и погибла, после того как ее атаковал австралийский эсминец "Арунта".

Как уже говорилось, японское командование выслало в район, нахождения американского авианосного оперативного соединения группу подводных лодок. 31 августа одна из Этих лодок - "I-26", воспользовавшись благоприятной обстановкой, атаковала торпедами авианосец "Саратога".

Американское соединение, в составе которого было три авианосца, маневрировало юго-восточнее Соломоновых островов. Это маневрирование уже само по себе являлось "приглашением" для лодок. Поисковые самолёты имели несколько контактов с японскими подводными лодками в районе маневрирования авианосцев. Рано утром 31 августа "I-26" выстрелила шесть торпед в "Саратогу". Находившийся в охранении авианосца эсминец "Мэк Доно" видел след идущих торпед и передал сигнал об этом, но поздно. Одна торпеда попала в авианосец, и его пришлось отправить в США для ремонта.

"Саратога" находилась на ремонте с января по июнь 1942 года. Ей не пришлось участвовать в бою у Мидуэя, где она была так нужна. Вывод авианосца из строя явился большой победой японских подводных лодок. К этому времени американским подводным лодкам удалось добиться попадания торпеды только в тяжелый крейсер "Како". В то же время японские подводные лодки сумели потопить подбитый, потерявший боеспособность авианосец "Йорктаун" и на долгое время вывели из строя "Саратогу".

В других районах Тихого океана август был более удачливым для американских подводных лодок. В течение месяца Япония потеряла 21 торговое судно (114000 тонн). Из них 18 судов потопили подводные лодки. Причем из 21 судна 5 были потоплены В районе Каролинских островов, 4 - в юго-западной части Тихого океана, 5 -у островов собственно Японии и 2 - вблизи Формозы (лодки "Траулер" и "Хэддок" потопили по одному судну).

Рейд морской пехоты на остров Макин-Меанг.

В августе подводные лодки "Наутилус" и "Аргонот" были использованы для переброски отряда морской пехоты на остров Макин-Меанг в группе островов Гилберта. 8 августа эти подводные лодки вышли из Пирл-Харбора, имея на борту 222 морских пехотинца. Целью рейда было заставить японское командование отвлечь часть сил из района Соломоновых островов. Кроме того, рейд должен был дать нужные разведывательные данные, а также способствовать накоплению опыта по высадке десанта на защищенный рифами атолл. Наличие на лодках столь большого числа людей создавало большие неудобства, особенно днем, когда лодкам довольно часто приходилось погружаться. 16 августа после довольно трудного перехода лодки пришли в район острова Макин-Меанг. Весь день 16 августа ушел на разведку.

Около 02.00 17 августа закончилась подготовка к посадке десанта на резиновые шлюпки. В 04.00 все шлюпки были уже на пути к пунктам высадки. А часом позже десант высадился на берег. Подводные лодки оставались в надводном положении, пытаясь наладить радиосвязь с десантом. Около 07.00 "Наутилус" принял радиограмму с просьбой оказать огневую поддержку десанту.

Планом предусматривалось, что артиллерийский огонь лодок должен вестись с помощью береговых корректировщиков, но этот план оказался нежизненным{28}. Несколько минут спустя на лодке был принят сигнал о том, что в гавани стоят два японских судна. Командир "Наутилуса" принял решение перенести огонь на эти суда. Дистанция стрельбы составляла около семи миль. Выпустив 65 снарядов, лодка прекратила огонь. Возвратившиеся на "Наутилус" десантники сообщили, что лодка своим огнем потопила оба судна.

Рейд морской пехоты на остров Макин-Меанг оказался успешным. Японский гарнизон на острове был уничтожен. Помимо потопленных "Наутилусом" двух японских судов десантники уничтожили два самолета, большое количество авиационного бензина и других запасов. Но сомнительно, чтобы рейд "Наутилуса" мог отвлечь хоть какую-то часть японских сил с Гуадалканала. Добытые на острове разведывательные материалы оказались бесполезными. После рейда японское командование начало укреплять острова Гилберта и превратило их в хорошо укрепленный район. В этом американским войскам пришлось убедиться, когда четырнадцать месяцев спустя был высажен десант и захвачен атолл Тарава.

Глава XI. Сентябрь - октябрь 1942

К концу августа 1942 года главной целью Японии в южной части Тихого океана по-прежнему оставался захват Порт-Морсби. 26 августа японские войска высадились в заливе Милн для создания здесь базы, с которой они намеревались перебрасывать войска по морю на десантных баржах поближе к Порт-Морсби. Однако бой между японскими войсками и австралийско-американскими войсками генерала Макартура у залива Милн закончился поражением японцев. 5 сентября остатки их войск эвакуировались. Японское командование решило теперь сосредоточить свое внимание на Гуадалканале. К сожалению, союзникам было неизвестно это решение японцев, а поскольку последние, пройдя труднопроходимой горной дорогой, заняли позиции в нескольких милях от Порт-Морсби, союзники, располагая незначительными силами, не могли использовать их для усиления гарнизона на Гуадалканале. Пока аэродром Гендерсон действовал, Ямамото не хотел рисковать своими крупными боевыми кораблями в боях в районе Соломоновых островов. Только эсминцы продолжали выполнять задачи "токийского экспресса", совершая ночные рейды и доставляя японским войскам снабжение и подкрепление. Японское командование планировало накопить достаточное количество сил для захвата аэродрома Гендерсон. Затем должна была последовать крупная десантная операция с участием главных сил флота, которые находились на островах Трук. Цель этой операции состояла в том, чтобы "одним ударом" очистить Соломоновы острова от морской пехоты США. 12 сентября японские войска перешли в наступление, но были разбиты.

Операции японских подводных лодок в сентябре

После боя на острове Пелелиу Тернер посадил в Эспириту-Санто 7-ой полк морской пехоты на шесть транспортов и направил его для подкрепления войск на Гуадалканал. Авианосцы "Хорнет" и "Уосп" в охранении крейсеров и эсминцев находились в море для прикрытия конвоя от возможных атак со стороны крупных японских сил. 15 сентября оперативное авианосное соединение вошло в зону действия японских подводных лодок, патрулировавших к востоку от Соломоновых островов в ожидании добычи. "I-19" (командир Кинаси) выстрелил по "Уоспу" четыре торпеды, три из которых попали в цель. 7 минут спустя лодка "I-15" выпустила торпеды по кораблям оперативной группы "Хорнет". Эсминец "Мустин" заметил след идущих торпед и донес об этом флагману. Но линейный корабль "Норт Каролина", по которому был дан торпедный залп, не смог отвернуть и получил попадание торпедой. Еще через две минуты торпеда с "I-15" попала в эсминец "О'Брайен". С оторванным носом эсминец пришел в Эспириту-Санто. Линейный корабль "Норт Каролина" продолжал выполнять задание, а с "Уоспом" все было кончено. Авианосец загорелся, и примерно через час после попадания торпеды экипаж покинул его. К 21.00 стало ясно, что спасти корабль не удастся, и он был потоплен торпедами, выстреленными эсминцем "Лэнсдаун"{29}. Таким образом, подводные лодки добились значительных результатов. Меньше чем за две недели они вывели из строя "Саратогу" и "Норт Каролину", которые пришлось отправить в ремонт, и потопили "Уосп". Следует учесть и поврежденный пикирующими бомбардировщиками авианосец "Энтерпрайз". В итоге у американского командования остался только один авианосец ("Хорнет"). Кроме того, действующие в районе Соломоновых островов американские надводные силы лишились артиллерии линкора "Норт Каролина" и эсминца "О'Брайен", причем в момент, когда вопрос о Гуадалканале не был решен. К концу месяца к юго-востоку от Соломоновых островов "I-4" атаковала и повредила американский транспорт снабжения "Алхена".

В районе Алеутских островов японские подводные лодки действовали менее эффективно. Самолеты ВВС США продолжали беспокоящие налеты на остров Кыска, в результате чего повредили в этом районе несколько подводных лодок противника. 15 сентября во время налета авиации были повреждены "RO-63" и "RO-64". 28 сентября самолеты ВВС потопили сухогрузный транспорт "Ноджима-мару" (8000 тонн). В ходе налетов повреждения получила "RO-67". В эти дни погибла подводная лодка "RO-65", хотя большей части ее экипажа удалось спастись. Оставшиеся в этом районе лодки типа "RO" вскоре были отозваны, и какое-то время в северной части Тихого океана японских подводных лодок не было.

В сентябре в районе Орегона появилась "I-25" (командир Тагами) с задачей вызвать пожары в лесном районе Орегона. 9 сентября с "I-25" взлетел легкий самолет и сбросил на лес четыре зажигательные бомбы. В ночь на 29 сентября рейд самолета повторился. Однако ни первая, ни вторая попытки ничего не дали.

Известного успеха добилась американская подводная лодка "Гардфиш", патрулировавшая к северо-востоку от острова Хонсю. Лодка вышла в свое первое патрулирование и находилась в районе, который с начала войны был относительно спокойным. Сороковые широты даже в августе неблагоприятны для плавания лодок, так как изобилуют штормами, и "Гардфиш" испытал это. Следуя в назначенный район, лодка пересекла линию коммуникации между северными портами острова Хонсю и Алеутскими островами и имела контакт со вспомогательным японским судном, по которому выпустила торпеды, но промахнулась. Эсминец охранения атаковал лодку и вынудил ее находиться в подводном положении до тех пор, пока вспомогательное судно не покинуло район. 20 августа "Гардфиш" прибыл в назначенный ему район и обнаружил здесь множество сампанов, траулеров и небольших дозорных кораблей; два из них лодка потопила артиллерийским огнем. Четыре дня спустя лодка потопила вышедший из Сэндая транспорт "Сейкай-мару". Взрывом торпеды у транспорта оторвало нос, и транспорт затонул, Вскоре "Гардфиш" установил контакт с другим судном, которое, заметив лодку, легло курсом на берег и передало по радио донесение.

Плавание в районе острова Хонсю было трудным в навигационном отношении. Берег острова Хонсю, как правило, скрывал туман, и почти 40% времени видимость на море не превышала трех миль. На некотором расстоянии от берега в северном направлении со скоростью двух узлов идет черное японское течение, а у берега существует примерно той же скорости южное течение. И пока "Гардфиш" научился отличать одно от другого (с помощью измерения температуры воды), свое счислимое место он определял, уповая на интуицию и бога. На берегу в помощь местным лоцманам была создана система огней, но Клакринг не знал, как ею пользоваться. Радиолокационная станция обнаружения позволяла определять дистанцию до горных вершин, но без хорошего визуального наблюдения эти данные приносили небольшую навигационную пользу.

25 августа около 06.00 "Гардфиш" вновь обнаружил японское грузовое судно. "Гардфиш" атаковал его двумя торпедами. Он видел, как первая торпеда выскочила на поверхность моря и затем, подпрыгивая, прошла в нескольких метрах впереди судна. Вторая торпеда ударила в борт японского судна в районе мостика, но не взорвалась. Судно замедлило ход и изменило курс. Клакринг выстрелил еще одну торпеду, которая при проходе либо под судном, либо вблизи его взорвалась. Судно направилось к берегу и скрылось в прибрежной дымке. Клакринг решил всплыть и преследовать цель. Однако при всплытии радиолокационной станцией были обнаружены четыре приближавшихся самолета, и Клакринг прекратил всплытие. 2 сентября "Гардфиш" двумя торпедами из трех, при стрельбе веером, потопил грузовое судно "Тейкю-мару" (2000 тонн).

Два дня спустя, всплыв в восьми милях от берега, "Гардфиш" обнаружил шедшие вдоль берега три грузовых судна. Течение было встречным, и лодка не могла подойти к цели ближе 25 кабельтовых. Но цель была так заманчива, что Клакринг не удержался и выстрелил одну торпеду. Находясь в боевой рубке, он не мог слышать взрыва торпеды, но из носового торпедного отсека сообщили о взрыве, последовавшем через три или четыре минуты после пуска торпеды. В дальнейшем, учтя, что суда шли очень близко к берегу, Клакринг решил маневрировать между линией движения судов и берегом, откуда можно было производить атаки с различных курсовых углов; появлялась также возможность отрезать пути отхода поврежденным судам. Изучение района показало, что самым выгодным местом является район мыса Бэнтэн-Бана. Клакринг привел лодку в бухточку, защищенную мысом Бэнтэн-Бана. Выбор позиции оказался правильным. Чтобы преждевременно не вскрыть свое место, Клакринг не стал атаковать прошедший мимо небольшой танкер. Около 16.00 на горизонте показались два больших судна, следовавших прямо на лодку. С дистанции около 500 метров "Гардфиш" выпустил из кормового торпедного аппарата торпеду по головному судну. Через 27 секунд раздался сильный взрыв. По второму судну "Гардфиш" выпустил две торпеды с дистанции 1000 метров, добившись по крайней мере одного попадания. В течение нескольких минут оба судна затонули. Это были "Теню-мару" (3738 тонн) и "Каймей-мару" (5254 тонны).

Не успели затонуть эти два судна, как была обнаружена вторая пара грузовых судов. Увидев тонущие суда, они укрылись в небольшом мелководном заливе, расположенном к югу от Бэнтэн-Бана. Клакринг повел лодку к заливу. Одно судно стояло в гавани на якоре, а второе ходило по бухте. Обогнув скалистый берег, "Гардфиш", пользуясь эхолотом, вышел в район 46-метровой глубины и выбрал удобную позицию для атаки стоявшей на якоре цели. Выпущенной торпедой судно было отправлено на дно. Это был "Чита-мару" (2276 тонн).

Действия "Гардфиша" вынудили японское командование поставить вдоль побережья, где действовала лодка, минные заграждения. Мины были якорные, причем часть мин японцы поставили на глубине около 500 метров. Первой жертвой поставленных японцами минных заграждений явилось их собственное судно. В дальнейшем же эти постановки обошлись подводным лодкам США очень дорого.

Бой у мыса Эсперанс

Со временем обстановка в районе Соломоновых островов снова стала накаляться. Вначале Гуадалканал являлся местом действия военно-морских сил Японии, но в сентябре японская армия активизировала решение за-дач на берегу. Получившую позорную известность 2-ую дивизию японской армии, которая покрыла себя бесчестием из-за грабежей в Нанкине, перебросили со сравнительно спокойного места на острове Ява в Рабаул. Армейское командование предложило флоту провести совместную десантную операцию на Гуадалканале, использовав в качестве десанта 2-ую дивизию. Высадку десанта предполагалось произвести на северо-западной оконечности Гуадалканала, вблизи мыса Эсперанс.

Японская армейская авиация была значительно слабее японской военно-морской авиации, и потому авиационная поддержка в этой операции возлагалась на ВМС. Но ВМС крайне нуждались в усилении своей авиации. В составе действующих сил флота имелось пять авианосцев, но в то же время существовала хроническая нехватка летчиков для палубных самолетов. Подготовка таких летчиков велась, но они еще не были готовы к использованию с авианосцев. На острова Трук японцы доставили на эскортных авианосцах 80 бомбардировщиков и 100 истребителей, а затем перебросили их в Рабаул. Все эти самолеты погибли в боях за аэродром Гендерсон. За ними последовали другие самолеты, и так продолжалось до тех пор, пока потери в палубных самолетах и летчиках не поставили под угрозу возможность последующего ведения войны в целом. Тем не менее "токийский экспресс" по-прежнему действовал. Остановить ночные рейсы японских эсминцев оказалось невозможным. В ночь на 9 октября они высадили на Гуадалканале большой контингент войск, закончив фактически переброску на этот остров 2-ой армейской дивизии. В тот же день из Нумеа (остров Новая Каледония) вышли транспорты с американской армейской дивизией на борту для укрепления морской пехоты на Гуадалканале. Прикрывали переход транспортов авианосец "Хорнет" и линкор "Вашингтон". Одновременно была предпринята попытка приостановить деятельность "токийского экспресса". С этой целью из Эспириту-Санто в море вышло соединение адмирала Скотта в составе четырех крейсеров и пяти эсминцев, которому поставили задачу найти и уничтожить корабли и десантно-высадочные средства. Японцы, считаясь с численным превосходством американских ВМС, большое внимание уделяли подготовке кораблей к боевым действиям в ночное время. Японские корабли хорошо отработали тактику ночного боя, а качество их оптики и торпед значительно превосходило качество этих средств на американских кораблях. Японские крейсера и эсминцы были вооружены кислородными торпедами "Лонг Лэнс", что давало им преимущество перед американскими кораблями. Правда, американские корабли были оснащены радиолокацией, которой не имели а 1942 году японские корабли.

В ночь на 12 октября у мыса Эсперанс произошел бой между кораблями соединения Скотта и японскими крейсерами и эсминцами. Радиолокация помогла Скотту внезапно атаковать японское соединение. В ночном бою японцы потеряли крейсер "Фурутака", а американцы -эсминец "Дункан". На следующий день пикирующие бомбардировщики с аэродрома Гендерсон потопили два японских эсминца, которые пытались подобрать людей с гибнущих кораблей. По американскому эсминцу "Макколла", занявшемуся спасением японцев, подводная лодка "I-2" выпустила торпеду, но промахнулась. Во время этого ночного боя многие корабли США и Японии получили повреждения.

Бой у Санта-Крус

11 октября адмирал Нагумо вывел с островов Трук соединение кораблей, которое по своему составу было самым крупным со времени боя у Мидуэя. В ночь на 14 октября линейные корабли "Конго" и "Харуна" обстреляли 356-мм снарядами аэродром Гендерсон, уничтожив более половины самолетов и почти все запасы авиационного горючего. Японское командование развернуло также на позициях в районе между Эспириту-Санто и Соломоновыми островами 15 подводных лодок. День "Д" был назначен на 22 октября, но из-за напряженных боев эту дату пришлось отодвинуть. В непрерывных стычках обе стороны понесли потери в легких силах флота и в авиации.

18 октября вице-адмирал Хэлси сменил вице-адмирала Гбрмли на посту командующего американскими военно-морскими силами в южной части Тихого океана. Чтобы воспрепятствовать действиям сил Нагумо, Хэлси выслал в район к северу от Санта-Крус соединение в составе двух авианосцев, двух линейных кораблей, шести крейсеров и четырнадцати эсминцев. 25 октября прошел слух, что аэродром Гендерсон якобы захвачен японскими войсками. Нагумо, который ждал этого сообщения, выслал группу бомбардировщиков и истребителей, поднятых с авианосца, для посадки на аэродром. Одновременно Нагумо повел свое соединение в составе пяти авианосцев, четырех линкоров, одиннадцати крейсеров и двадцати семи эсминцев в южном направлении для нанесения решающего удара. Появившиеся над Гуадалканалом японские самолеты убедились в том, что сообщение о захвате японцами аэродрома преувеличено. Более того, поднятые в воздух американские истребители сбивали японские самолеты. Вслед за этим морская пехота и армейские части очистили захваченную часть аэродрома, уничтожив при этом 2-ую японскую дивизию.

26 октября произошел бой между авианосными силами США и Японии, получивший название боя у Санта-Крус. В этом бою японская сторона не потеряла ни одного корабля, в то время как США потеряли авианосец "Хорнет". Кроме того, в ходе боя японская подводная лодка атаковала торпедами американский эсминец "Портер". Эсминец получил тяжелые повреждения, и его после снятия экипажа пришлось потопить артиллерийским огнем. Однако самым важным итогом боя была потеря японцами более 100 самолетов и летчиков. Обе стороны вывели свои поврежденные корабли за пределы действия авиации, и на этом бой закончился.

Другие действия японских подводных лодок

Действия японских подводных лодок в сентябре были успешными, но в октябре они оказались скромнее. "I-26" использовалась в качестве заправщика для гидросамолетов, осуществлявших поиск в районе острова Шортленд в течение первой половины месяца. 14 октября "I-7" обстреляла Эспириту-Санто. Этот обстрел был проведен в качестве отвлекающего мероприятия. Основным здесь являлся обстрел Гуадалканала линейным кораблем. То же самое было предпринято 23 октября - в день, когда японцы планировали захват аэродрома Гендерсон. Но попытка отвлечь внимание противника успеха не имела. 21 сентября в южную часть Соломоновых островов прибыла "I-22". 1 октября она доложила об обнаружении конвоя. 5 октября подводная лодка исчезла.

Первый большой успех в октябре выпал на долю "I-176". 20 октября на полпути между островами Эспириту-Санто и Сан-Кристобаль она обнаружила крупное оперативное соединение. Ночью лодка атаковала один из крупных кораблей и донесла о потоплении линкора типа "Техас". Но она ошиблась. В это время в южной части Тихого океана американских линейных кораблей не было. На самом деле лодка повредила крейсер "Честер", который пришлось отослать в ремонт в США. Таким образом, лодка на несколько месяцев вывела крейсер из строя.

Американские подводные лодки в октябре

Путем увеличения числа подводных лодок, базировавшихся на Брисбен, американскому командованию удалось уравнять численность подводных лодок США и Японии в южной части Тихого океана. И все же японские боевые корабли не ощущали угрозы со стороны подводных лодок. Более серьезная обстановка складывалась для вспомогательных судов. 1 октября "Стёрждон" (командир Пьезентковский) потопил авиатранспорт "Катсураги-мару" (8033 тонны). Подводная лодка "Скалпин" пустила на дно два судна, а "Гаджон" потопил одно. Но наибольшую активность в южной части Тихого океана проявила под-водная лодка "Эмберджек" (командир Боул).

6 октября эта лодка вышла для разведки в район атолла Гринвич, расположенного между островами Трук и Соломоновыми. Выполнив задачу, она взяла курс на Новую Ирландию. По пути "Эмберджек" потопил грузопассажирский транспорт "Сенкай-мару" (2095 тонн). Прибыв 10 октября в район Кавиенга, лодка обнаружила в гавани два японских судна. С дистанции 3200 метров лодка выстрелила по цели четыре торпеды. Одно судно ("Тенрю-мару") получило повреждение, а бывшая плавучая китобойная база "Тонан-мару" No2 (19000 тонн) затонула на мелководье. "Тонан-мару", которую японцы использовали в качестве танкера, позже была поднята, отбуксирована на ремонт в Японию и затем через продолжительное время снова введена в строй.

16 октября подводную лодку "Эмберджек" направили на разведку в район острова Ошен, а затем на Эспириту-Санто для подготовки к выполнению специального задания. Дело в том, что положение с горючим на Гуадалканале было критическим. Переброска горючего надводными кораблями стоила слишком больших усилий, а подача его по воздуху оказалась делом малопродуктивным, приводившим к тому, что на острове постоянно ощущалась нехватка горючего, а это заставляло прибегать к экстренным мерам. Подготовка лодки на Эспириту-Санто заключалась в том, что две ее топливные цистерны были очищены под авиационное горючее. Приняв около 25 тонн авиационного бензина, 200 бомб и несколько летчиков, подводная лодка вышла на Гуадалканал.

25 октября "Эмберджек" прибыл в пролив Железное Дно, расположенный между островами Саво и Гуадалканал, причем почти одновременно с тремя японскими эсминцами. Два старых четырехтрубных эсминца, переоборудованных в минные заградители, осыпаемые градом снарядов, поспешили уйти из канала Силарк, но буксир и баржа, разгружавшие предметы снабжения, были потоплены. Эту картину в перископ наблюдал Боул. Японские эсминцы находились слишком далеко для атаки их торпедами. Имея 30-узловой ход, они пришли и ушли раньше, чем "Эмберджек" смог сделать что-либо для сближения. На следующий день подводная лодка пришла на остров Флорида и выгрузила груз и людей.

Октябрь, оказался самым черным месяцем для японского судоходства за весь предшествующий период войны. Япония потеряла 31 судно общим тоннажем 176997 тонн, из них 26 судов были уничтожены американскими под-водными лодками. Действия американских подводных лодок на японских морских коммуникациях имели большое значение, поскольку нехватка транспортных средств в конечном итоге оказала большое влияние на исход операций в южной части Тихого океана.

Глава XII. Ноябрь - декабрь 1942

Бой у Гуадалканала

В октябрьских боях на Гуадалканале 2-ая японская дивизия была полностью разгромлена, и японцы вынуждены были перебросить на остров другую дивизию. В период со 2 по 10 ноября "токийский экспресс" высадил на Гуадалканал 38-ую дивизию. Американский адмирал Тернер в свою очередь на транспортах, охраняемых крейсерами и эсминцами, перебросил на остров артиллерию, снабжение и войска. Действия сторон по обеспечению своих войск на острове привели к ряду боев между легкими силами флота и авиацией. Но все эти бои носили характер мелких стычек по сравнению с тем, что назревало.

"Токийский экспресс", не мог перебрасывать на Гуадалканал в нужном количестве танки, тяжелую артиллерию и снабжение для обеспечения всех имевшихся на острове японских войск. Поэтому японское командование решило использовать для этой цели транспорты. Собрав в Буине (остров Бугенвиль) 12 транспортов, японцы направили их в пролив Тэ-Слот под прикрытием крупных надводных сил, базировавшихся в Рабауле (остров Новая Британия) и на островах Трук. Американская и японская стороны имели достаточно организованную разведку и поэтому хорошо знали действия друг друга.

11 ноября Тернер привел на Гуадалканал два конвоя, в составе сил охранения которых находились крейсера и эсминцы под командованием контр-адмирала Каллахэна. На пути к острову конвои подверглись атаке японской авиации. Во время разгрузки транспортов Тернер получил донесение от береговых наблюдателей о подходе главных сил противника. Транспорты быстро разгрузили и вывели из пунктов разгрузки. Корабли Каллахэна, прикрывая отход транспортов, вступили в ночной бой с японским соединением, который велся на дистанции стрельбы прямой наводкой. Япония потеряла линкор "Хией" и два эсминца. США - крейсер "Атланта" и четыре эсминца. Многие корабли обеих сторон получили повреждения.

В ночь на 14 ноября японские крейсера возвратились для обстрела аэродрома Гендерсон. Днем 14 ноября по отходившим японским крейсерам нанесли удар самолеты с аэродрома Гендерсон и авианосца "Энтерпрайз". Они потопили крейсер "Кинугаса" и повредили несколько других кораблей. Несмотря на это, двенадцать японских транспортов продолжали следовать проливом Тэ-Слот. Авиация с аэродрома потопила восемь транспортов, однако остальные четыре тяжело поврежденные транспорта сумели выброситься на мель у Гуадалканала и выгрузить по крайней мере часть груза.

Оставшиеся в строю японские корабли, которые отошли после ночного боя с кораблями Каллахэна, вернулись к транспортам. В полдень 14 ноября подводная лодка "Траут", патрулировавшая вблизи острова Санта-Исабель, установила контакт с кораблями японского оперативного соединения. Позднее она атаковала торпедами один из кораблей противника, но промахнулась. Вскоре после атаки "Траут" донес об обнаружении японского соединения, подтвердив ранее полученное американским командованием донесение от самолета-разведчика о подходе японских кораблей. В ту же ночь в проливе Железное Дно между японским и американским соединениями (последнее включало два линкора и четыре эсминца) произошел бой. Японский линкор "Кирисима" и эсминец были потоплены артиллерийским огнем. Американская сторона потеряла четыре эсминца. Четырехдневное сражение убедило японское командование в том, что обеспечить доставку снабжения на Гуадалканал транспортами невозможно. Но оно не думало о капитуляции здесь и изыскивало другие пути, чтобы продолжать подбрасывать на остров подкрепление и снабжение.

Действия японских подводных лодок в районе Соломоновых островов в ноябре

Японские подводные лодки активно поддерживали действия своих надводных сил. 8 ноября гидросамолеты, поднятые с японских подводных лодок, обнаружили подходившее к Гуадалканалу оперативное соединение адмирала Скотта. "I-122" передавала топливо летающим лодкам в районе рифов Индиспенсейбл. Три японские подводные лодки ("I-16", "I-20" и "I-24") получили приказ войти в пролив Индиспенсейбл и выпустить сверхмалые подводные лодки для атаки стоявших на якоре у Гуадалканала американских судов. 7 ноября был атакован торпедами транспорт "Мэджэбэ". Ему удалось выброситься на берег. Американским эсминцам удалось повредить "I-20". Японское командование объявило о потоплении японскими подводными лодками транспорта и эсминца. Только одна сверхмалая подводная лодка вернулась на матку. 28 ноября "I-16" снова выпустила сверхмалью подводные лодки. Они атаковали и сильно повредили грузовое судно "Алчибэ", которое, выбросившись на берег, горело в течение четырех дней. Это был наибольший успех японских сверхмалых подводных лодок за весь период военных действий на Тихом океане.

Пять японских подводных лодок ("I-15", "I-17", "I-28", "I-172" и "I-175") находились на позициях с задачей перехвата американских судов, доставлявших на остров подкрепления. В ночь на 10 ноября старый четырехтрубный тральщик "Саутхард", шедший с грузом снабжения на Гуадалканал, вблизи острова Сан-Кристобаль внезапно обнаружил японскую подводную лодку, находившуюся в надводном положении. Под огнем тральщика лодка погрузилась. Вскоре тральщик установил с ней гидроакустический контакт и атаковал ее глубинными бомбами. Но на этот раз лодке удалось уклониться. Однако через некоторое время она вновь была обнаружена и атакована. Лодке пришлось всплыть, после чего она была уничтожена артиллерийским огнем.

Утром 14 ноября оставшиеся четыре японские подводные лодки все еще находились на своих позициях, когда из пролива Железное Дно вышли сильно поврежденные в ночном бою американские крейсера. Впереди крейсеров на дистанции около 3500 метров шли два поврежденных в ночном бою эсминца. Эсминцы выполняли задачу ПЛО крейсеров. Около 10.00 эсминец "Стеретт" установил гидроакустический контакт с подводной лодкой и атаковал ее глубинными бомбами, но безуспешно. Часом позже "I-26" выпустила торпеды по крейсеру "Сан-Франциско". Торпеды, пройдя по носу "Сан-Франциско", попали в борт крейсера "Джюно". И без того сильно поврежденный крейсер сразу же пошел ко дну. Не вернулись с патрулирования в этом районе и две японские лодки - "I-15" и "I-172". Японцы считают, что "I-15" была потоплена 11 ноября тральщиком "Саутхард", однако в США считают, что тральщик потопил не "I-15", а "I-172".

Бой у Тассафаронга

Японцы продолжали использовать эсминцы для переброски на Гуадалканал подкреплений и снабжения, что в конечном итоге привело к бою у Тассафаронга 30 ноября - последнему крупному бою в проливе Железное Дно. 29 ноября американское соединение в составе пяти крейсеров и шести эсминцев под командованием контр-адмирала Райта вошло в пролив, имея задачей не допустить высадки японского десанта на Гуадалканал, которая, по американским данным, должна была произойти у Тассафаронга, вблизи долины Лунга. Ночью 29 ноября восемь японских эсминцев под командованием контр-адмирала Танаки оставили Буин и взяли курс на Гуадалканал. Таким образом, встреча оперативных соединений произошла как бы по договоренности. Радиолокаторы на американских кораблях позволили им атаковать японские корабли торпедами и артиллерией, прежде чем противник сумел обнаружить американское соединение. Тем не менее эсминцам Танаки удалось потопить торпедами "Нортхемптон" и нанести тяжелые повреждения трем другим американским крейсерам. Японцы потеряли эсминец.

Это была, безусловно, победа японцев. Но и после нее они не смогли, используя ночные рейды эсминцев, успешно решить задачу снабжения войск на Гуадалканале. Днем этому мешала авиация с аэродрома Гендерсон, а ночью торпедные катера, базировавшиеся на Тулаги. 3 декабря в очередной рейс на Гуадалканал вышли восемь японских эсминцев. Они подверглись атаке самолетов-бомбардировщиков и торпедоносцев, но сумели все же выгрузить в Тулаги недельный запас риса. Авиация повредила только один эсминец. Несмотря на некоторые удачные рейсы, подобные выполненному 3 декабря, японские войска на Гуадалканале были посажены на голодный паек - сначала на одну треть, а потом на одну шестую дневного рациона риса, в результате чего с каждым днем в войсках становилось все больше небоеспособных. 7 декабря Танаки снова вышел на Гуадалканал с десятью эсминцами со снабжением. Американская авиация и торпедные катера атаковали противника, повредив два эсминца. Японское соединение вынуждено было повернуть на обратный курс и отказаться от выполнения своей задачи. 12 декабря японское командование предприняло очередную попытку доставить снабжение на остров с помощью эсминцев. Однако, будучи атакованными торпедными катерами и потеряв эсминец, японские корабли вынуждены были повернуть на обратный курс, так и не выполнив задачи. Действия торпедных катеров в районе острова Новая Гвинея создали тяжелое для японской стороны положение со снабжением своих войск и в этом районе. В создавшихся условиях в решении задачи снабжения голодающих японских войск все большее значение приобретали подводные лодки.

Организация подводных сил США в южной части Тихого океана

Эскадренные подводные лодки, вышедшие из Пирл-Харбора для усиления подводных сил в южной части Тихого океана, базировались теперь на Брисбен. После пересечения экватора они поступили в оперативное подчинение Кристи. Сознавая необходимость координации действий надводных, воздушных и подводных сил, адмирал Нимиц назначил Кристи командиром оперативного соединения с подчинением командующему флотом южной части Тихого океана (Хэлси). Все подводные лодки, базировавшиеся на Брисбен, находились под командованием Кристи. В то же время в составе флота юго-западной части Тихого океана (силы генерала Макартура), базировавшегося на базы восточного берега Австралии, не было ни одной подводной лодки. Макартур высоко ценил подводные лодки и настаивал на том, чтобы в его распоряжение, была выделена группа подводных лодок, которую он мог бы использовать для обороны Новой Гвинеи. С этой целью в распоряжение Макартура выделили шесть подводных лодок. Однако они продолжали оставаться в оперативном подчинении Кристи. При этом не указывалось, какие именно лодки Макартур может использовать, но он имел право в любое время направить шесть подводных лодок в намеченные им районы патрулирования.

В декабре 1942 года Кристи получил назначение на должность начальника минно-торпедной станции в Нью-порте (штат Род-Айленд). 23 декабря место командира 42-го оперативного соединения (командир подводных сил в Брисбене) занял капитан 2 ранга Файв. Файв подчинялся и Нимицу - через командующего флотом южной части Тихого океана (Хэлси), и Макартуру - через командующего флотом юго-западной части Тихого океана. Файв оказался в весьма щекотливом положении. Однако двойственность подчинения позволила ему довольно легко, без излишней формальности переводить подводные лодки из южной части Тихого океана в юго-западную и обратно, что облегчало задачу правильного использования лодок. Но эта же двойственность подчинения создавала и свои трудности. Дело в том, что из-за большого расстояния между Брисбеном и Нумеа, где находился штаб командующего флотом южной части Тихого океана, Файв часто оказывался без нужной информации, которая позволила бы ему найти наилучший вариант использования подводных лодок в районе Соломоновых островов. Из-за большого числа различных командных инстанций между армейскими ВВС на Новой Гвинее и командиром подводных сил в Брисбене самолеты-бомбардировщики ВВС часто имели поверхностную информацию о позициях американских подводных лодок в районе Новой Гвинеи.

Макартур занимался обороной северной части Новой Гвинеи, и поэтому основная задача, которую он ставил перед своими лодками, состояла в уничтожении японских эсминцев, доставлявших ночными рейсами снабжение в район Буна. Это была трудная задача, особенно для подводных лодок, не имевших радиолокационных станций. Для выполнения ее позиции таких лодок выбирались вблизи Буна. В декабре позиции лодок были отодвинуты с тем, чтобы избежать возможных контактов со своими надводными и воздушными силами. Как уже говорилось, основной задачей лодок была оборона Новой Гвинеи, но они имели и вспомогательную задачу - уничтожение японских транспортов. В январе 1943 года задачи подводных лодок претерпели изменения. Теперь лодки должны были вести главным образом активные наступательные действия на японских морских коммуникациях.

Ноябрь не принес успеха американским подводным лодкам в южной части Тихого океана. В этом месяце надводные и воздушные силы вели тяжелые бои за установление господства на море. Американские же подводные лодки не смогли потопить ни одного боевого корабля и повредили только один японский транспорт. В ноябре на Тихоокеанском театре военных действий американские подводные лодки потопили всего девять транспортов противника. Однако нажим на японскую систему морских перевозок не был ослаблен. Свою роль в этом сыграла авиация, которая за тот же месяц потопила 16 японских транспортов - больше, чем в любой предшествующий месяц. Это был первый месяц, когда авиация потопила транспортов больше, чем подводные лодки. С учетом потери двенадцати крупных транспортов на переходе в Гуадалканал общий тоннаж потопленных японских судов составил 165000 тонн. Наиболее удачно действовала подводная лодка "Сивулф" (командир Уордер), которая в заливе Давао потопила три судна. Патрулирование "Сивулфа" является показательным и с точки зрения тех трудностей, с которыми столкнулись подводные лодки на этой стадии военных действий на Тихом океане.

"Сивулф" в заливе Давао

В начале октября подводная лодка "Сивулф" вышла из Фримантла в свой седьмой боевой поход. После патрулирования она должна была встать на капитальный ремонт. Правда, об этом знал только ее командир Уордер. Лодка следовала вдоль западного берега Австралии, прошла проливом Ломбок в море Флорес.

У южной части Целебеса "Сивулф" безуспешно атаковал двумя торпедами грузовое судно, выходившее из Макассара. На базе Фримантл торпед не хватало, и при выходе "Сивулфа" носовые торпедные аппараты на нем были заряжены новыми торпедами "Мк-14", а кормовые - старыми торпедами "Мк-9".

На рассвете 2 ноября на входе в залив Давао "Сивулф" погрузился. В полдень лодка обнаружила грузовое судно. Уордер намеревался атаковать судно носовыми торпедами, но цель резко отвернула и оказалась по корме лодки. "Сивулф" выпустил по цели торпеды из кормовых аппаратов. В течение девяти минут судно затонуло. Это был "Гифу-мару" С наступлением темноты "Сивулф" всплыл и оставался в заливе Давао до рассвета. Перед самым рассветом 3 ноября, находясь примерно в 12 милях от входа в гавань, лодка погрузилась.

В гавани Давао в это время находились два небольших грузовых судна, но Уордер заметил стоявшее на якоре в заливе Таломо судно больших размеров ("Сагами-мару"), которое грузилось коноплей со стоявших у него по (юрту барж. К 10.30 Уордер вывел лодку на идеальную позицию залпа носовыми торпедами. Измерив расстояние до цели, которое оказалось равным 900 метрам, и точно прицелившись, Уордер выстрелил торпеду, установленную на глубину хода 5,5 метра при оценке осадки судна 7,6 метра. Торпеда прошла под судном и взорвалась на берегу. Уордер приказал установить следующую торпеду на глубину хода в 2,4 метра. Она-то и поразила цель. Судно-дало сильный крен, затем выпрямилось, причем осадка его изменилась не намного. Третья торпеда прошла под судном, но не взорвалась. То же произошло и с четвертой торпедой. Японское судно открыло огонь из носовых и кормовых орудий. Грузовое судно не было серьезно повреждено и вело по лодке интенсивный артиллерийский огонь.

Уордер отвел подводную лодку, чтобы перезарядить торпедные аппараты. Через полчаса "Сивулф" возвратился к месту стоянки "Сагами-мару". "Сивулф" выпустил торпеду, которая ударила в кормовую часть судна. Когда дым рассеялся и фонтан брызг, образовавшийся при взрыве, осел, стало видно, что на палубе "Сагами-мару" не было людей, которые до этого наблюдали бой. У носового орудия стоял расчет, но стрельба не велась. Флаги на судне не развевались. Уордер считал, что их сорвало взрывной волной. На пяти шлюпках экипаж судна перевозился на берег. Судно было обречено. Однако Уордер развернул лодку и выпустил из кормового аппарата торпеду "Мк-9", после чего судно быстро затонуло.

Через несколько минут после последнего торпедного выстрела над лодкой, которая находилась под перископом, появились три самолета противника. "Сивулф" ушел на глубину 36 метров. Вскоре сюда подошли и сбросили глубинные бомбы два охотника за подводными лодками. Но Уордер не хотел уходить. Моторные суда, правда, поспешно покинули гавань Давао, но около 15.15 другое судно вошло в гавань, и "Сивулф" приготовился к атаке.

Море было спокойным, и Уордеру стоило больших трудов незаметно вывести лодку на позицию залпа. Чтобы добиться этого, Уордер вел лодку, не поднимая перископа, и в результате оказался настолько близко к цели, что стрелять из носовых аппаратов было нельзя. Уордер развернул лодку и выстрелил из кормовых торпедных аппаратов три торпеды "Мк-9". Одна из выпущенных торпед стала описывать циркуляцию, что заставило лодку срочно уйти на глубину, чтобы избежать встречи с собственной торпедой. На лодке слышали взрыв, который по времени соответствовал расчетному времени хода торпеды до цели, но каких-либо данных о потоплении или повреждении японского судна во время этой атаки не было. Два эскортных корабля вели поиск лодки и сбрасывали глубинные бомбы до наступления темноты.

Весь следующий день "Сивулф" патрулировал в подводном положении у входа в залив. С наступлением темноты подводная лодка всплыла и, включив радиопередатчик, взяла курс на остров Борнео, с тем чтобы обмануть радиопеленгаторные станции противника. Передав донесение, лодка возвратилась к юго-западному подходу к Давао. Диктор Токио передал в эфир о потоплении американской подводной лодки, и Уордер стал надеяться, что сообщение это относится к "Сивулфу" и что японцы в районе Давао ослабят наблюдение. Лодка всплыла, прошла в надводном положении в залив и на рассвете снова погрузилась.

Вскоре после полудня Уордер выпустил из носовых торпедных аппаратов две торпеды по шедшему с моря судну. Обе торпеды попали в цель. Судно осело, но не затонуло. Уордер развернул лодку и выпустил торпеду "Мк-9" из кормового торпедного аппарата. Торпеда вновь попала в цель, и когда дым рассеялся, судно - это был "Кейко-мару" - уже шло ко дну. С наступлением темноты "Сивулф" всплыл и взял курс на острова Палау. Филиппинские острова остались за кормой, и Уордер объявил личному составу лодки, что "Сивулф" идет домой.

Решение загадки Палау

Острова Палау являлись загадкой для подводных сил Американские подводники считали, что Япония использует Палау как базу и что район этот должен быть выгодным для патрулирования лодок. Но оказалось, что предположения неправильны. Японцы действительно широко использовали эти удобно расположенные острова, что и ввело американцев в заблуждение. Когда, например, японское оперативное соединение 6 декабря вышло из района Палау для захвата Давао, оно могло встретиться только с призрачными подводными лодками. В тот период в районе Палау американских подводных лодок не было. Но даже если бы они и были, они патрулировали бы не там, где ожидало японское командование. На самых лучших американских морских картах показан проход Малакал, расположенный восточнее главного прохода, и именно здесь были развернуты американские подводные лодки, когда им приходилось патрулировать в районе Палау. В октябре на Гуадалканале американцы захватили японскую секретную карту, на которой указывалось, что наилучшим для прохода больших кораблей является Западный проход. "Сивулфу" приказали проверить японские данные.

С восходом солнца 11 ноября лодка прибыла в район островов Палау, погрузилась и пошла к западному проходу с намерением сделать снимки. Но снимки не удавались: мешали то дождевые шквалы, то маневрирующий здесь сторожевой корабль. Около 17.00 пошел дождь. Кто-то у входа в канал сбросил глубинную бомбу. "Сивулф", находясь на перископной глубине, наблюдал и ждал. Из канала вышли два эсминца. "Сивулф" пошел за ними. Через 15 минут Уордер, маневрируя с целью выхода на позицию залпа, повернул перископ и неожиданно увидел выходившей из полосы дождя авианосец. Дистанция до него была около 3500 метров. Уордер приказал дать полный ход, чтобы сблизиться с целью, но попытка эта успеха не имела. Авианосец прошел мимо и десять минут спустя изменил курс на юго-запад.

Это была явная неудача, но сделать что-то другое не представлялось возможным. С наступлением темноты, однако, Уордер всплыл и, включив все четыре главных двигателя на полную мощность, пошел за авианосцем. Лодка пыталась связаться с Пирл-Харбором, чтобы донести о контакте с авианосцем, но и здесь успеха не имела: Пирл-Харбор не отвечал. Через несколько часов из-за аварии в электросети "Сивулфу" пришлось отказаться от преследования авианосца, и Уордер решил идти в Пирл-Харбор.

"Сивулфу" не удалось потопить ни одного судна противника, но зато он разгадал загадку островов Палау.

"Элбакор" и "Тенрю"

Со времени потопления подводной лодкой "S-44" японского крейсера "Како" американские лодки часто атаковали японские крейсера, но ни одного из них потопить не удалось. Наконец это сделала подводная лодка "Элбакор" (командир Лэйн). В декабре лодка патрулировала в районе к северу от острова Новая Гвинея с задачей уничтожать транспорты, шедшие со снабжением для атолла Даэ. 18 декабря лодка в надводном положении атаковала японское судно, но промахнулась. В ту же ночь лодка атаковала эсминец и снова не добилась попадания. Вскоре она обнаружила новую цель и выпустила по ней две торпеды. На этот раз обе торпеды попали в корабль. Лэйн не смог опознать его, но позже стало известно, что "Элбакор" потопил легкий японский крейсер "Тенрю".

В декабре подводные лодки южной части Тихого океана действовали успешнее. Они потопили крейсер, подводную лодку, четыре транспорта и, кроме того, повредили три транспорта. Подводным лодкам, базировавшимся на Фримантл, по-прежнему не хватало торпед, но они все же смогли прибавить к перечисленным японским потерям еще два судна: 29 декабря в Тонкинском заливе на мине подорвалось и затонуло судно "Фуккен-мару". Это, вероятно, была одна из мин, поставленных в предыдущем месяце подводной лодкой "Тэмбор".

Положение с морскими перевозками

В декабре американские подводные лодки потопили 15 судов. Цифра японских потерь в судовом тоннаже была ниже ежемесячной нормы 100000 тонн, однако она превышала то, что Япония могла позволить себе потерять. Япония предполагала потерять за первый год войны судов общим тоннажем 800000 тонн. И этот расчет оказался в основном правильным: Япония потеряла около 1000000 тонн. Однако японские стратеги считали, что по истечении первого года войны они будут контролировать обстановку на море, и потери в судах снизятся. Но случилось обратное: потери увеличились. Судостроительная промышленность не могла угнаться за потерями. Японии пришлось затянуть ремень значительно туже, чем{1} она -рассчитывала.

Глубоко завязшая на Гуадалканале японская армия в меньшей степени, чем военно-морской флот, могла рассчитывать на то, что ей удастся выбраться из тупика. Плохо обстояли дела у Японии и на острове Новая Гвинея, но там неудача считалась временной. Высшее японское армейское командование настаивало на удержании Гуадалканала. Для выполнения этой задачи оно потребовало от военного министерства предоставления 300000 тонн торгового тоннажа. Однако армейское командование не объяснило, каким образом этот тоннаж может разгрузиться на Гуадалканале. Это была уже забота военно-морского флота.

Как правило, военное министерство не отказывало высшему армейскому командованию в подобного рода заявках, но на сей раз военный министр Японии решительно высказался против. 31 декабря в присутствии императора состоялось заключительное совещание. Решили эвакуировать войска с Гуадалканала в начале февраля. Определили новую линию обороны в районе северной части Соломоновых островов. Войска у Буны на острове Новая Гвинея должны были отойти на линию Саламоа. Перевозки войск в Лаэ и на линию Саламоа решили продолжать.

Этот "шаг назад" Японии пришлось сделать из-за нехватки морского транспорта. В бою у Мидуэя продвижение Японии было остановлено. У Гуадалканала японцы начали отступать. Запас энергии, который Япония получила в своих ранних победах, иссяк, и ей суждено было продолжать стратегическое отступление со все возрастающей скоростью.

Глава XIII. Январь - февраль 1943

Перемены в командовании подводных сил

В начале 1943 года возникла необходимость произвести ряд перемен в высшем командовании подводных сил. 19 января самолет, на борту которого находились контрадмирал Инглиш и несколько офицеров его штаба (они направлялись на совещание в метрополию), попал в полосу тумана в районе севернее Сан-Франциско и разбился. Контр-адмирал Инглиш погиб. 19 февраля контрадмирал Локвуд получил назначение на должность командующего подводными силами Тихого океана.

Контр-адмирал Кристи, который только что прибыл в США из Брисбена, получил приказание отправиться обратно в Австралию и принять от. Локвуда командование подводными силами юго-западной части Тихого океана, базировавшимися на Фримантл. Файв остался в Брисбене командовать соединением подводных лодок.

Сравнительные данные на новый год

Японские ВМС начали войну, имея в своем составе 60 подводных лодок. В течение тринадцати месяцев военных действий они потеряли 19 подводных лодок и вывели из состава действующих 2 лодки, как устаревшие. На 7 декабря 1941 года на Тихом океане имелась 51 американская подводная лодка. За тот же период вооруженной борьбы на Тихом океане США потеряли 8 подводных лодок, а ввели в строй 37 новых подводных лодок. Таким образом, к началу 1943 года США на Тихом океане имели 80 подводных лодок. Но доминирующее положение американские подводные силы получили не только за счет количества.

Эффективность подводных лодок находилась в прямой связи со взглядами на ведение подводной войны. Японское командование рассматривало свои подводные силы как оружие, с помощью которого можно уменьшить мощь ВМС США до уровня, который позволил бы Японии одержать победу в решающем морском сражении. Именно с этой целью в первый год войны японские подводные лодки обычно действовали в качестве авангарда в наступательных операциях японского флота или же патрулировали в районах возможных действий крупных американских кораблей.

Результаты действий японских лодок как нельзя лучше отражают характер их боевого применения. В течение первого года войны, когда авианосцы являлись решающим оружием в борьбе на море, японские подводные лодки потопили два американских авианосца и дважды торпедировали третий{30}. За тот же период самым крупным японским кораблем, который удалось потопить американским лодкам, был тяжелый крейсер.

В мирное время американские взгляды на использование подводных лодок в основном совпадали со взглядами японцев. Оборудование лодок и их подготовка были подчинены решению задач борьбы с боевыми кораблями противника. Магнитный взрыватель торпед (если он действовал), дававший большое преимущество, предназначался против тяжелобронированных кораблей. Даже после объявления о ведении неограниченной подводной войны, последовавшего в начале войны, выработать обоснованную доктрину уничтожения торгового флота было бы трудно. По-прежнему основными целями подводных лодок оставались авианосцы и линейные корабли противника. И все же американские взгляды на использование подводных лодок претерпели значительные изменения. Почти с самого начала военных действий американские подводные лодки действовали на морских коммуникациях Японии{31}.

Результаты действий лодок отражают это положение. К концу декабря 1942 года подводные лодки США потопили 142 японских судна. Дать сравнительные данные действий японских лодок в этом направлении трудно. В Индийском океане, например, группа японских подводных лодок действовала совместно с немецкими лодками. По своим результатам эти действия были разрушительными. Но на Тихом океане японские лодки смогли потопить в течение года всего лишь несколько грузовых судов.

Японские лодки в результате концентрации своих усилий против крупных американских кораблей добились серьезных успехов. Последовавшее затем использование большого числа лодок в транспортных целях изменило положение. Американские подводные лодки использовались также при выполнении специальных заданий (часто удачно) и вместе с тем настойчиво решали задачу уничтожения морских транспортных средств Японии.

В 1942 году нехватка транспортов у Японии снизила ее наступательный пыл. Потопление ежемесячно в течение 1942 года десяти японских транспортов нельзя считать большим достижением американских подводных  лодок, но этого оказалось достаточно, чтобы создать для Японии неблагоприятные условия. Потери в транспортах все возрастали, а с началом 1943 года они начали принимать угрожающие размеры.

К январю 1943 года большая часть американских подводных лодок получила новую радиолокационную станцию. На японских тяжелых кораблях к концу 1942 года также имелись радиолокаторы, однако прошло много времени, прежде чем радиолокационные станции поступили на вооружение японских подводных лодок. Япония сильно отставала в электронном вооружении. Позже японцы объясняли превосходство американских подводных лодок наличием на них радиолокационных станций, и надо сказать, этот фактор имел немаловажное значение. Не следует, однако, забывать, что Япония обладала более совершенными оптическими приборами и более качественными торпедами. Все возраставшую эффективность действий американских подводных лодок нельзя, конечно, объяснить только материальными факторами. Дело в том, что американские подводные силы были подготовлены лучше, чем думали японцы. В первый год войны японская противолодочная оборона улучшилась незначительно. Организованные силы охранения были слабыми и неэффективными, и защита морских коммуникаций находилась, по существу, в ведении командиров военно-морских районов и командующих флотами районов. По выходе из района ответственности местного командира японские суда нередка оказывались предоставленными самим себе. В деле защиты от лодок противника они могли рассчитывать только на обходные пути, свое оружие и противолодочный зигзаг. Лишь самые старые и менее всего годные для боевой деятельности эсминцы и небольшие корабли назначались для охранения транспорт тов. Объединенный японский флот включал все лучшие эсминцы. Основные соединения флота имели хороший эскорт, но эсминцы Объединенного флота с презрением относились к решению задач охранения небоевых кораблей.

Подводные лодки США против японских сил охранения

Вначале эсминцы противника в списке объектов американских подводных лодок занимали одно из последних мест. Однако в ходе охоты друг за другом они довольно часто входили в боевое соприкосновение. В течение 1942 года американские подводные лодки потопили четыре эсминца и повредили три. Кроме того, они потопили два старых эсминца, переклассифицированных в охотники за подводными лодками. В 1942 году США потеряли три подводные лодки: одна была потоплена японским эсминцем, а две другие - японскими кораблями легких сил. И все же успех был на стороне американских подводных лодок. В первый месяц нового года столкновения между подводными лодками США и японскими легкими силами участились.

Подводная лодка "Триггер" (командир Бенсон), поставив в декабре мины, направилась к входу в Токийский, залив на патрулирование. 10 января здесь был обнаружен японский эсминец "Окиказе", который начал преследовать лодку. Однако "Триггеру" удалось выпустить по нему три торпеды, из которых две попали в цель, и эсминец затонул.

Потеря "Аргонота"

В тот же день подводной лодке "Аргонот" (командир Пирс), патрулировавшей юго-восточнее острова Новая Британия, не повезло в бою с японскими противолодочными силами. Об этом боевом эпизоде известно многое, поскольку свидетелем его оказался летчик армейского самолета США. Экипаж самолета видел, как подводная лодка атаковала японский конвой из пяти транспортов, шедших в охранении эсминцев. Он донес, что наблюдал попадание торпеды в один эсминец и взрывы на двух других. Эсминцы ответили серией атак глубинными бомбами, в результате чего лодка получила очень большой дифферент на корме и из-под воды на мгновение показался ее нос. Было ясно, что лодка погибла. В последующем все попытки связаться с "Аргонотом" оказались безуспешными. Японские данные об атаке подводной лодки глубинными бомбами и артиллерийским огнем по времени и месту примерно совпадают с донесением армейского самолета, наблюдавшего бой. Сообщений о потоплении или повреждении каких-либо японских кораблей не поступило. Несомненно, это был конец "Аргонота", первой американской подводной лодки, погибшей со времени потопления "Груниона" в районе Алеутских островов в июле 1942 года.

Прорыв американских подводных лодок в японские гавани

В январе подводные лодки США стали проникать в японские порты для атаки тех целей, которые они не могли поразить в открытом море. Подводная лодка "Траут " (командир Рамэдж) находилась на патрулировании в районе Мири (северо-западная часть острова Борнео). Рамэдж обнаружил стоявший на якоре танкер там, где маневрировать в подводном положении было нельзя. Он решил провести лодку в надводном положении в ночное время. В ту же ночь лодка всплыла и произвела полную зарядку аккумуляторов. Затем "Траут" в надводном положении двинулся в район цели. Движение подводной лодки осталось незамеченным. "Траут" выстрелил четыре торпеды, две из которых достигли цели. Как выяснилось, лодка тяжело повредила танкер "Куокиуо-мару" (17 500 тонн). Позже японцы отремонтировали его и ввели в строй.

"Уоху" у Вевака

16 января подводная лодка "Уоху" под командованием нового командира Мортона покинула Брисбен. "Уоху" нес полный запас торпед -24: 16 в носу и 8 в корме. Подводная лодка получила приказ на патрулирование в районе Палау (правда, она не попала туда) и по пути разведать гавань Вевак, расположенную на северном берегу Новой Гвинеи. Считалось, что подобное разведывательное задание можно выполнить наблюдением в перископ. 19 января, когда лодка находилась на переходе, японцы высадились в Веваке, что сделало разведку данного пункта крайне важной.

Новый командир лодки указание о разведке гавани понял так, что ему надо пройти в гавань и осмотреть ее. Однако на мелкомасштабных картах Новой Гвинеи, которыми была снабжена лодка, Вевака не оказалось. Не имелось этого названия и в лоции по Новой Гвинее. Старшина-моторист, когда лодка стояла в Брисбене, купил школьный учебник географии, в котором указывалось, что Вевак находится в заливе Виктория на северовосточном побережье Новой Гвинеи. Установив это, Мортон увеличил мелкомасштабную карту района залива Виктория и нанес на нее все данные из лоции. После этого он решил, что можно проникнуть в Вевак.

В 03.30 24 января "Уоху", находясь в 2,5 мили от входа в залив Виктория, погрузилась и в подводном положении пошла к входу в залив, ведя наблюдение в перископ, который старший помощник командира лодки осторожно, но довольно часто поднимал и опускал. Вначале в поле зрения лодки ничего не появлялось, но в 13.18 старший помощник О'Кэйн обнаружил мачты какого-то корабля. Это был эсминец "Хэрусэме" (установлено позже по японским документам). Мортон решил оставаться на глубокой воде и выстрелить торпеду с дальней дистанции по неподвижной цели. Однако перед самым пуском торпеды О'Кэйн обнаружил, что эсминец не стоит, а идет в направлении лодки. Быстро произведя перерасчет, Мортон дал залп тремя торпедами с дистанции около 1600 метров, но торпеды прошли мимо по корме, так как в спешке командир неправильно оценил скорость противника. Приняв скорость эсминца равной 20 узлам, Мортон выпустил четвертую торпеду, но эсминец уклонился, и она прошла мимо. "Хэрусэме", развернувшись, пошел на перископ подводной лодки. Мортон, выждав, пока дистанция до приближавшегося эсминца сократилась до 1100 метров, выстрелил еще одну торпеду, но и она прошла мимо цели. В носовых торпедных аппаратах лодки оставалась всего одна торпеда, а использовать кормовые аппараты было нельзя. Между тем эсминец явно шел на таран. Когда расстояние между кораблями сократилось до четырех кабельтовых (за это время торпеда должна была прийти в боевое состояние), Мортон выстрелил торпеду "прямо в глотку" эсминцу. Все это напоминало дуэль на пистолетах: если бы лодка промахнулась, атака эсминца оказалась бы почти наверняка гибельной для лодки, а попадание торпеды, по всей вероятности, обрекало на гибель эсминец. Командир лодки считал, что любое действие эсминца после пуска лодкой торпеды, по всей вероятности, будет неправильным, а это должно дать преимущества лодке: надо сказать, что очень немногие командиры эсминцев в подобной ситуации не предпринимали того или иного маневра. На этот раз, пытаясь уклониться, эсминец переложил руль на борт и получил торпеду в середину. Снимки, сделанные подводной лодкой, показали, что тяжело поврежденный эсминец, двигаясь к берегу, затонул. Позже его подняли и ввели в строй, а через восемнадцать месяцев самолеты ВВС США вновь потопили его.

Вскоре в гавани Вевак появилось множество небольших охотников за подводными лодками, а над гаванью, сбрасывая бомбы, кружились самолеты. "Уоху" погрузилась на глубину 27 метров и, используя гидролокатор, пошла на выход. Свой успех в действиях против эсминца, представлявшего собой узкую, мелкосидящую и быстроходную цель, Мортон отнес за счет отличной работы магнитного взрывателя торпеды. Утром 27 января "Уоху", следуя в район островов Палау, встретила неохраняемые грузовые суда, шедшие в восточном направлении. Лодка погрузилась, чтобы выйти на позицию атаки. У перископа находился О'Кэйн, а Мортон изучал поступавшие в боевую рубку данные для принятия боевого решения. Выйдя на позицию залпа, "Уоху" выпустил из кормовых торпедных аппаратов по две торпеды в каждое судно. Первые две торпеды попали в цель, а из двух вторых в цель попала только одна, которая повредила судно.

Через четыре минуты О'Кэйн поднял перископ и доложил, что в поле зрения не два, а три судна, причем одно из них тонет, другое, идя 6-узловым ходом прямо на перископ, пыталось, очевидно, таранить лодку. Третьим судном был большой транспорт, появившийся в тот самый момент, когда лодка маневрировала для выхода на позицию атаки первых двух судов. Мортон выстрелил по этому третьему транспорту три торпеды. Две из них достигли цели. Затем он выпустил еще две торпеды по ранее поврежденному транспорту и срочно погрузился, чтобы избежать тарана. Уже под водой было слышно так много взрывов, что разобраться в происходящем просто не было возможности. На лодке произвели зарядку торпедных аппаратов оставшимися торпедами: пять торпед в носовые и четыре - в кормовые трубы.

Восемь минут спустя "Уоху" всплыла на перископную глубину и выпустила торпеду по поврежденному транспорту. Торпеда прошла под ним, но не взорвалась. Мортон выстрелил еще одну торпеду с той же установкой. Она попала в середину судна, и транспорт пошел ко дну.

Теперь подводная лодка начала преследование уходившего от нее на скорости 6 узлов поврежденного судна. Так продолжалось в течение 20 минут. Потом Мортон понял, что сблизиться с ним, идя в подводном положении, лодка не сможет. Очевидно, транспорт шел в точку встречи с конвоем, ибо О'Кэин обнаружил мачты четвертого судна, которое присоединилось к уходившему за горизонт. Аккумуляторы на лодке сели, и она вынуждена была всплыть для зарядки их. С транспорта спустили шлюпки и погрузили на них войска. Эти войска направлялись на Новую Гвинею, расположенную в 200 милях от места действия лодки, и Мортон знал, что, если он оставит их в покое, они в скором времени окажутся в джунглях и будут вести ожесточенные бои против войск армии Макартура. Лодка всплыла неподалеку от шлюпок с войсками. С одной из них был открыт пулеметный огонь. С подводной лодки ответили огнем из 102-мм орудия и 20-мм автомата. В результате самые большие шлюпки были потоплены.

Зарядив аккумуляторы, "Уоху" самым полным ходом пошла в направлении Скрывшихся за горизонт двух японских транспортов. Выйдя на позицию впереди по курсу транспортов, "Уоху" погрузилась. Для торпедной атаки был избран танкер. Пока Мортон выводил лодку на позицию стрельбы, стало довольно темно, и наблюдать в перископ было трудно. Мортон выпустил по танкеру три последние торпеды из носовых аппаратов, надеясь хотя бы на одно попадание, но цель вновь отвернула и оказалась вне дистанции стрельбы.

Несколько позже лодка всплыла. Была темная безлунная ночь. К своему удивлению, Мортон увидел, что оба японских судна одно за другим следуют малым ходом. Грузовое судно вело огонь из своего палубного орудия по каждой мнимой цели, что затрудняло атаку лодки, у которой торпеды остались лишь в кормовых аппаратах. Наконец суда сделали неправильный зигзаг. Мортон воспользовался этим и выпустил две торпеды по танкеру, считая, что теперь с ним будет покончено.

Получившее повреждение грузовое судно все еще было на ходу и при всяком удобном случае открывало по подводной лодке огонь. Правда, в основном он велся наугад. И все же судну удалось пристреляться. Лодка погрузилась. Вскоре ей повезло. Судно сделало поворот в сторону приближавшегося эскортного корабля и подставило себя под удар "Уоху". Подводная лодка выпустила последние две торпеды, которые попали в цель. Около полуночи Мортон послал в Пирл-Харбор донесение о потоплении торпедами и артиллерией лодки четырех японских судов, а также о том, что он израсходовал весь запас торпед. Согласно японским данным, в этом бою погибло только два транспорта{32}.

Оставшейся без торпед подводной лодке ничего не оставалось, как возвратиться в базу. И она направилась в Пирл-Харбор. На следующее утро "Уоху" обнаружила неэскортируемый конвой из четырех судов, одним из которых был танкер. На лодке имелись лишь снаряды к 102-мм орудию. Мортон установил, что танкер не имел палубных орудий, которые так заметно выделялись на других судах, и решил отделить невооруженный танкер от остальных судов. Пройдя в подводном положении несколько тысяч метров, лодка всплыла и полным ходом пошла на конвой. Три вооруженных судна открыли орудийный огонь, правда неточный, и, развив предельную скорость, отделились от тихоходного танкера.

Когда дистанция до танкера сократилась до 38 кабельтовых, из дождевого заряда неожиданно появился эскортный корабль, в котором Мортон опознал сторожевой корабль, а офицеры лодки - эсминец. Он пошел на "Уоху". Мортон рассчитал: идя в надводном положении, лодка будет иметь преимущество в скорости хода по отношению к сторожевому кораблю, и приказал выжать из машин все, что только можно. Однако сторожевой корабль продолжал сокращать дистанцию. После того как японский корабль открыл артиллерийский огонь по "Уоху", Мортон понял, что самое лучшее - уйти под воду.

Подводная лодка "Граулер" против "Хаясаки"

В течение января - февраля "Граулер" (командир Гилмор) патрулировал в море Бисмарка на подходах к Рабаулу. В Брисбене располагали достаточной информацией о судах противника, которая поступала от самолетов и подводных лодок. Руководствуясь этой информацией, командование направляло действия "Граулера" против наиболее важных транспортов. 16 января "Граулер" атаковал торпедами "Тифуку-мару", однако активные действия сторожевых катеров днем и использование самолетами осветительных ракет ночью не позволили подводной лодке успешно завершить атаку.

31 января "Граулер" атаковал 2500-тонный переоборудованный в канонерскую лодку корабль, выпустив по нему торпеду. Торпеда прошла под кораблем, но не взорвалась. С дистанции около пяти кабельтовых Гилмор наблюдал, как экипаж канонерской лодки, сгрудившись у поручней, смотрел на проходившую под кораблем торпеду.

Через неделю в темное время суток "Граулер" обнаружил корабль. Сигнальщики лодки приняли его за канонерскую лодку, с которой подводная лодка уже встречалась. Однако на самом деле это был продовольственный транспорт военно-морских сил Японии "Хаясаки" (900 тонн). Полагаясь на плохую видимость, "Граулер" пошел на сближение в надводном положении. Когда дистанция сократилась до 10 кабельтовых, а курсовой угол противника составлял 130° правого борта, "Хаясаки" обнаружил подводную лодку, развернулся и пошел на таран. Из-за плохой видимости изменение курса транспорта было замечено не сразу. Вскоре по показаниям радиолокатора расстояние между кораблями сократилось настолько, что выпущенная торпеда не успела бы прийти в боевое положение. Тогда в рубочный люк полетела команда "Лево на борт" и прозвучала аварийная тревога. Но было уже поздно. Подводная лодка ударила "Хаясаки" в борт между мостиком и носом. "Граулер" имел ход 17 узлов, и удар оказался чудовищным. Подводная лодка накренилась на 50°, и в результате все оказались сбитыми с ног. Противник открыл пулеметный огонь по мостику подводной лодки. Гилмор подал команду "Все - вниз". Старшина-рулевой и вахтенный офицер мгновенно спустились в люк, потащив за собой двух раненых сигнальщиков. После этого последовала команда "На погружение".

Через 30 минут после столкновения лодка всплыла. Но на поверхности никого не оказалось. Решили, что "Хаясаки", получив от лодки пробоину, затонул. На самом же деле, получив повреждения, транспорт "Хаясаки" остался на плаву и находился в строю еще два года. Затонул "Хаясаки" в Яванском море, подорвавшись на мине.

Гибель подводной лодки "Амберджэк"

Подводная лодка "Амберджэк", которая 26 января вышла из Брисбена на патрулирование в район Шортленда, расположенного к югу от Бугенвиля, не была столь удачливой, как "Граулер". Этот район служил местом сосредоточения японских сил, действовавших у Соломоновых островов, и находился под непрерывным наблюдением союзных сил. Поэтому "Амберджэк" получал по радио из Брисбена значительно больше приказаний, чем обычно. Не успела подводная лодка прибыть в район острова Шортленд, как получила приказ следовать к острову Бука. Затем ей приказали перейти к острову Велья-Лавелья. Она донесла о потоплении артиллерийским огнем японской шхуны, а также о том, что ею обнаружена подводная лодка противника. 4 февраля лодка сообщила о потоплении в темное время суток японского грузового судна водоизмещением в 5000 тонн. Однако японские данные не содержат указаний о потоплении в это время и в этом месте японского судна.

Позднее "Амберджэк" получил приказание перейти на коммуникации, идущие из Рабаула. Ему отводился район южнее параллели 7°30' ю. ш. Через несколько дней это распоряжение изменили. Теперь лодке предписывалось занять позицию севернее 6°30' ю. ш. Все дальнейшие приказания, посланные лодке, остались без ответа.

По японским данным, 16 февраля в районе, где должен был находиться "Амберджэк", японский патрульный самолет атаковал американскую подводную лодку. Одновременно лодку бомбили торпедный катер "Хиёдори" и охотник за подводными лодками No18. 10 марта "Амберджэк" должен был послать обычное донесение о времени прибытия в базу. Когда указанное время миновало, были сделаны попытки связаться с лодкой по радио, но все оказалось напрасным.

Результаты боевой деятельности американских подводных лодок

"Альбакор" патрулировал в море Бисмарка. Командир оперативного соединения в Брисбене и командующий силами южной части Тихого океана в своих замечаниях по докладу командира лодки о результатах патрулирования жестоко критиковали его за то, что, израсходовав двадцать одну торпеду, он добился только трех попаданий. В действительности же, как об этом говорят японские данные, лишь попадание в эсминец "Ошио" 20 февраля к северу от островов Адмиралтейства принесло подводной лодке успех: эсминец затонул.

Таким образом, за два месяца 1943 года американские подводные лодки потопили три эсминца и сторожевой корабль и повредили два эсминца противника. За это же время ими было потоплено двадцать шесть судов и повреждено тридцать торговых судов и четыре вспомогательных судна флота. Большое число поврежденных судов указывает на то, что высшему командованию следовало бы своевременно сделать правильный вывод и отнести неудачи за счет дефектов взрывателя торпед, а не за счет неточности стрельбы лодок{33}.

Японские подводные лодки

Японское командование решило направить четыре подводные лодки типа "I" в район Алеутских островов и "I-21" на коммуникации в районе Сиднея. Чтобы отвлечь внимание союзников от Соломоновых островов во время эвакуации острова Гуадалканал, подводная лодка "I-165" обстреляла Кокосовые острова в Индийском океане, а "I-166" - порт Грегори на западном побережье Австралии. С той же целью "I-8" и крейсер "Нара" обстреляли остров Кантон в центральной части Тихого океана. В целом эти обстрелы ничего не дали. Японские подводные лодки вели также разведку американских сил в бою у острова Реннелл, происходившем 29-30 января, но большая часть усилий японских лодок была направлена на решение задач морских перевозок. 29 января японскую подводную лодку "I-1", шедшую со снабжением на Гуадалканал, обнаружили и атаковали новозеландские сторожевые корабли "Киви" и "Моа".

"Киви" и "Моа" против "I-1"

В 21.05 "Киви" (командир Бридсон) установил гидролокатором контакт с лодкой, а некоторое время спустя обнаружил ее след. Бридсон дал полный ход и таранил лодку в кормовую часть левого борта. Все огневые средства на "Киви" были использованы против подводной лодки "I-1", и японцы стали прыгать за борт. Находившиеся на кормовой палубе лодки высадочные средства загорелись "Киви" вторично таранил подводную лодку. Одновременно 20-мм пушка поливала огнем мостик и палубу "I-1", причем дистанция стрельбы за все время не превышала 137 метров. Вскоре в бой вступил "Моа", который бил по лодке до тех пор, пока она не села на мель.

Гибель "I-18"

Две недели спустя после гибели "I-1" вблизи Гуадалканала погибла еще одна японская подводная лодка -"I-18". 22 января эта лодка, взяв на борт продовольствие на островах Трук, направилась на мыс Эсперанс. Она успешно выполнила свою транспортную миссию и получила приказ перехватить перебрасываемое противником пополнение на Гуадалканал. 11 февраля она донесла об обнаружении американского оперативного соединения На этом связь с лодкой прекратилась.

Лодка погибла в результате совместных действий патрульных противолодочных самолетов и эсминца "Флетчер". Самолеты обнаружили лодку, когда она находилась примерно в девяти милях от американского оперативного соединения, и сбросили бомбу и дымовую шашку, чтобы показать место лодки. "Флетчер" получил приказание уничтожить лодку. Он довольно быстро установил с ней гидролокационный контакт и сбросил на лодку серию из девяти глубинных бомб. Через несколько минут последовал сильный взрыв, и на поверхность всплыло большое количество обломков. Затем на какое-то мгновение на поверхности показалась японская лодка. Перевернувшись, она пошла ко дну. За первые два месяца 1943 года успехи японских подводных лодок были весьма скромными, если не считать рейсов по доставке снабжения осажденным японским войскам, которые в конечном счете никак не повлияли на исход операций на островах.

Подводные лодки из Пирл-Харбора

В период военных действий на Соломоновых островах адмирал Нимиц поддерживал состав подводных лодок, базировавшихся на Брисбен, в количестве 20 или более единиц за счет подводных лодок, базой для которых служил Пирл-Харбор. Кроме того, из состава лодок, базировавшихся на Пирл-Харбор, одна патрулировала в районе Маршалловых островов, одна или две - в районе островов Трук и одна - у островов Палау, то есть в тех районах, где их действия имели прямое отношение к операциям в южной части Тихого океана. В результате для патрулирования в таких важных районах, как подходы к острову Хонсю и Восточно-Китайское море, оставалось всего несколько подводных лодок. В феврале подводная лодка "Тарпон" (командир Уогэн) находилась в районе к югу от Токийского залива. 1 февраля в 21.32 лодка радиолокатором обнаружила противника и в надводном положении пошла с ним на сближение. С дистанции 6400 метров она увидела большую цель. "Тарпон" погрузился и начал маневрировать для выхода в атаку. Выйдя на позицию залпа, "Тарпон" выстрелил четыре торпеды, из которых в цель попала одна. Судно начало уходить. Примерно через час лодка выпустила по судну еще две торпеды, и обе попали в цель. Это было японское судно "Фушими-мару" (10975 тонн). Японские данные о том, что случилось с этим судном, туманны, но доказательства тому, что оно затонуло, достаточно убедительны.

Через неделю, 8 февраля, ночью, находясь в надводном положении в условиях сильного волнения и ветра, "Тарпон" снова обнаружил радиолокатором цель и полным ходом пошел на сближение. Торпедный автомат стрельбы и навигационные расчеты показали, что судно идет курсом 155° со скоростью 17 узлов. При такой скорости "Тарпону" пришлось потрудиться, чтобы сблизиться. Когда дистанция до цели составила около 6000 метров, Уогэн смог, правда довольно смутно, увидеть, что перед ним большое судно. На дистанции около 4500 метров от цели лодка погрузилась и продолжала сближение. В это судно Уогэн выстрелил четыре торпеды. Им оказался японский лайнер "Тацута-мару" (16975 тонн), шедший на острова Трук.

С восходом солнца 17 февраля американская подводная лодка "Софиш" обнаружила небольшое японское грузовое судно. Подводная лодка выстрелила три торпеды и наблюдала одно попадание. Судно затонуло. Оно соответствовало описанию судна-ловушки, с которым несколько раньше имела встречу подводная лодка "Триггер".

Глава XIV. Март, апрель, май 1943

Организация командования

15 марта в действие была введена новая, номерная система наименования флотов. Военно-морские силы в южной части Тихого океана под командованием адмирала Хэлси стали называться 3-им флотом. Военно-морские силы в центральной части Тихого океана были переименованы в 5-ый флот, который возглавил вице-адмирал Спрюэнс, а ВМС в юго-западной части Тихого океана стали 7-ым флотом, которым командовал вице-адмирал Карпентер. По этой системе соединение подводных лодок, базировавшихся на Фримантл, переименовали в 71-ое оперативное соединение под командованием Кристи, подчинявшегося командующему 7-ым флотом. Соединение подводных лодок, базировавшихся на Брисбен, стало 72-ым оперативным соединением под командованием Файва, оперативно подчинявшегося также Карпентеру, а по административным вопросам - командиру 71-го оперативного соединения. Командующий подводными силами на Тихом океане Локвуд непосредственно подчинялся командующему Тихоокеанским флотом Нимицу. Локвуд не нес ответственности ни за боевое использование, ни за административное обеспечение соединения подводных Лодок Кристи. Однако в соответствии с приказами Нимица он был обязан обеспечить наличие в составе 7-го флота постоянно двадцати подводных лодок путем направления из Пирл-Харбора подводных лодок в замену тех подводных лодок 7-го флота, которые уходили в отечественные базы на ремонт или гибли в ходе боевых действий. Основная часть подводных лодок 7-го флота продолжала использоваться из Брисбена для решения ряда специальных задач, однако их возможности в отношении уничтожения японских кораблей уменьшились, в связи с тем что воздушные и надводные силы США распространили свои операции на районы, в которых до этого действовали только подводные лодки.

Бой в Ново-Гвинейском море

Ободренное успешной проводкой конвоя в Вевак, японское командование сформировало в Рабауле конвой в составе восьми транспортов и восьми эскадренных миноносцев для переброски в Лаэ 6900 солдат и снабжения. Оно в значительной степени недооценило возможности союзных ВВС, базировавшихся на Папуа. Более того, к этому времени бомбардировщики Кении использовали топмачтовый метод нанесения ударов по кораблям в море вместо нанесения ударов с больших высот. Это явилось катастрофической неожиданностью для японских сил. Все восемь транспортов конвоя и четыре эскадренных миноносца оказались потопленными. С этого времени для переброски снабжения в северную часть острова Новая Гвинея японское командование стало использовать лишь эскадренные миноносцы и во все возрастающем масштабе - подводные лодки.

Американские подводные лодки в южной части Тихого океана

Бой в Ново-Гвинейском море явился переломным моментом. Отныне японцам пришлось прекратить использование транспортов для перевозок в районах южнее Рабаула. После этого боя перевозки японских войск на Папуа и Соломоновы острова осуществлялись подводными лодками и эскадренными миноносцами, которые совершали переходы ночью на большой скорости. Поскольку в районах островов Новая Британия и Соломоновых господствовали авиация и надводные корабли США, Японии становилось все труднее и невыгоднее использовать для боевых действий в этих районах свои подводные лодки. Японские подводные лодки в этих районах продолжали выполнять различные специальные задачи, прежде всего по высадке на побережье противника групп наблюдения и эвакуации их, когда дальнейшее пребывание таких групп на берегу становилось слишком опасным. Однако после 1 марта в районе южнее Рабаула подводные лодки не потопили ни одного японского корабля.

Японское командование с цепью усиления противолодочного охранения конвоев, выходивших с островов Трук или Палау, обычно высылало из Рабаула эскадренные миноносцы, которые следовали в северном направлении к экватору. В конце концов американская разведка выявила эту систему, и подводные лодки США были развернуты в районах, где они могли перехватывать конвои до присоединения к ним высылаемых эскортных сил. Часть подводных лодок вышла из Брисбена и часть из Пирл-Харбора. Они развернулись к югу от районов патрулирования, находившихся у Каролинских островов. В марте здесь действовали подводные лодки "Тритон", "Триггер ", "Тьюна", "Снэппер" и "Гринлинг". Шесть японских транспортов они потопили и два повредили. Реакцией японцев на это явилось перемещение дальше на север района рандеву конвоев с эскортными силами.

Американские подводные лодки в других районах

В марте американские подводные лодки потопили 21 японский транспорт и повредили 15. Потопление этих судов было произведено в обширном районе - от Ост-Индии, где подводная лодка "Гаджон" потопила два больших судна, до атолла Уэйк, где транспорт "Сува-мару" тоннажем 10 000 тонн выбросился на берег, после того как в него попала одна из торпед, выпущенных подводной лодкой "Танни". Подводная лодка "Пермит" потопила судно у северо-восточного побережья острова Хонсю. В этом же районе американские подводные лодки, как считалось в Японии, потопили еще одно судно и два повредили; однако более вероятно, что причиной упомянутых потерь явились японские мины, поставленные в этом районе против подводных лодок противника.

Действия американских подводных лодок в марте имели бы результативность ниже среднемесячной, если бы подводная лодка "Уоху" (командир Мортон) не добилась успеха в Желтом море. На переходе от атолла Мидуэй в Восточно-Китайское море (через острова Нансэй) "Уоху" не обнаружила ни одного японского корабля или самолета. Не найдя подходящих целей в Восточно-Китайском море, Мортон направился дальше - в мелководное Желтое море, где без труда можно было выставить мины. Несмотря на неблагоприятные для действий подводных лодок условия в Желтом море, "Уоху" продолжала двигаться вперед, пока не оказалась в нескольких милях от волнолома Дайрена. Здесь Мортон и обнаружил изобилие целей для атаки.

19 марта "Уоху" потопила два судна, несмотря на то, что некоторые из выпущенных ею торпед преждевременно взорвались, а одна попала в цель, но не взорвалась. 21 марта лодка потопила еще два японских транспорта. В течение 23 и 24 марта "Уоху" вновь потопила два судна, хотя некоторые торпеды опять оказались с дефектами 25 марта для потопления двух небольших судов Мортон использовал артиллерию лодки. 29 марта оставшимися двумя торпедами Мортон потопил девятое за время этого патрулирования японское судно, после чего пошел в базу.

Японские подводные лодки в южной части Тихого океана

Весной 1943 года японские подводные лодки не достигли больших успехов в южной части Тихого океана. В марте подводные лодки "I-6" и "I-26" вышли из базы на островах Трук для действий у восточного побережья Австралии. На переходе подводная лодка "I-6" выставила магнитные мины у Брисбена. Более 12 японских подводных лодок занимались переброской снабжения. Подводная лодка "I-176" (командир Танабе) едва уцелела при переброске снабжения в Лаэ.

В сумерках "I-176" всплыла в назначенной для разгрузки точке у Лаэ. К ней тотчас же подошли разгрузочные средства; экипаж лодки стал выгружать рис. Работа, была закончена примерно наполовину, когда с берега по подводной лодке открыли пулеметный огонь. Танабе приказал, погружаться. Однако личный состав еще не успел покинуть палубу, когда над подводной лодкой появились три бомбардировщика В-25, отрывшие пулеметный огонь. Один из самолетов сбросил бомбу, которая попала в корму лодки и пробила прочный корпус.

Несмотря на полученные подводной лодкой повреждения, ей удалось выброситься на берег. Командир электромеханической боевой части был за то, чтобы оставить лодку, однако экипажу удалось заделать пробоины деревянными заглушками и в какой-то степени обеспечить водонепроницаемость корпуса. Личный состав разгрузочных средств снял с подводной лодки раненых и убитых, снабжение и боеприпасы. Ночью 20 марта лодка с трудом снялась с мели и направилась в Рабаул, где ее поставили в ремонт.

Подводная лодка "Танни" и японские конвойные авианосцы

С целью усиления авиации в Рабауле Ямамото направил авиационные группы палубной авиации для действий с аэродромов Рабаула. Японское командование неохотно шло на боевое применение авианосцев южнее островов Трук, вследствие чего конвойные авианосцы и даже некоторые авианосцы из состава оперативных соединений использовались лишь в качестве авиатранспортов для переброски самолетов из Японии на острова Трук, откуда эти самолеты совершали перелет в Рабаул.

Локвуду было известно об этих перебросках, и он принял меры, чтобы прекратить их. Наибольшие результаты могло дать потопление авианосца с самолетами и летчиками на борту, а не последующее уничтожение самолетов в воздушном бою. Но сделать это было трудно. Острова Трук имели много проходов, которые следовало тщательно охранять. Поскольку Локвуд не мог знать, что проход Пиаану и Северо-Восточный проход были закрыты оборонительными минными полями, усилия подводных лодок у этих проходов тратились впустую, в то время как они могли быть использованы более эффективно у Северного прохода и у прохода Отта на юге, если бы разведку организовали лучше. Проход Отта прикрывался атоллом Куоп, вследствие чего для надежного контроля Отта требовалось две-три подводные лодки, а в Северном проходе была сосредоточена лучшая часть японских противолодочных сил.

Подводная лодка "Танни" (командир Скотт) находилась на патрулировании юго-западнее островов Трук. Во время этого патрулирования она потопила два японских транспорта, не считая транспорта "Сува-мару", который она атаковала у атолла Уэйк на переходе в район патрулирования. В ночь на 10 апреля с расстояния 70 кабельтовых удалось установить радиолокационный контакт с объектом иного характера. Это было соединение в составе трех больших кораблей и кораблей эскорта, следовавших впереди, слева и справа от соединения. Вскоре удалось определить, что соединение шло со скоростью 18 узлов. Чтобы занять место в голове соединения, "Танни" развила полный ход.

Через 10 минут японское соединение изменило курс, и "Танни" оказалась впереди по курсу соединения. Из-за встречного движения расстояние быстро сокращалось, и вскоре соединение было уже видно с мостика подводной лодки. Оно состояло из тяжелого авианосца (в колонне справа), двух конвойных авианосцев (в колонне слева, на расстоянии 7,5 кабельтова друг от друга) и двух эскадренных миноносцев - впереди слева и справа от каждой колонны соединения. Скотт намеревался проникнуть между колоннами, чтобы из носовых торпедных труб произвести залп по двум конвойным авианосцам, а из кормовых торпедных труб по тяжелому авианосцу.

В этот критический момент на экране радиолокатора появились три небольших всплеска (по-видимому, от торпедных катеров, находившихся между колоннами). Один из них - всего в 2,5 кабельтова по носу "Танни". Это вынудило Скотта пересмотреть свой план. Он изменил курс вправо, произвел погружение на глубину 12 метров и установил планшет торпедной стрельбы на залп из кормовых торпедных труб по головному кораблю колонны слева. Это потребовало быстрых действий. В перископ цели еще не были видны, и потому первый залп следовало сделать по данным радиолокатора в широком секторе, а чтобы получить устойчивый пеленг, нужно было некоторое время держать радиолокационный контакт с целью. Скотт дал четырехторпедный залп. Дистанция до цели равнялась всего 4 кабельтовым, и к концу минуты, пока Торпеды шли, а экипаж выравнивал лодку для атаки следующей цели, послышались взрывы от четырех попаданий.

Старший помощник Кейтли попытался обнаружить вторую цель через перископ, но стало очень темно, к тому же японское соединение несколько уклонилось от принятого перед этим курса, и цель оказалась позади места, в котором она должна была бы находиться. Возможно, что занимаемые кораблями места в строю не соответствовали принятым в японских ВМС нормам, так как был включен сигнальный фонарь. Кейтли увидел его и проверил пеленг на цель через перископ непосредственно перед залпом из носовых торпедных труб. "Танни" произвела шеститорпедный залп с интервалами между выпуском торпед по времени и начальной дистанцией 3,3 кабельтова. Первые три торпеды попали в цель.

В ответ на лодку посыпались глубинные бомбы, сброшенные, вероятно, торпедными катерами, так как шум винтов эскадренных миноносцев доносился издалека. "Танни" легла на параллельный соединению курс и ушла на глубину. Вскоре после полуночи "Танни" всплыла и передала сообщение подводной лодке "Пайк", чтобы предупредить ее, что подбитые корабли или остатки японского соединения шли в ее направлении.

"Танни" дошла до северного прохода, где противолодочная деятельность противника была настолько интенсивной, что лодке пришлось непрерывно уклоняться от дозорных и патрульных сил, а также от самолетов, сбрасывавших осветительные ракеты. Активность японцев не обескуражила Скотта. Он сумел занять нужную позицию, когда японская подводная лодка "I-9" вышла из прохода. "Танни" выпустила три торпеды, но японские подводники были начеку, быстро повернули подводную лодку на след торпед, и они не попали в цель. Чтобы уклониться от двух торпед, выпущенных с "I-9" в направлении следа торпед, "Танни" произвела погружение, и в результате в этом обоюдно опасном столкновении ни одна из сторон не пострадала. Не был поврежден ни один японский авианосец и во время атаки "Танни" 10 апреля. "Танни" оказалась на этот 'раз на редкость в благоприятных для атаки условиях. Никогда раньше или после этого не удавалось занять место, с которого она смогла бы за время одной атаки сделать залпы из носовых и кормовых торпедных труб по нескольким авианосным целям. Взрывы торпед, которые слышал экипаж "Танни" во время этой атаки, видимо, снова были преждевременными, и поэтому самолеты уцелевших японских авианосцев предстояло сбивать в тяжелых воздушных боях.

Смерть Ямамото

11 апреля Ямамото перенес основное внимание с Соломоновых островов на остров Новая Гвинея и организовал несколько крупных воздушных налетов. Во всех этих налетах японские летчики сильно преувеличили свои успехи, чем ввели Ямамото в заблуждение и заставили его думать, что продвижение союзников полностью остановлено. Он возвратил авианосные авиационные группы снова на авианосцы, и в результате японская оборона оказалась ослабленной.

Тенденция к переоценке результатов атак характерна не только для японских летчиков. В каждом ночном бою количество потопленных кораблей противника, согласно донесениям, почти всегда превышало число фактически уничтоженных кораблей. Подводные лодки обеих сторон часто доносили о потоплении кораблей, которые в действительности не были уничтожены. 5-ая воздушная армия ВВС США неоднократно доносила о разрушении Рабаула, чтобы позже снова "возродить его из пепла". Для ответственных штабов было неприятной обязанностью выявлять такие донесения, чтобы предотвратить принятие тактических и стратегических решений, основанных на ошибочной информации. Во многих случаях истинная картина выявлялась слишком поздно. Союзные силы не только не были остановлены. Они находились в готовности вот-вот начать мощное продвижение вперед.

Но Ямамото погиб до начала этих событий. 18 апреля он совершал инспекционную поездку в Буин (остров Бугенвиль). Его самолет сбили истребители армии США. Ямамото и несколько офицеров штаба Объединенного флота были убиты. Для Японии это явилось не менее тяжелым ударом, чем проигрыш крупного сражения. Возможности в отношении замещения должностей высшего командного состава в японском флоте были весьма ограниченными. По общему мнению, преемником Ямамото должен был быть Ямагуси, но он погиб вместе с авианосцем "Хирю" у атолла Мидуэй. Если это так, то японцы, возможно, заплатили очень дорого за самурайскую традицию, которая вдохновила Ямагуси привязать себя к мостику тонущего авианосца. Командующим Объединенным флотом стал Кога.

Борьба с торговыми судами в апреле и мае

В апреле и мае американские подводные лодки потопили 49 японских транспортов и три корабля охранения. Один из наиболее "продуктивных" районов находился северо-восточнее острова Хонсю. В апреле подводные лодки "Флайинг Фиш", "Скорпион" и "Пиккерел" потопили здесь семь японских транспортов. В мае их сменили подводные лодки "Уоху" и "Поджи". Потопление судов в этом районе заставило японцев ускорить постановку мин с целью усиления минных заграждений, выставленных в октябре 1942 года. В мае они выставили дополнительно 3000 мин северо-восточнее острова Хонсю и в Сангарском проливе.

Гибель подводной лодки "Пиккерел"

"Пиккерел" (командир Алстон) не возвратился с патрулирования. 22 марта он вышел из Мидуэя и направился в район северо-восточнее острова Хонсю. С тех пор о нем не слышали. По японским данным, 3 апреля японские корабли атаковали и потопили подводную лодку. Возможно, это был "Пиккерел". Согласно этим же данным, 3 апреля подводная лодка потопила японский охотник за подводными лодками No13. "Пиккерел" оказался единственной подводной лодкой, которая могла находиться в этом районе. Возможно и то, что 7 апреля "Пиккерел" принял участие в потоплении двух японских транспортов.

"Пиккерел" должен был оставить район патрулирования и следовать в свою базу к исходу дня 1 мая, причем непосредственно перед крупными минными постановками японцев в этом районе. Однако в районе его патрулирования уже имелись две линии мин, выставленные еще в октябре 1942 года на больших глубинах у северо-восточного побережья острова Хонсю. Американские подводники не знали об этом, но им было дано указание не заходить в воды с глубинами менее 110 метров, так как считалось возможным существование подобного минного заграждения. Японские мины были выставлены на глубине 455 метров, то есть глубже, чем американские подводники ожидали встретить якорные мины, и "Пиккерел", вероятно, попал на минное заграждение.

Японцы нередко ставили мины в линиях из расчета 10% вероятности встречи подводной лодки с миной. Иными словами, при однократном пересечении подводной лодкой одной линии мин вероятность встречи ее с миной равнялась только 10%. Однако "Пиккерел" находился в районе патрулирования длительное время и мог пересекать одну или обе линии мин много раз. Вероятность подрыва на минах увеличивалась также в связи с беспорядочным перемещением минрепов по глубине и направлению под влиянием, например, течения и волны.

По действующей в ВМС США организации, возвращавшаяся в базу подводная лодка обязана была сообщить ожидаемое время входа ее в 500-мильную зону вокруг атолла Мидуэй, с тем чтобы ее могли опознать и защитить. Поскольку своевременно донесения от "Пиккерела" не поступило, с атолла Мидуэй на поиск по маршруту его вероятного движения послали самолеты в надежде, что у него вышла из строя лишь радиоаппаратура или что он возвращается с другими повреждениями. Однако никто никогда больше не видел "Пиккерела" и ничего не слышал о нем.

Гибель подводной лодки "Гренадир"

"Гренадир" (командир Фитцджеральд) погиб 22 апреля у западного побережья полуострова Малакка. В этом районе обычно несли патрулирование английские подводные лодки, но их перебросили на Средиземное море, и в первой половине 1943 года на Цейлоне остались только голландские подводные лодки, которые были целиком заняты патрулированием в Малаккском проливе, а бирманские коммуникации, проходившие вдоль побережья полуострова Малакка, в течение некоторого времени оставались без воздействия. По этой причине с английским командованием была достигнута договоренность о посылке сюда подводной лодки "Гренадир" с целью расстроить систему японской противолодочной обороны.

Прибыв в район патрулирования, "Гренадир" не обнаружил подходящих целей, но в ночь на 20 апреля установил контакт с двумя кораблями. Однако они изменили курс еще до того, как он смог выйти в атаку. Оценив их генеральный курс, Фитцджеральд на рассвете занял место впереди по курсу кораблей. Примерно за 15 минут до намеченного времени погружения над лодкой появился самолет. "Гренадир" произвел срочное погружение. Когда он достиг глубины 36,6 метра, над лодкой взорвалась бомба. Кормовая часть была смята и дала течь. Кабели главного электромотора оказались порванными, а в отсеке управления возник пожар. Лодка потеряла возможность двигаться и опустилась на грунт на глубине 81,4 метра.

Экипаж заделал пробоины, и ночью лодке удалось всплыть. Однако повреждения оказались настолько серьезными, что было принято решение секретные документы, радио и радиолокационную аппаратуру уничтожить, а лодку затопить{34}.

Постановка мин подводными лодками

В юго-западной части Тихого океана подводные лодки Кристи продолжали производить постановки мин в тех районах, где, по мнению Кристи, они могли дать наибольший эффект. Обычно постановка минных заграждений являлась одной из задач, решаемых лодками в ходе патрулирования, и поэтому командиры подводных лодок предпочитали как можно быстрее поставить мины, чтобы избавиться от них. Так, подводная лодка "Тотог" поставила мины у острова Борнео, перед тем как войти в район патрулирования, где он потопил транспорты "Исонами" и "Пенанг-мару". В течение апреля и мая подводная лодка "Траут" также произвела постановку мин у Борнео. Одна из подводных лодок Файва - "Силверсайдз", базировавшаяся на Брисбен, - поставила мины в проходе Стеффен (остров Новая Ирландия). Однако большую часть мин в эти месяцы поставили подводные лодки Локвуда, базировавшиеся на Пирл-Харбор.

Вначале назначение районов постановки минных заграждений в японских водах и в Восточно-Китайском море производилось беспорядочно. Позже, когда Нимиц создал отделение анализа минной войны, определение таких мест для подводных лодок улучшилось, и Локвуду поручили подготовить план минных постановок подводными лодками. "Стингрей" направили для постановки мин у Веньчжоу (Китай). Подводная лодка "Раннер" заминировала вход в Гонконг. Подводные лодки "Скорпион" и "Стилхед" поставили мины у острова Хонсю, а "Снук" - у острова Садл (вблизи устья реки Янцзы).

Эффективность минных заграждений, поставленных подводными лодками, трудно переоценить. На минах, поставленных надводными минными заградителями в южной части Тихого океана, где японцы осуществляли интенсивные перевозки, подорвалось несколько японских кораблей. Значительно позднее минные постановки, произведенные в японских водах авиацией армии США, явились важным фактором в деле полного нарушения японских морских перевозок. Минные заграждения, поставленные подводными лодками, были небольшими. К тому же они производились на большом пространстве. Это вынуждало японское командование распылять тральные силы, что, очевидно, явилось одной из причин, обеспечивших эффективность минных заграждений. Послевоенный анализ показывает, что на минах, поставленных подводными лодками, подорвалось и, видимо, затонуло или было повреждено 27 японских кораблей. Минные постановки не пользовались популярностью среди американских подводников, и, возможно, результаты оказались бы более значительными, если бы вместо постановки мин подводные лодки использовались только для торпедных атак{35}.

Действия в районе Алеутских островов

В конце апреля центр боевых действий снова переместился в район Алеутских островов. Оккупация островов Атгу и Кыска была для Японии скорее стратегической помехой, чем успехом, и тем не менее она явилась для США причиной постоянного беспокойства. Там хотели быстрого изгнания японцев с этих островов. Остров Атту был оккупирован японскими войсками в июне 1942 года, затем войска эвакуировались, а позднее снова возвратились.

В апреле 1943 года на острове находилось около 2000 солдат и офицеров японской армии. 25 и 26 апреля соединение Макморриса в составе трех крейсеров и шести эскадренных миноносцев подвергло обстрелу позиции японских войск.

В этом же месяце, но только раньше, подводные лодки "Наутилус" и "Наруал" перебросили роту армейских разведчиков на остров Уналакшу в бухту Датч-Харбор. 1 мая "Наутилус" и "Наруал" вновь приняли на борт разведчиков и направились к острову Атту, куда прибыли 4 мая. Из-за плохой погоды высадка со дня на день откладывалась, и так продолжалось с 8 до 11 мая. Подводные лодки находились у побережья главным образом для того, чтобы обеспечить воздухом сотни солдат, находившихся на борту каждой подводной лодки. В тех широтах в это время года дневные погружения лодок продолжались с 05.00 до 23.00. Только ночью лодкам можно было всплывать и открывать люк для вентилирования. Наконец 11 мая в 03.00 подводные лодки успешно высадили разведчиков и отошли.

Войсковые подразделения, высаженные с подводных лодок, были первыми на берегу, но затем последовала высадка других войсковых подразделений с эскадренных миноносцев и транспортов, и к наступлению ночи на трех участках высадки уже находилось 4000 солдат, а всего на остров Атту было высажено 11000 человек. Высадка войск производилась при поддержке трех старых линейных кораблей и девяти эскадренных миноносцев, находившихся под командованием контр-адмирала Рокуэлла, а в это время крейсера и эскадренные миноносцы Макморриса производили патрулирование у западной группы Алеутских островов. Сосредоточение тяжелых кораблей в районе острова Атту, где они оставались до 17 мая, создало благоприятные возможности для их атаки японскими подводными лодками.

Японские подводные ходки в районе Алеутских островов

В апреле в районе Алеутских островов было шесть японских подводных лодок типа "I", а когда обстановка у острова Атту накалилась, для их усиления прибыли еще четыре подводные лодки. В день высадки подводная лодка "I-31" находилась на переходе к острову Кыска с грузом снабжения. 10 мая она поспешно освободилась от груза на острове Кыска и направилась к острову Атту. Вскоре она оказалась в центре скопления кораблей. 12 мая "I-31" выпустила торпеды по крупному кораблю и, по японским данным, добилась двух попаданий. "I-31" донесла также о повреждении другого корабля неустановленного типа. На следующий день "I-31" сообщила, что ею атакован и сильно поврежден легкий крейсер. После этого связь с лодкой прекратилась, и дальнейшая ее судьба неизвестна. 15 мая подводная лодка "I-35" донесла, что она нанесла сильные повреждения легкому крейсеру. Обе подводные лодки ("I-31" и "I-35") подверглись ударам глубинными бомбами вблизи острова Any, но потоплены не были.

11 мая две торпеды с подводной лодки "I-31" были выстрелены по "Пенсильвании", но старому линейному кораблю удалось уклониться от них. Два эскадренных миноносца атаковали подводную лодку глубинными бомбами, вынудили ее всплыть и открыли по ней артиллерийский огонь. Однако на этот раз подводной лодке удалось избежать гибели. Через два дня "I-31" дала о себе знать (это единственная японская подводная лодка, потопленная в течение рассматриваемого периода). 15 мая еще два следа от торпед прошли по корме "Пенсильвании". В этот же день были выпущены торпеды по транспорту "Д. Франклин Белл", но и они прошли мимо. Несмотря на донесения японских подводных лодок о достигнутых ими успехах, ни одного американского корабля не было уничтожено в период высадки войск на остров Атту.

Американские подводные лодки в северной части Тихого океана

Американские подводные лодки на севере имели немногим большие успехи. 28 мая подводная лодка "S-41" вблизи острова Парамушир потопила японский транспорт "Сейки-мару" (1036 тонн). Он стал второй ее жертвой в течение длительного арктического патрулирования. 11 мая в этом же районе подводная лодка "S-30" потопила транспорт "Жиньбу-мару" (5228 тонн), но к этому времени бои на острове Атту уже закончились.

Действия Кога

Реакция японского флота на высадку американских войск на остров aтту была весьма энергичной. 16 мая новый главнокомандующий японским флотом Кога совершил вылазку из района островов Трук соединением в составе авианосца, трех линейных кораблей и легких сил. В его намерение входило соединиться с силами, находившимися в районе Токио, и затем значительно превосходящими силами обрушиться на американское оперативное соединение в районе Алеутских островов. Когда все было готово для выхода к Алеутским островам, оказать влияние на результаты высадки американских войск уже не представлялось возможным. Бесполезное движение соединения кораблей Кога на север впервые позволило Тернеру продвинуться на Соломоновых -островах без противодействия со стороны главных сил японского флота. Косвенно оно создало также благоприятные возможности для действий подводной лодки "Триггер" в начале следующего месяца.

С падением Атту был изолирован остров Кыска. На совещании имперского генерального штаба решили через некоторое время эвакуировать войска и с этого острова. Остров Кыска и без того был постоянным потребителем предметов снабжения, доставляемых японскими подводными лодками. Это отвлекало японские подводные лодки от боевого использования и ставило их под удар американских противолодочных сил.

Американские подводные лодки в районе Каролинских и Маршалловых островов

К маю 1943 года на Тихом океане было почти столько же новых американских подводных лодок, сколько там всего имелось их к началу войны. Новые подводные лодки были конструктивно улучшены и оснащены новейшим оборудованием. Но и старые подводные лодки успешно решали возлагаемые на них задачи. Об этом лучше всего свидетельствовали действия подводных лодок "Планджер" и "Поллак", которые к началу войны находились у Гонолулу.

Подводная лодка "Планджер" (командир Басс) патрулировала в районе Каролинских островов, где 8 мая установила контакт с идущим на север конвоем в составе пяти транспортов и двух кораблей охранения. Не имея возможности произвести сближение в дневное время, Басс определил генеральный курс и скорость конвоя и, как только зашло солнце, начал преследование в надводном положении. Около 03.00 9 мая, используя ночной перископ и радиолокатор, Басс вышел в атаку. Когда лодка уходила на глубину, чтобы уклониться от кораблей охранения, послышались два взрыва от попадания торпед, а последующее наблюдение показало, что после атаки в составе конвоя остались четыре транспорта.

Они продолжали идти прежним курсом, делая короткие зигзаги по 35° от генерального курса. "Планджер" всплыл, развил полный ход, чтобы снова выйти в голову конвоя, но до восхода солнца не смог этого сделать; В 16.00 Басс занял исходную позицию для атаки и выпустил четыре торпеды по транспортам. С заходом солнца подводная лодка всплыла и обнаружила три судна, два из которых шли на север, а третье отстало от них и, очевидно, тонуло. Басс стал преследовать неповрежденные суда, которые продолжали идти прежним генеральным курсом, не предпринимая существенных попыток к уклонению и действуя так, будто они были обречены и не могли избежать атаки. Перед рассветом "Планджер" вновь занял позицию для атаки и выпустил четыре торпеды, три из которых, видимо, попали в цель.

10 мая с восходом солнца Басс обнаружил в перископ крупное судно без хода, около которого находился корабль охранения. Во время сближения с поврежденным судном Басс увидел самый крупный транспорт конвоя, который находился в 20 кабельтовых от стоявшего без хода судна с застопоренными машинами. Басс перенацелил атаку против неповрежденного крупного транспорта, произвел залп из кормовых торпедных труб и отметил два попадания.

Запас торпед на "Планджере" подходил к концу, а находившиеся поблизости корабли охранения стесняли свободу действий Басса. Около 10.00 появились японские самолеты. Однако Басс занял позицию для атаки и выпустил две торпеды из кормовых труб по поврежденному, стоявшему без хода судну. Обе торпеды попали в цель, но не взорвались. Через несколько минут он выпустил последнюю торпеду и наблюдал ее попадание в районе дымовой трубы. Судно не тонуло, но экипаж, видимо, покинул его. Корабль охранения приблизился к предполагаемому месту подводной лодки и сбросил глубинную бомбу.

"Планджер" находился в готовности к атаке весь день. В готовности был и корабль охранения. Басс хотел покончить с уже поврежденным транспортом артиллерийским огнем, но для этого следовало оторваться от корабля охранения. Около 19.00 "Планджер" всплыл и по радио донес Локвуду об обстановке. Не имея торпед, Басс мог только ожидать благоприятной возможности использовать артиллерию. Перед самым рассветом он оторвался от корабля охранения, который исчез с экрана радиолокатора.

"Планджер" сблизился с транспортом до 15 кабельтовых и открыл огонь из 76-мм орудия. На судне имелось несколько артиллерийских орудий, но они были без личного состава, и поэтому лодка продолжала сближаться до дистанции 3,5 кабельтова, с которой Басс мог прочитать на корме судна его название ("Асака-мару"). "Планджер" продолжал вести огонь до полного израсходования артиллерийских боеприпасов.

Вскоре был обнаружен приближающийся японский самолет, и "Планджер" погрузился.

Японские данные говорят о том, что 10 мая суда "Кинай-мару" и "Татсутаке-мару" затонули в районе действий подводной лодки "Планджер". В этих данных упоминания об "Асака-мару" нет. Вполне вероятно, что Басс прочитал на корме судна слово "Осака", которое означало порт его приписки. Возможно также, что японские данные неточны и что во время атак Басса было потоплено более двух судов.

Подводная лодка "Поллак" в районе острова Джалуит

Учитывая большой срок службы подводной лодки "Поллак", в мае ей отвели спокойный для патрулирования район у Маршалловых островов. Однако район этот был каким угодно, но только не спокойным, поскольку большая активность японской авиации и переброска противником подкреплений на острова Гилберта заставляли подводную лодку находиться в постоянном напряжении. 18 мая "Поллак" потопил небольшое грузовое судно вблизи Вотье. На следующий день "Поллак" направился к острову Джалуит, куда прибыл 20 мая, чтобы встретить судно "Бангкок-мару", входившее в бухту. Подводная лодка уничтожила его. В результате на ее счету стало два судна, потопленных за время патрулирования.

Глава XV. Июнь - сентябрь 1943

Подводная лодка "Триггер" атакует авианосец "Xийо"

Когда Кога перебрасывал тяжелые корабли с островов Трук в район Токио, его оперативное соединение проходило через районы патрулирования американских подводных лодок. Однако риск подобного перехода, видимо, представлялся ему небольшим, поскольку до этого американским подводным лодкам удалось потопить только один крупный боевой корабль. По его мнению, большие скорости хода боевых кораблей и наличие противолодочных завес из эскадренных миноносцев в достаточной степени ограждали Объединенный флот от угрозы подводных лодок. По этой причине штаб Объединенного флота был против всяких попыток отвлечения океанских эскадренных миноносцев для решения задач по непосредственному охранению конвоев.

Подводная лодка "Триггер" (командир Бенсон) находилась на патрулировании у Токийского залива. 22 мая она обнаружила оперативное соединение в составе трех линейных кораблей и одного авианосца, приближающееся с юга со скоростью 18 узлов. Это был Кога, который возвращался в Японию из района островов Трук. Бенсону удалось проникнуть через внешнюю завесу кораблей охранения, но большая скорость хода и непредвиденный зигзаг соединения в момент, когда от лодки до авианосца оставалось всего 45 кабельтовых, не дали "Триггеру" возможности выйти в атаку, так как он очутился на кормовых курсовых углах левого борта соединения.

Имперский генеральный штаб Японии отказался от своего намерения выслать к Алеутским островам крупные корабли, и авианосцы направили во Внутреннее Японское море для проведения боевой подготовки. 1 июня "Триггер" атаковал торпедами и потопил транспорт, и поэтому японское командование знало, что у Токийского залива действуют подводные лодки, но оно, по-видимому, все еще считало большую скорость кораблей достаточной для их защиты. В ночь на 10 июня "Триггер" установил радиолокационный контакт с двумя авианосцами на расстоянии 12 миль. Подводная лодка "Сэмон", патрулировавшая в соседнем районе, уже имела контакт с упомянутым оперативным соединением и донесла об этом, но "Триггер" оповещения не получил. "Сэмон" все еще преследовал соединение (о чем Бенсон не знал), но безнадежно отстал от него. Бенсон включил все четыре двигателя на полную мощность, однако авианосцы прошли мимо него за пределами дальности хода торпед.

Следующей ночью к заливу приближался 22-узловой скоростью авианосец "Хийо" с эскадренными миноносцами в охранении впереди - слева и справа по носу. Это был тот самый авианосец, скорость хода и удачный зигзаг которого при возвращении с линейными кораблями из района островов Трук спасли его 22 мая от непосредственной угрозы со стороны "Триггера". Но на этот раз счастье не сопутствовало "Хийо", а большая скорость хода только ускорила вхождение его в зону досягаемости торпедного оружия "Триггера". Бенсон наблюдал, как авианосец, делая резкие зигзаги, приближался. На полной скорости он форсировал зону ближнего охранения и произвел 6-торпедный залп с дистанции 6 кабельтовых. С выпуском последней торпеды "Триггер" оказался на носовых курсовых углах одного из эскадренных миноносцев. Бенсон стал уходить на глубину и во время погружения, до того как на него начали сбрасывать глубинные бомбы, услышал четыре взрыва от попадания торпед в авианосец. Но "Хийо" не был потоплен. Торпеды взорвались преждевременно вблизи корпуса авианосца. Легкий крейсер "Исудзу" отбуксировал авианосец в Йокосуку, где его поставили в сухой док. В то время Япония сильно нуждалась в кораблях с полетной палубой для обучения летчиков авианосной авиации, и "Хийо" использовался для таких целей. Только из-за плохого качества взрывателей торпед, выпущенных подводной лодкой "Триггер", авианосец уцелел и со временем снова принял участие в боевых действиях.

Японские подводные лодки в районе Алеутских островов

В связи с ближней блокадой Алеутских островов американскими воздушными и надводными силами японское командование сделало попытку связаться с островом Кыска и эвакуировать его гарнизон на подводных лодках. Подводная лодка "I-9" совершила один успешный рейс с острова Парамушир на остров Кыска и обратно. 9 июня она вышла с Парамушира во второй рейс и с тех пор японцы не слышали о ней. 13 июня "I-9" была потоплена вблизи острова Кыска эскадренным миноносцем "Фрэзьер".

В конце мая с Парамушира вышла подводная лодка "I-24" с приказом снять с Атту оставшихся в живых японцев, избегая при этом встреч с американскими силами. После трех безуспешных попыток установить связь с японцами на острове Атту этот приказ отменили, но "I-24" исчезла. 11 июня неподалеку от острова Атту она встретилась с охотником за подводными лодками "РС-487", который установил гидроакустический контакт с погруженной лодкой и атаковал ее глубинными бомбами, после чего "I-24" всплыла "РС-487" таранил подводную лодку "I-24", и она затонула.

Не имея радиолокаторов, японские подводные лодки испытывали навигационные трудности в условиях туманов, господствовавших в районе Алеутских островов. 16 июня подводная лодка "I-157", имея скорость хода 14 узлов, в тумане прочно села на скалы острова Малый Ситхин около острова Амчитка. Подводная лодка выбросила за борт все, что можно было сбросить: торпеды, дизельное топливо, смазочное масло. Лодка не сдвинулась с места Тогда командир приказал вскрыть аккумуляторные ямы, вытащить аккумуляторы через входной люк наверх н освободиться от тяжелых банок. После того как за борт выбросили более сотни тяжелых банок батареи, "I-157" всплыла. Но теперь она сделалась слишком легкой, чтобы иметь возможность произвести погружение. Поэтому "I-157" пришлось оставаться в надводном положении. В любой момент ее мог атаковать самолет или надводный корабль. Однако под прикрытием тумана "I-157" благополучно возвратилась в Курэ.

Подводная лодка "I-2" села на мель на юго-восточной оконечности острова Кыска, но ей удалось сняться с мели с небольшими повреждениями. Без радиолокатора японские подводные лодки иногда внезапно оказывались под обстрелом. 20 июня подводная лодка "I-7" имела боевое соприкосновение со сторожевым катером на небольшом удалении от якорной стоянки в заливе Вега (остров Кыска). После этого "I-7" села на мель. На следующий день она была разгружена и снялась с мели, а ночью легла на курс в Йокосуку. Из-за полученных повреждений она, очевидно, не могла погружаться.

Рано утром 22 июня в 10 милях к югу от острова Кыска "I-7" неожиданно встретилась с эскадренным миноносцем "Монагхэн". Экипаж подводной лодки думал, что "I-7" начала бой с тремя кораблями, и это понятно: они не видели своего противника. "I-7" сражалась так, как могла в сложившейся обстановке, - вела ответный огонь по орудийным вспышкам, мерцавшим в туманной ночи.

22 июня в 01.35 "Монагхэн" установил радиолокационный контакт с подводной лодкой с дистанции 70 кабельтовых, затем сократил ее до 11,5 кабельтова. С этой дистанции эскадренный миноносец и открыл артиллерийский огонь по невидимой цели, руководствуясь лишь данными радиолокатора. Лодка ответила артиллерийским огнем. После 8-минутного боя с эскадренного миноносца в темноте увидели яркие вспышки от попаданий в подводную лодку. Затем радиолокатор эскадренного миноносца обнаружил скалы впереди по курсу, и "Монагхэн" прекратил бой, а "I-7" села на мель. Впоследствии "I-7" была уничтожена японцами.

В течение июня японские подводные лодки эвакуировали с острова Кыска около 800 солдат и перебросили 120 тонн продовольствия, но это обошлось им слишком дорого: три подводные лодки погибли и три другие получили повреждения. Японское командование пришло к выводу, что эвакуация войск с острова Кыска на подводных лодках чревата серьезными последствиями, и поэтому решило прекратить использование подводных лодок для этой цели.

Несмотря на то что Атту был занят американскими войсками, а Кыска находился под неослабным наблюдением с моря и воздуха, Япония решила пойти на риск эвакуации оставшейся части гарнизона надводными кораблями. 28 июля, воспользовавшись туманом, японское оперативное соединение в составе трех крейсеров и двенадцати эскадренных миноносцев вошло в гавань острова Кыска. В ходе этой операции корабли сняли с острова Кыска японский гарнизон и возвратились на Курильские острова, не встретив противника. Не зная об этой эвакуации, американское командование усилило удары по острову Кыска с моря и воздуха и 15 августа высадило на него превосходящие силы. Однако японцы уже покинули остров.

Алеутская авантюра дорого обошлась японским подводным силам. За год оккупации Япония потеряла на севере шесть подводных лодок. Пять сверхмалых подводных лодок, доставленных на остров Кыска и базировавшихся там, также погибли, ничего не добившись. Экипажи японских подводных лодок относили на свой счет потопление в районе Алеутских островов четырех транспортов, двух легких крейсеров, гидроавиатранспорта и неопознанного судна. Их действительные успехи были намного меньше. Они потопили лишь армейский транспорт "Арката" и повредили небольшую плавучую базу гидросамолетов "Каско".

Потопление "I-168" подводной лодкой "Скэмп"

26 июля подводная лодка "I-168" вышла с островов Трук в Рабаул. В полдень 27 июля она донесла о своем месте и после этого пропала. Вероятно, ее потопила подводная лодка "Скэмп", хотя большая часть осведомленных союзных органов считает, что целью "Скэмп" явилась подводная лодка "I-24", совершавшая свой последний поход к Алеутским островам и погибшая в этом районе.

27 июля "Скэмп" (командир Эберт) патрулировал в подводном положении у острова Новый Ганновер. Около 18.00 гидроакустик донес об обнаружении шума винтов, работавших на больших оборотах. Подняв высоко над водой перископ, командир увидел подводную лодку. Эберт начал с ней сближаться и на расстоянии 21 кабельтова от нее снова поднял перископ. Сразу же после этого гидроакустик донес, что подводная лодка противника произвела торпедный залп{36}. "Скэмп" ушел на глубину, и гидроакустическая аппаратура зафиксировала проход торпед у кормы лодки. Через шесть минут Эберт всплыл на перископную глубину и, подняв перископ, увидел, что японская подводная лодка все еще над водой. По силуэту она напоминала американскую подводную лодку типа "Пермит", но на боевой рубке был ясно виден японский флаг, и поэтому Эберт решил, что перед ним японская подводная лодка. Он отвернул влево для уменьшения торпедного гироскопического угла и выпустил четыре торпеды, из которых одна попала в цель. Через две минуты Эберт снова поднял перископ и на том месте, где была подводная лодка, увидел столб коричневого дыма, поднявшегося на высоту около 15 метров. Затем последовали сильные подводные взрывы. В ту ночь Эберт обнаружил на поверхности воды большое количество дизельного топлива. Подводная лодка "I-168" пропала как раз примерно в этом месте и в то же время. Так погибла подводная лодка, потопившая авианосец "Йорктаун".

Обстановка в Пирл-Харборе

Взаимодействию между штабом подводных сил и штабом главнокомандующего на Тихом океане благоприятствовала близость их расположения. Локвуд действовал в соответствии с директивой Нимица, который требовал, чтобы в районах островов Трук и Палау находилось постоянно только по две подводные лодки для наблюдения за передвижением японских крупных боевых кораблей. Кроме того, подводные лодки должны были быть готовы к решению специальных задач. Однако напряженность кампании у Соломоновых островов и Алеутская операция не позволяли подводным лодкам вести самостоятельные боевые действия. Лишь в июне 1943 года (к этому времени напряженность значительно уменьшилась) Локвуд смог подумать об организации согласованной кампании подводных лодок. 24 июня он разработал свой первый оперативный план.

Этот план не вносил каких-либо резких изменений, но предусматривал известные изменения во взаимоотношениях между главнокомандующим на Тихом океане и командующим подводными силами. Одной из особенностей нового плана являлось то, что в нем больше внимания, чем раньше, отводилось танкерам как целям для подводных лодок. Анализ показал, что Япония располагает недостаточным числом танкеров и что потери в них оказали бы большее влияние на экономику Японии, чем потери в сухогрузных судах. Пока этот анализ казался достаточно обоснованным, строительство японских танкеров превышало потери в них. Успехи подводных лодок в потоплении танкеров были небольшими{37}. Задача постановки мин по-прежнему оставалась за подводными лодками Локвуда, но в действительности дни постановки мин уже ушли в прошлое. Штаб подводных сил приступил к планированию вторжения в Японское море. Это почти закрытое море, всего с тремя узкими проливами, раньше представляло собой безопасную зону судоходства между Японией и Азиатским материком.

Торпеды

В тот день, когда Локвуд издал свой первый оперативный план, Нимиц разослал указание, предписывавшее всем подводным лодкам и эскадренным миноносцам Тихоокеанского флота США отключить в торпедах магнитные взрыватели и стрелять торпедами из расчета прямого попадания в цель. Локвуд был согласен с этим решением. Под воздействием сил ускорения, возникавших вследствие резкого изменения скорости и курса или изменения глубины хода торпед при сильном волнении моря, или других мало изученных причин, магнитные взрыватели имели склонность срабатывать преждевременно. Немцы и англичане, главным образом по этим причинам, еще раньше отказались от использования магнитных взрывателей. Установка американских торпед на большую глубину хода (пока ошибочность этого не была обнаружена и исправлена) не только являлась причиной непопадания торпед в цель, но и затрудняла выявление дефекта взрывателя. В первые месяцы войны торпеды с большей, чем заданная, глубиной хода, видимо, становились безопасными вследствие действия гидростатического предохранителя. Предохранитель был изъят из торпед, так как появилось подозрение в ненадежности его работы. После этого ход заглубленных торпед стал более плавным по сравнению с ходом торпед с установкой на обычную глубину хода, а их магнитные взрыватели были в меньшей степени подвержены преждевременному срабатыванию. Однако, когда глубину хода торпед уменьшили преждевременные взрывы участились.

Главное управление вооружения ВМС запросило Нимица о причине отказа от использования магнитных взрывателей, хотя их технические характеристики являлись предметом долгой переписки. За два месяца до этого управление высказало мнение, что взрыватель имел склонность срабатывать преждевременно, если торпеда шла на глубине менее 3,7 метра. Оно также определило условия, которые могли отрицательно влиять на работу взрывателя, включая такие факторы, как магнитная широта, курс цели, характер размагничивания, ширина цели и глубина хода торпеды. Управление рекомендовало отключать взрыватель при определенных условиях, однако при нахождении лодки в море сделать это не так-то просто, а когда торпеда уже находилась в торпедном аппарате, отключение взрывателя вообще невозможно. Отключение всех магнитных взрывателей устраняло причину преждевременных взрывов торпед и давало возможность полагаться на более простой, контактный взрыватель. В этом случае торпеды должны были иметь прямое попадание в цель, а не проходить под ее килем. Большинство подводников было склонно принять это предложение. К сожалению, отключение магнитных взрывателей только вскрыло более серьезные дефекты во взрывателе "Мк-6".

Командующий подводными силами 7-го флота также запросил о причинах отказа от использования магнитных взрывателей. 11 июля он вновь подтвердил свое решение сохранить магнитные взрыватели на подводных лодках, действовавших в юго-западной части Тихого океана.

Кристи, эксперт по торпедам, объяснил причину своей приверженности к магнитным взрывателям. Он заявил, что при использовании их некоторые торпеды все же взрываются под килем цели, а без таких взрывателей эти торпеды прошли бы мимо цели; что они являются единственным средством поражения противолодочных катеров, имеющих малую осадку; что отказ от их использования означал бы исчезновение магнитных взрывателей навсегда.

Пока шла дискуссия о магнитных взрывателях, в Пирл-Харбор прибыли первые электрические торпеды. Конструкция этих торпед была скопирована с немецкой электроторпеды, захваченной в 1942 году, но точная ее копия не подошла бы для торпедных труб американских подводных лодок, и поэтому управление считало возможным произвести в ней некоторые изменения. Когда первые электрические торпеды прибыли в Пирл-Харбор, проблема устранения утечки водорода из аккумуляторов торпеды все еще не была решена. Метод устранения такой утечки был разработан на соединении подводных лодок, базировавшихся на Пирл-Харбор, но некоторая опасность взрыва водорода еще оставалась, и подобные взрывы имели место на некоторых подводных лодках, находившихся на патрулировании. Электрическая торпеда имела почти совершенную систему контроля за глубиной хода и надежный контактный взрыватель. Производство ее обходилось дешевле, она не оставляла за собой следа, но ее максимальная скорость хода равнялась только 30 узлам, в то время как парогазовая торпеда развивала скорость хода до 46 узлов. Вначале электрические торпеды не пользовались признанием, но постепенно они завоевывали всеобщее доверие{38}.

Проникновение американских подводных лодок в Японское море

Потеря подводной лодки "Раннер" северо-восточнее острова Хонсю, которая последовала за потерей "Пиккерела" в том же районе, вынудила Локвуда отказаться от посылки подводных лодок в этот район до тех пор, пока в нем не снизится активность японских противолодочных сил. В результате подводные лодки, которые предназначались для действий северо-восточнее острова Хонсю, могли быть использованы для проникновения в Японское море. Возможность этого штаб подводных сил уже давно изучал самым тщательным образом.

Разведывательные сведения, необходимые для планирования и обеспечения боевых действий подводных лодок, Локвуд предпочитал получать из объединенного разведывательного центра при штабе Нимица. Он не склонен был создавать самостоятельный разведывательный орган подводных сил, так как и без него отлично обходился. Объединенный разведывательный центр располагал возможностями и исследовательским оборудованием, чего штаб подводных сил наверняка не имел бы, и все это без возражений предоставлялось в распоряжение командующего подводными силами. В свою очередь Локвуд постоянно информировал объединенный разведывательный центр о действиях подводных лодок, высылал ему копии всех донесений подводных лодок, находившихся на патрулировании, и незамедлительно передавал сведения, которые они добывали. Было решено, что в Японское море лучше всего проникать через пролив Лаперуза между островами Хоккайдо и Сахалин. По имевшимся данным, два других доступных для прохода подводных лодок пролива были сильно заминированы. Пролив Лаперуза использовался русскими судами, совершавшими переходы между Владивостоком и портами западного побережья США. Это не являлось гарантией того, что в проливе нет управляемых с берега мин или мин, поставленных против погрузившихся подводных лодок, но свидетельствовало о следующем: подводные лодки без большого риска встречи с минами могли совершить проход через пролив в надводном положении, если только, конечно, они не будут обнаружены.

В последнюю неделю июня подводные лодки "Планджер", "Пермит" и "Лэпон" сосредоточились на атолле Мидуэй, готовясь к прорыву в Японское море. Для прикрытия их отхода подводной лодке "Наруал" (командир Латта) поставили задачу провести отвлекающие действия путем обстрела Матсува (Курильские острова).

В одну и ту же ночь все три подводные лодки в надводном положении вошли в пролив Лаперуза. Идя по проливу, "Планджер" встретил дозорный корабль и вынужден был погрузиться, хотя рисковал подорваться на мине. "Пермит" оказался в таком же положении. Он ударился о грунт на глубине 55 метров, а командир считал, что запас глубины под лодкой составляет 73 метра. В результате был поврежден обтекатель гидролокатора. И все же, несмотря на эти помехи, все три подводные лодки прибыли в заданные им районы в назначенное время. "Планджер" и "Пермит" не начинали действовать в своих районах, пока "Лэпон", который шел в южную часть моря, не прибыл в назначенный ему район.

Ночью 7 июля подводные лодки начали действовать. "Лэпон" в своем наиболее удаленном районе не обнаружил сколько-нибудь ценных целей, а "Планджер" и "Пермит", находившиеся в северной части моря, обнаружили большое количество судов. Все японские суда совершали переходы без кораблей охранения, с ходовыми огнями, прямыми курсами. "Планджер" потопил одно судно, а "Пермит" два.

Сразу же после потопления второго судна "Пермит" всплыл. Когда он продувал цистерны, будучи еще плохо управляемым и находясь в нестабильном положении с наполовину заполненными балластными цистернами, его накрыла на редкость большая волна, которая прошла над мостиком и проникла через входной люк в боевую рубку. Но больше всего пострадал поисковый радиолокатор. Он вышел из строя на четыре дня, причем в самое напряженное для подводной лодки время.

После четырехдневных действий в назначенных районах все три подводные лодки направились к выходу из Японского моря через пролив Лаперуза. За несколько часов до того как покинуть свой район "Пермит" обнаружил небольшое судно. Заметив, что оно имеет необычную радиоантенну, Чэппл (командир "Пермита") пришел к выводу: это японский дозорный корабль, подобный тем, которых так много на Тихом океане. На нем не было ни флага, ни опознавательных знаков. "Пермит" всплыл на удалении 9 кабельтовых, чтобы вступить в бой в надводном положении, и, сблизившись с кораблем, открыл по нему огонь. Позднее "Пермит" сблизился еще больше. "Пермит" прекратил огонь, а когда приблизился к кораблю, опознал в нем русский траулер. В него попало несколько снарядов, и он тонул. Один из членов его экипажа был убит, а другой смертельно ранен. "Пермит" взял на борт оставшихся в живых, в том числе несколько женщин, а ночью прошел через пролив Лаперуза и вышел в Охотское море, откуда направил Локвуду донесение о происшедшем. Локвуд приказал доставить пассажиров в Датч-Харбор - ближайший американский порт, где они и были высажены. Все с сожалением говорили об этом неприятном инциденте.

Подводная лодка "Тиноса" и транспорт "Тонан-мару"

Отказ от использования магнитных взрывателей не внес существенных изменений в количество судов, потопленных подводными лодками. В первые восемь месяцев 1943 года подводные лодки топили в среднем по 22 судна в месяц. В июне, июле и августе они потопили соответственно 24, 23 и 21 судно. Японское командование знало, что только в июле по меньшей мере восемь судов общим тоннажем 75000 тонн получили попадания невзорвавшимися торпедами. Некоторые из них были повреждены даже этими торпедами, однако потопить крупный танкер торпедами, которые не взрываются, чрезвычайно трудно.

"Тиноса" находилась на патрулировании в районе Каролинских островов (юго-западнее островов Трук). Около 06.00 24 июля появилось японское судно "Тонан-мару" (19000 тонн). Это была большая плавучая фабрика по переработке китов, переоборудованная в танкер. Судно шло в восточном направлении без охранения. Оно было загружено и имело скорость хода около 13 узлов. Его обнаружили на расстоянии 17,5 мили на курсовом угле 90° правого борта. Поэтому на занятие позиции впереди по курсу танкера потребовалось три часа. После занятия этой позиции Дэспит погрузился и стал ждать, когда танкер сблизится с ним. Около 09.30 "Тиноса" оказалась в выгодном положении, и Дэспит выпустил четыре торпеды. По меньшей мере две из них попали в цель. Однако признаков того, что танкер поврежден, не имелось. "Тонан-мару" изменил курс, и в результате лодка оказалась на невыгодном для нее угле встречи. Тем не менее Дэспит выпустил все же из носовых торпедных труб оставшиеся две торпеды, которые попали в цель (одна из них - в кормовую часть судна). Раздался сильный взрыв. К небу потянулся большой столб дыма. "Тонан-мару" остановился и осел на корму.

"Тонан-мару" был фактически беспомощен, пока "Тиноса" оставалась в подводном положении. На танкере имелось артиллерийское вооружение, которое не позволяло лодке всплыть, поэтому Дэспит занял идеальную позицию на траверзе танкера в 4,4 кабельтова от него и выпустил одну торпеду из кормового торпедного аппарата. Он наблюдал за ходом торпеды по следу от пузырей на поверхности воды и видел, как торпеда попала точно в середину танкера. Последовал всплеск воды, поднявшийся до верхней палубы судна (как и при первом залпе), но взрыва не произошло. Танкер не получил новых повреждений. Дэспит правильно понял: боевое зарядное отделение торпеды не взорвалось, хотя удар торпеды о борт танкера был настолько сильным, что воздушный резервуар взорвался и вызвал всплеск.

Дэспит решил во что бы то ни стало доискаться причины отказов торпед. К началу атаки на борту "Тиносы" имелось 16 торпед, стоимость которых превышала 160000 долларов. Единственное предназначение их - топить корабли противника. Поэтому Дэспит настойчиво продолжал вести прицельную стрельбу одиночными торпедами. В течение более чем пяти часов от начала выпуска первых торпед до выпуска последней он занимал наиболее выгодную позицию для торпедной стрельбы, тщательно осматривал и проверял все торпеды, а после выпуска наблюдал в перископ за их движением до попадания в цель. Всего он использовал пятнадцать торпед. Он видел, что все торпеды, кроме первых двух, попали в цель. Экипаж танкера также видел приближающиеся торпеды и вел безуспешный огонь из 102-мм орудий и пулеметов по ним и по перископу подводной лодки. Одиннадцатая торпеда попала в кормовую часть танкера, выскочила из воды и снова упала в воду. Из всех торпед только одна во втором залпе взорвалась от удачного попадания и явилась причиной того, что танкер лишился хода.

Когда "Тиноса" выпускала тринадцатую торпеду, подошел сторожевой корабль, но Дэспит продолжал стрельбу, пока у него не осталась только одна торпеда, которую он решил привезти обратно в Пирл-Харбор, чтобы показать специалистам торпедного оружия. Сторожевой корабль сбросил несколько глубинных бомб, которые, не в пример торпедам, взорвались, и прошел над подводной лодкой, сам того не подозревая. На глубине 55 метров оказался значительной величины отрицательный температурный градиент, что и спасло подводную лодку от обнаружения гидроакустической аппаратурой корабля. После этого "Тиноса" ушла из данного района и ночью направилась в Пирл-Харбор. Японцы же отбуксировали "Тонан-мару" на острова Трук. Этот эпизод со всей убедительностью показал, что контактные взрыватели торпед были непригодны для использования. Их проверку следовало заблаговременно производить в Ньюпорте, осуществляя наблюдение с цели за ходом торпед и после этого осматривать их. Такую проверку следовало производить до выхода в море каждой подводной лодки и каждого эскадренного миноносца, вооруженных торпедами с контактными взрывателями, чтобы они имели возможность вступать в бой с противником.

Потери японских подводных лодок в южной части Тихого океана

В августе и сентябре японские подводные лодки, действовавшие в районах островов Новые Гебриды и Соломоновых островов, понесли большие потери. Подводные лодки "I-17" и "I-25" были направлены с островов Трук на разведку острова Эспириту-Санто. 19 августа самолеты базовой авиации ВМС США и новозеландский траулер вблизи Нумеа успешно провели совместную атаку против подводной лодки. По данным спасенных шести членов экипажа потопленной подводной лодки, это была "I-17". О том, что случилось с другими японскими подводными лодками, которые пропали в течение следующих нескольких недель, известно значительно меньше. 24 августа подводная лодка "I-25" донесла о результатах разведки острова Эспириту-Санто, проведенной ее самолетом. Это было ее последнее донесение. Следующей ночью эскадренный миноносец "Пэттерсон", который находился в противолодочном охра-нении оперативного соединения, следовавшего от острова Эспириту-Санто к Соломоновым островам, установил радиолокационный контакт с всплывшей подводной лодкой. На расстоянии 20 кабельтовых отметка на экране радиолокатора исчезла, но "Пэттерсон" восстановил контакт с помощью гидролокатора и произвел атаку глубинными бомбами. Последовало несколько сильных подводных взрывов, что могло означать гибель "I-25".

25 августа подводная лодка "RO-35" донесла об обнаружении шести транспортов в районе Эспириту-Санто, после чего также навсегда замолчала. 30 августа подводная лодка "I-20" обнаружила два линейных корабля и авианосец у островов Новые Гебриды. Это было ее последнее донесение. 3 сентября с Эспириту-Санто выслали эскадренный миноносец "Эллет" на поиск подводной лодки, о присутствии которой говорилось в одном из принятых донесений. "Эллет" получил радиолокационный контакт на расстоянии 65 кабельтовых и стал сближаться с целью. На расстоянии 15 кабельтовых он получил гидроакустический контакт и произвел несколько атак глубинными бомбами. С наступлением дня на поверхности воды заметили большое масляное пятно.

15 сентября эскадренный миноносец "Софли", находясь в составе сил охранения конвоя, следовал на юг с Соломоновых островов. Японская подводная лодка произвела торпедную атаку против грузового судна конвоя, но торпеды прошли мимо. "Софли" контратаковал подводную лодку, и после сбрасывания нескольких серий глубинных бомб она выскочила на поверхность средь бела дня в 10 кабельтовых от миноносца. Эскадренный миноносец открыл огонь из всех орудий. Патрульный самолет прошел через зону огня и сбросил две глубинные бомбы, которые упали у борта подводной лодки. Японская подводная лодка пошла на дно, оставив на поверхности лишь одни обломки. "Эллет" и "Софли", возможно, потопили подводные лодки "RO-35" и "I-20".

22 августа для патрулирования в рай9не островов Новые Гебриды с островов Трук вышла подводная лодка "I-182". С тех пор о ней не слышали. 10 сентября из Рабаула вышла подводная лодка "RO-101" для патрулирования у Соломоновых островов. Она донесла, что вышла в атаку, и исчезла. В ночь на 2 октября сторожевой корабль "Итон" находился в составе оперативного соединения эскадренных миноносцев, которое преследовало японские десантные баржи. Недалеко от входа в залив Кула на экране радиолокатора "Итона" появился всплеск от цели, находившейся на удалении 15 кабельтовых. "Итон" выпустил осветительные снаряды и обнаружил японскую подводную лодку в надводном положении. Последовал артиллерийский залп, и прежде чем подводная лодка смогла что-либо предпринять, она получила целый ряд попаданий в прочный корпус. Через три минуты после начала обстрела японская подводная лодка перевернулась и пошла ко дну. Вполне возможно, что это была подводная лодка "RO-101".

Гибель подводных лодок "Грейлинг" и "Киско"

Подводная лодка "Грейлмнг" погибла в августе у Филиппинских островов. 30 июля она вышла из Фримантла и через Макассарский пролив направилась к Филиппинским островам. 23 августа она доставила снабжение партизанам на остров Панай, а затем, в соответствии с приказом, приступила к патрулированию у входа в Манилу. 27 августа в районе патрулирования подводной лодки "Грейлинг" было атаковано и затонуло грузовое суд"о "Мейзая-мару" (5480 -тонн). 10 сентября "Грейлинг" прервал патрулирование и направился в Пирл-Харбор для ремонта на военно-морской верфи{39}. С тек пор о нем ничего не слышали.

Подводная лодка "Киско" 19 августа вышла из Дарвина и направилась в Южно-Китайское море. Дальнейшая ее судьба неизвестна. 28 сентября в центральной части моря Сулу японцы атаковали подводную лодку. Как сообщалось, в течение двух недель после эти атаки на поверхности воды пузырилась нефть. Отмечавшееся место находилось на маршруте "Киско", а причиной появления нефти на поверхности воды могло явиться повреждение топливных цистерн лодки.

Гибель подводной лодки "Помпано"

После гибели "Раниера" Локвуд в течение трех месяцев не высылал подводные лодки в район северо-восточнее острова Хонсю. До потери "Пиккерела" и "Раннера" этот район был весьма результативным для подводных лодок. Локвуд все еще не знал, что японцы густо "усеяли" его минами, и, по его оценке, патрулирование в этом районе, который пересекало много японских судов, снова могло дать хорошие результаты. 20 августа подводная лодка "Помпано" вышла с атолла Мидуэй в роковой район и, подобно своим предшественницам, исчезла навсегда. Позднее стало известно, что 5 сентября был потоплен транспорт "Аката-мару", а на следующий день в районе патрулирования "Помпано" получил тяжелые повреждения крейсер "Наки". Можно предполагать, что через некоторое время после этого подводная лодка подорвалась на мине и затонула-.

Улучшение взрывателей торпед

Когда после попыток Дэспита потопить танкер "Тонан-мару" невзрывающимися торпедами "Тиноса" возвратилась в Пирл-Харбор, в торпедной мастерской, базы подводных лодок разобрали торпеду, которую сохранил Дэспит. Неисправностей во взрывателе не обнаружили. В полученном от управления вооружения ВМС длинном письме от 31 августа настойчиво рекомендовалось вновь вернуться к использованию магнитного взрывателя. Управление, видимо, считало, что улучшить магнитный и контактный взрыватели нельзя. Локвуд не соглашался с таким выводом. Тогда, чтобы экспериментальным путем проверить условия, при которых выпущенные с "Тиносы" торпеды не взрывались, решили произвести пуск двух боевых торпед по подводной скале. Пуск первой торпеды ничего не дал - она сработала безукоризненно. После этого поставили вопрос: не лучше ли прекратить эксперимент, чтобы зря не тратить вторую торпеду. Напомнив о единственном взрыве, имевшем место при столкновении с "Тонан-мару", Дэспит настойчиво доказывал необходимость продолжения эксперимента. Ударившись о скалу, вторая торпеда не взорвалась. Имея дело с неразорвавшимся боевым зарядным отделением на глубине 30,5 метра, водолазы с риском для жизни подняли торпеду для осмотра. Как выяснилось, ударник с недостаточной силой разбил капсюль детонатора, чтобы взорвать его. Если торпеда попадала в цель под острым или очень большим углом встречи (скользящий удар), то взрыватель срабатывал; это объясняет, почему оказался эффективным выстрел по "Тонан-мару", произведенный под очень большим углом встречи. О проведенном эксперименте поставили в известность управление вооружения ВМС, а 16 сентября от него получили подтверждение: при проведении аналогичного эксперимента торпеды также не взорвались{40}. Более тихоходные электрические торпеды не имели этого недостатка. Все еще не зная, что делать, управление высказало мнение, что если торпеды выстреливать с установкой только на малую скорость хода, то взрыватель будет срабатывать должным образом.

Пока за железной завесой секретности эксперты в Ньюпорте искали ответ, три различные ремонтные мастерские в Пирл-Харборе предложили три безукоризненно правильных решения проблемы. Самое простое из них заключалось в том, чтобы облегчить ударник (тем самым уменьшались силы инерции) путем удаления лишнего металла. Это легко могло быть осуществлено в Пирл-Харборе. Для проверки усовершенствованного взрывателя придумали остроумные испытания. 30 сентября подводная лодка "Барб" вышла на боевое патрулирование, имея на борту 20 достаточно надежных торпед.

Новые японские планы обороны

По состоянию на 1 сентября Япония имела торговый флот тоннажем 5,2 миллиона тонн, то есть на один миллион тонн меньше того минимума, который требовался для нормального функционирования ее экономики. Командование японской армии настаивало на сокращении периметра обороны на Тихом океане. Наконец командование ВМС согласилось принять новый периметр, который проходил через Марианские острова и далее через Каролинские острова к западной части острова Новая Гвинея. Вне периметра оставались Рабаул, восточная часть Новой Гвинеи, северная группа Соломоновых островов и Маршалловы острова, где японские гарнизоны должны были обороняться до последней возможности, чтобы задержать проникновение союзных сил внутрь периметра. В Японии надеялись, что гарнизон Рабаула надолго задержит продвижение союзников. На укрепление этого бастиона японское командование выделило настолько много сил, что внутри периметра фактически не оказалось стационарной обороны. Для создания новой линии обороны по первоначальным наметкам требовалось 250000 тонн торгового тоннажа.

Для использования в военных целях требовалось дополнительно 250000 тонн торгового тоннажа, и военное министерство оказалось поставленным перед трудным выбором. Япония нуждалась в производстве 4000 самолетов в месяц для восполнения возраставших потерь ВВС, но ее рекордное производство составляло менее половины этого количества. Япония нуждалась в увеличении ввоза сырья, особенно нефти и бокситов, для чего требовалось больше, а не меньше торговых судов.

30 сентября состоялось заседание японского правительства, где должно было определиться общее направление военного курса Японии. Подобно многим таким заседаниям, оно завершилось компромиссными решениями. На заседании приняли решение о сокращении периметра обороны. Вооруженным силам было обещано 250000 тонн торгового тоннажа для создания внутренней линии обороны. Военное министерство должно было увеличить производство самолетов до 40000 машин в год. Военно-морским силам предписывалось снизить потери в торговых судах (потопление и повреждение от атак противника) до величины менее одного миллиона тонн и улучшить оборачиваемость грузовых судов за счет выделения большего числа кораблей охранения.

Выполнить все это было не так-то просто. Рабаул продолжал поглощать ресурсы в большом количестве,- а отказаться от его укрепления, зная, что это приведет к падению базы, Японии было нелегко, Кога рассчитывал на крупное морское сражение, которое в случае победы решало сразу все проблемы. Японский объединенный флот потерял большое количество эскадренных миноносцев при ведении боевых действий в районе Соломоновых островов. Поэтому стоило больших трудов добиться выделения достаточного количества эскадренных миноносцев для обеспечения авианосцев, выходивших в море с целью подготовки летчиков. Кога не хотел выделять и эскадренные миноносцы первой линии в состав сил охранения, конвоев.

Тем временем первые японские фрегаты начали вступать в строй. У командования противолодочных сил были планы постройки 360 таких кораблей как можно быстрее, но Кога нужны были авианосцы, подводные лодки и быстроходные транспорты. Все, чего могло добиться командование противолодочных сия, - это согласие на постройку только 40 фрегатов.

Единственным утешением Японии служили плохие тактико-технические данные торпед, которые использовались американскими подводными лодками. Многие японские суда чудом уцелели из-за преждевременного взрыва торпед. Другие суда входили в порты с вмятинами на корпусе от ударов невзорвавшихся торпед. Существовало мнение, что американские торпеды не могут потопить японский танкер, и некоторые самоуверенные капитаны танкеров считали, что следует совершать самостоятельные переходы, не затрачивая времени на стоянку в порту в ожидании формирования конвоя. Более осведомленные были настроены менее оптимистично.

В сентябре американские подводные лодки потопили 178000 тонн японских торговых судов. Этот месяц оказался рекордным. Несмотря на дефекты торпед, американским подводным лодкам удалось потопить из 42 японских судов, потопленных в сентябре, 31 и, кроме того, 13 судам причинить повреждения. В японском флоте почувствовали улучшение в тактико-технических данных американских торпед уже в сентябре, хотя в Пирл-Харборе нашли решение проблемы несрабатывающих взрывателей лишь в октябре. В самом начале этого месяца новый японский фрегат "Мутсури" познал гибельное для него знакомство с американскими торпедами.

Глава XVI. Октябрь - ноябрь 1943

Действия подводной лодки "Скейт" по спасение летчиков

5 октября американское оперативное соединение, в состав которого входило шесть авианосцев, нанесло удар по атоллу Уэйк. С начала войны в ВМС США не создавалось более крупного оперативного соединения на Тихом океане. За ударом авианосной авиации последовал артиллерийский огонь линейных кораблей и крейсеров. Подводной лодке "Скейт" (командир Маккинни), находившейся в своем первом патрулировании, поставили задачу спасать летчиков с упавших в море самолетов. Лодка прибыла в район атолла Уэйк за два дня до нанесения удара и использовала это время для наблюдения за деятельностью японцев и фотографирования через перископ. На рассвете 5 октября, будучи в надводном положении, она находилась в 12 милях западнее атолла. Отсюда подводной лодке было хорошо видно, как американские самолеты производили бомбометание. Наблюдала она и групповой воздушный бой между американскими и японскими истребителями. С подводной лодки заметили падение в воду нескольких самолетов, и, поскольку Маккинни полагал, что "мы имели господство и воздухе", "Скейт" в надводном положении направился к ближайшему месту падения самолета. Неожиданно из облаков появился японский истребитель. Он тотчас открыл по подводной лодке огонь. "Скейт" произвел срочное погружение.

Через 30 минут, когда самолетов в воздухе уже не было, "Скейт" всплыл, чтобы продолжать поиск сбитых летчиков. Японцы снова и снова вынуждали лодку погружаться, но она продолжала решать поставленную перед ней задачу. После наступления темноты "Скейт" по-прежнему вел безуспешный поиск экипажей в районе падения самолетов. Через два дня после удара авиации по Уэйку находившийся в Пирл-Харборе Локвуд назначил "Скейту" рандеву с эскадренным миноносцем, чтобы быстрее оказать медицинскую помощь раненому на подводной лодке. На случай, если рандеву не состоится, Маккинни получил указание следовать к Мидуэю.

Утром 7 октября "Скейт" опознал приближавшиеся к нему американские самолеты. Те в свою очередь опознали "Скейт", так как сделали над ним несколько кругов, запросили место цели и потом исчезли в указанном направлении. Вскоре после этого атолл Уэйк дал о себе знать взрывами бомб и огнем зенитной артиллерии. Когда "Скейт" подошел к атоллу, вокруг него стали падать тяжелые снаряды. "Скейт" срочно погрузился, чтобы уйти из-под обстрела в подводном положении. Примерно через час он всплыл и получил радиограмму, в которой сообщались места трех сбитых летчиков. "Скейт" направился к ним. Около полудня он подошел к резиновой лодке и снял с нее первого летчика. Через 15 минут один из членов спасательной партии спустился за борт, чтобы помочь подняться на лодку другому летчику.

Согласно сообщению, в районе мыса Пикок находился третий летчик, и Маккинни отправился на поиск. В пяти милях от берега огонь береговой батареи стал настолько точным, что "Скейту" пришлось погрузиться. Через 30 минут он снова всплыл и обнаружил над мысом Пикок три самолета. Маккинни надеялся на то, что это американские самолеты, но один из них, приблизившись к "Скейту", сбросил бомбы в 18,3 метра впереди него. Бомбы взорвались довольно близко и причинили лодке легкое повреждение. К заходу солнца "Скейт" всплыл и продолжал обследовать район. Вести поиск ночью было трудно. "Скейт" буквально обшаривал поверхность воды, осторожно используя для этого ручной сигнальный фонарь; регулярно через мегафон делались вызовы. Однако все было безрезультатно, и Маккинни решил направиться к Мидуэю. Вскоре после этого находившийся в Пирл-Харборе Локвуд получил радиограмму от командира оперативного соединения (Монтгомери), в которой указывались места девяти летчиков, державшихся на спасательных плотиках неподалеку от атолла Уэйк, и приказал подобрать их.

Около 11.00 9 октября был спасен еще один летчик.

На следующий день удалось спасти еще трех. И хотя подводная лодка находилась в назначенном ей районе до 14 октября, дальнейший поиск ничего не дал.

Ведение разведки японской подводной лодкой "I-36"

Нападение противника на атолл Уэйк показалось Кога началом американского наступления у Уэйка или в северной части Маршалловых островов. Подводная лодка "I-36", имевшая на борту разведывательный самолет, почти месяц находилась в районе Гавайских островов, ожидая благоприятного момента, чтобы произвести разведку Пирл-Харбора. Каждая ее попытка пресекалась радиолокационной системой обороны Гавайских островов и силами прибрежного дозора. Вскоре после американского нападения на Уэйк "I-36" отошла на 300 миль и подняла свой разведывательный самолет. Однако самолет не мог взять достаточного количества горючего для выполнения поставленной задачи и возвращения на подводную лодку. Обреченный летчик появился над Пирл-Харбором, сделал донесение о нахождении в базе четырех линейных кораблей, четырех авианосцев, пяти крейсеров и семнадцати эскадренных миноносцев и исчез.

Тревога Кога, вызванная нападением на атолл Уэйк, усилилась донесением летчика о сосредоточении в Пирл-Харборе американских сил. Он приказал еще четырем подводным лодкам выйти в район Гавайских островов, а сам на линейном корабле "Ямато" с мощными кораблями Объединенного флота перешел от островов Трук к атоллу Эниветок, пытаясь перехватить силы Нимица в неблагоприятный для него момент и одержать победу в морском сражении, с которым он связывал все свои надежды.

Удар авианосцев по Рабаулу

Несмотря на то что в бою, имевшем место в бухте Императрицы Августы, не было потоплено ни одного американского корабля, японскому командованию казалось, что американское оперативное соединение разгромлено. Кога решил, что появилась благоприятная возможность уничтожить американские силы на острове Бугенвиль "одним ударом". Он выслал с островов Трук к Рабаулу под командованием Куриты восемь крейсеров и четыре эскадренных миноносца из состава японского 2-го флота в надежде нацелить их на повторение победы (в виду имелась победа у острова Саво). К счастью, Хэлси не был введен в заблуждение неоднократными сообщениями 5-ой воздушной армии о полном разгроме японских сил в Рабауле. Он ждал перехода японских сил от островов Трук к Рабаулу и принял необходимые меры для наблюдения за ними.

Пять подводных лодок Файва были высланы на перехват любого следующего в Рабаул японского оперативного соединения. Однако сделать это им не удалось. Подводной лодке "Граулер", находившейся непосредственно у островов Трук с целью наблюдения за Южным проходом, в самое критическое время пришлось оставить район из-за аварии электрооборудования. Другие подводные лодки находились на линии разведки в открытом море. Случайно или вследствие хорошего планирования Курита обошел эту линию, и подводные лодки контакта с ним не имели.

Кроме разочарования, это ничего не вызвало. Однако несложный расчет показал, что при подобном развертывании подводных лодок вероятность перехвата быстроходного соединения являлась незначительной. Очертания южных проходов островов Трук таковы, что для достаточно надежного наблюдения за ними требуются три подводные лодки, в то время как для этой цели предназначалась лишь одна подводная лодка "Граулер". И даже если бы на позиции находились еще две подводные лодки, все равно существовала бы достаточно большая вероятность скрытного выхода ночью через проходы быстроходного соединения. Разведывательная линия из четырех подводных лодок в открытом море также была слишком незначительной по фронту и глубине и обеспечивала малую вероятность перехвата противника. И все же на перехват стоило идти, но не следовало рассчитывать на то, что он гарантирует успех. Хэлси понимал это и при получении информации о передвижениях японского флота не полагался только на подводные лодки.

Авиация, базировавшаяся на Соломоновы острова, осуществляла интенсивный воздушный поиск на подходах к Рабаулу. На рассвете 4 ноября в районе Кавиенга она обнаружила танкеры, обеспечивавшие силы Куриты. Два из них самолеты повредили бомбами. Курита выделил тяжелый крейсер и эскадренный миноносец для буксировки поврежденных танкеров на острова Трук. Примерно в полдень того же дня американская авиация обнаружила главные силы Куриты. О появлении противника был немедленно информирован Хэлси.

Но он не имел ни линейных кораблей, ни тяжелых крейсеров, чтобы оказать противодействие японскому 2-ому флоту. В южной части Тихого океана собрали все возможное для создания мощных сил под командованием вице-адмирала Спрюэнса. Силы эти были необходимы для предстоявшей операции в районе островов Гилберта. К счастью, оперативное соединение Шермана, в которое входили два авианосца, все еще находилось в подчинении Хэлси, а на переходе в южную часть Тихого океана находился Монтгомери с еще тремя авианосцами. Не дожидаясь Монтгомери, Шерман нанес авианосной авиацией удар по Рабаулу. Для двух авианосцев наносить такой удар было рискованно. В Рабауле находилось более 150 японских самолетов, но, к счастью для Шермана, подготовка японских летчиков к тому времени резко ухудшилась. Удар, нанесенный авианосной авиацией, застал Куриту врасплох. Через 15 минут после того, как японские корабли встали на якорь в Рабауле, самолеты с авианосцев были уже над бухтой Симпсон-Харбор. Через час в бухте разгорелась самая настоящая бойня. Без хороших торпед потопить бронированные корабли трудно, и тем не менее шесть крейсеров и два эскадренных миноносца оказались поврежденными настолько сильно, что не смогли принять участия в наступательных боевых действиях в течение многих месяцев.

11 ноября Монтгомери и Шерман нанесли совместный удар по Рабаулу авианосной авиацией. Были повреждены еще два крейсера и три эскадренных миноносца. При контратаках японская авиация понесла тяжелые потери. Уничтожение японской авиационной группы авианосной авиации практически завершилось. Уцелевшие самолеты этой группы Кога отвел, заменив их самолетами с Маршалловых островов. Этими ударами авианосной авиации плацдарм на острове Бугенвиль был надежно обеспечен, а японский 2-ой флот и японская авианосная авиация больше не представляли угрозы предстоящему наступлению в районе островов Гилберта.

Бомбовые удары по подводной лодке "Альбакор"

Опознавание своих подводных лодок с воздуха всегда являлось трудной проблемой, требовавшей тщательного обучения летного состава, инструктажа и постоянной практики. Особенно трудной эта проблема была для района острова Новая Гвинея. В июле австралийский самолет едва не потопил подводную лодку "Тьюна". 8 ноября подводная лодка "Альбакор" (командир Хэгберг) преследовала японский конвой в надводном положении. Она находилась на экваторе, на 149° в. д., когда появился бомбардировщик 5-ой воздушной армии. Американский самолет вместо конвоя противника неожиданно атаковал бомбами "Альбакор", но, к счастью, безуспешно. Следующей ночью в центральной части Ново-Гвинейского моря при ярком лунном освещении "Альбакор" обнаружил впереди примерно в двух милях четырехмоторный бомбардировщик и пошел на срочное погружение. Первая серия бомб взорвалась вблизи носовой части лодки, когда она миновала 18-метровую глубину. "Альбакор" получил серьезные повреждения. Однако "Альбакору" повезло: он смог устранить их и продолжать патрулирование. Этот несчастный случай явился следствием недостаточно четкого инструктажа летчиков 5-ой воздушной армии. 25 ноября "Альбакор" потопил японское торговое судно, следовавшее к островам Палау.

Из-за происшествий с "Альбакором" Макартур запретил использование бомб самолетами 5-ой воздушной армии против любых кораблей севернее 2° ю. ш. Все районы южнее этой широты, кроме узких фарватеров, по которым подводные лодки возвращались в свои базы, являлись зонами неограниченного бомбометания. В них 5-ая воздушная армия могла атаковать любую опознанную или неопознанную движущуюся цель. В результате подводные лодки лишались возможности находиться в наиболее удобных районах при развертывании из Брисбена. Для обеспечения действий подводных лодок в удаленных районах в Тулаги создали базу пополнения топливом, а для непосредственного обслуживания подводных лодок плавучую базу "Фултон" направили в залив Мили. Однако снижение интенсивности японского судоходства и трудности, связанные с материально-техническим обеспечением, ускорили переразвертывание подводных сил с восточного на западное побережье Австралии. К концу ноября на Фримантл базировались четырнадцать подводных лодок, а на Брисбен - только девять.

Подводные лодки Фримантла

Наращивание подводных сил, базировавшихся на Фримантл, сразу же сказалось на увеличении числа потопленных японских судов в Южно-Китайском море. Подводная лодка "Гёрнард" (командир Эндрюс) 8 октября потопила два судна у северо-западного побережья острова Лусон. Через два дня подводная лодка "Боунфиш" (командир Хоган) у берегов Индокитая потопила два судна, находившихся в составе конвоя. 8 ноября подводная лодка "Блюфиш" (командир Портер) потопила крупный танкер, а через десять дней - эскадренный миноносец "Санае" и сильно повредила эскадренный танкер "Ондо". Из подводных лодок, базировавшихся на Фримантл, в ноябре наиболее успешно провела патрулирование подводная лодка "Бауфин" (командир Гриффитс) "Бауфин" принял топливо в заливе Эксмут и через проливы Ломбок, Макассарский и Сибуту вошел в Южно-Китайское море. Здесь он потопил артиллерийским огнем четыре небольшие шхуны и, возможно, повредил два других небольших судна, но только в ночь на 26 ноября ему удалось обнаружить более крупную цель.

В непроглядной ночной темноте дождь лил сплошным потоком. Сигнальщики напряженно вглядывались в темноту. Радиолокатор работал неустойчиво. Неожиданно на его экране появились всплески от объектов, находившихся с обоих бортов лодки на удалении от 5 до 20 кабельтовых. Гриффитс испугался, подумав, что совершил ошибку и идет на небольшой островок, хотя эхолот непрерывно показывал глубину 137 метров.

"Бауфин" отвернул влево и вынужден был немедленно дать задний ход, чтобы не столкнуться с крупным танкером. Подводная лодка очутилась в середине японского конвоя, состоявшего из пяти судов. Гриффитс решил, что конвой движется на юг, и только когда он снова дал задний ход, чтобы избежать столкновения с другим судном, понял: все японские суда шли в северном направлении. Гриффитс вывел подводную лодку из сложного положения и в течение часа следовал за конвоем, пока обстановка полностью не прояснилась.

После оценки обстановки Гриффитс атаковал головное судно конвоя тремя торпедами, взрывом которых была оторвана носовая часть судна и снесена надстройка мостика. Пока "Бауфин" развертывался для залпа по другой цели, его первая жертва встала бортом к нему, и ее стало наносить на лодку. У Гриффитса хватило времени только на выпуск одной торпеды, перед тем как снова дать задний ход во избежание столкновения. Эта единственная торпеда и попала во второе судно. "Бауфин" развернулся, выпустил три торпеды, чтобы добить поврежденные суда, и отошел дяя перезарядки торпедных аппаратов.

Наступило утро, когда Гриффитс снова занял позицию для атаки. Эта первая дневная атака оказалась неудачной. "Бауфин" всплыл, произвел переразвертывание для следующей атаки, в ходе которой цель была уничтожена четырьмя торпедами. Японские данные подтверждают потопление в ходе этих атак двух грузовых судов тоннажем по 5000 тонн.

На следующий день "Бауфин" потопил небольшое судно, захваченное японцами в Индокитае. Рано утром 28 ноября Гриффитс получил радиограмму с подводной лодки "Биллфиш", которая навела "Бауфин" на японский конвои в составе пяти судов. В ночной атаке, находясь в надводном положении, "Бауфин" потопил два судна из состава конвоя. Одно из них оказалось танкером (9866 тонн). Артиллерийским огнем кораблей охранения была повреждена и подводная лодка. Но, несмотря на повреждения, "Бауфину" удалось выпустить две торпеды и по кораблю охранения. Оставшиеся две торпеды Гриффитс выстрелил по крупному грузовому судну. После того как торпеды прошли около 2,5 кабельтова, одна из них преждевременно взорвалась, сбив с курса другую. В результате обе торпеды не попаяй в цель.

В дальнейшем на переходе в Целебесское море "Бауфин" обнаружил японский конвой. Израсходовав до этого все торпеды, "Бауфин" не мог произвести атаку, но он преследовал конвой до тех пор, пока не навел на него подводную лодку "Биллфиш".

За время этого патрулирования подводная лодка "Бауфин" потолнла девять судов (70948 тонн){41}.

Применение тактики "волчьих стай" в центральной части Тихого океана

В октябре 1943 года на патрулировании в центральной части Тихого океана (между экватором я Охотским морем и от демаркационной линии времени до побережья Китая) находилось тридцать американских подводных лодок. Две или три подводные лодки постоянно использовались в районах Маршалловых островов и островов Гилберта для разведки по планам штаба Нимица. Число подводных лодок, действовавших против японскою тортового судоходства, за год удвоилось. Это увеличение привело к некоторым изменениям в тактике их применения.

1 октября первая группа (или "волчья стая") подводных лодок ("Сиро", "Шэд" и "Грейбэк") вышла из базы на Мидуэе и направилась в Восточно-Китайское море. Группой командовал Момсен, который находился на подводной лодке "Сиро". Ранее уже имели место примеры совместных действий подводных лодок, развернутых в соседних районах. Группа Момсена была первой специально организованной труппой подводных лодок, предназначенных для совместных действий.

На Атлантике эту тактику применяли немцы. Атлантические конвои иногда включали до 70 и более судов, находившихся в охранении большого числа кораблей. В этих условиях одиночная немецкая подводная лодка могла потопить немного судов из состава конвоя, а силы охранения способны были безболезненно выделить корабль для удержания одиночной подводной лодки на глубине, пока конвой продолжал свой путь. Немецкие "волчьи стаи" явились ответом на создание крупных конвоев с большим числом кораблей охранения. Японские конвои были небольшими - примерно пять судов и один-два корабля охранения. Против таких небольших конвоев действия одиночных подводных лодок оказывались эффективными при проведении атак, но при поисковых действиях лучшие результаты давало групповое использование подводных лодок.

Считалось, что "волчья стая" Момсена потопила пять судов и семь повредила, однако на самом деле потоплено было только три японских судна и сильно повреждены два крупных судна. В среднем действия подводных лодок этой "волчьей стаи" оказались менее эффективными по сравнению с действиями трех одиночных подводных лодок. Момсен высказался против применения совместных атак в той форме, в какой они тогда проводились. Он признавал, что групповое использование подводных лодок могло быть более успешным при поиске целей, но это преимущество сводилось на нет потерей той свободы действий, которую имели подводные лодки при проведении самостоятельных атак.

Момсен предложил следующее: командир "волчьей стаи" не должен находиться на подводной лодке своей группы. Ему следует оставаться на береговой базе, где он имеет большие возможности для сбора всей информации и лучшую систему связи для ее передачи необходимым адресатам. Немцы применяли такую систему. Однако осуществлять связь на Атлантике, где расстояния не такие большие, как на Тихом океане, легче. Предложение Момсена не приняли. Считали, что это вызовет увеличение объема радиопередач с подводных лодок при их нахождении в операционных районах и тем самым даст дополнительный материал для работы японских радиолеленгаторов. Для борьбы с радиопеленгованием на Атлантике немцы создали систему "импульсной передачи", в которой длинное сообщение сжималось электронной аппаратурой для передачи. Немецкие подводные лодки могли принимать и отправлять донесения одним коротким импульсом без вызова станции и без подтверждения получения. Надо признать, что на просторах Тихого океана связь ВМС США не была столь действенной. Американским подводным лодкам часто приходилось всплывать, иногда в течение ряда часов находиться в опасной обстановке в надводном положении, чтобы вызвать радиостанцию для передачи важного донесения о контакте с противником.

3 ноября вышла в море вторая группа американских подводных лодок под командованием Уордера, который раньше командовал подводной лодкой "Сивулф". Уордер подтвердил наблюдения Момсена. Он считал, что в будущем любая "волчья стая" должна управляться командиром соединения, а не специально назначаемым командиром группы.

Операция "Галваник"

Поскольку время проведения операции "Галваник" (операция по захвату островов Гилберта) приближалось, для обеспечения ее было привлечено значительное число подводных лодок. От командира 5-го амфибийного соединения (командир Тернер) поступила заявка на фотографирование подводными лодками атоллов Тарава, Макин и Абемама. До этого времени фотографирование через перископ давало недостаточно хорошие результаты. Выбор Локвуда пал на подводную лодку "Наутилус" (командир Ирвин), которая сумела решить поставленную задачу. "Наутилус" возвратился в базу в конце октября, имея необходимые фотографии и дополнительную информацию о том, что карты атолла Тарава были составлены с отклонением 11° от правильной ориентации. Если бы эту ошибку не обнаружили, она затруднила бы нанесение бомбового удара с воздуха, артиллерийский обстрел берега кораблями и высадку морского десанта.

Тернер был доволен фотографиями "Наутилуса". С этого времени фотографирование плацдарма высадки перед вторжением стало важным элементом подготовки морских десантных операций. Методы и оборудование, разработанные на "Наутилусе", стандартизировали и приняли для всех подводных лодок, направлявшихся на решение задач по фоторазведке.

Подготовка к решению подобных задач обычно производилась при взаимодействии с объединенным разведывательным центром, который также нес ответственность за проверку и рассылку разведывательных сведений, полученных путем аэрофотосъемки. Объединенный разведывательный центр готовил карты, таблицы приливов, отливов и течений, сведения о минных заграждениях, а также любые ранее полученные фотографии интересующего объекта. После этого требуемую от подводной лодки информацию можно было значительно уменьшить, что оказывалось очень важным, ведь нередко за один поход от подводной лодки требовали сделать от 1000 до 2000 снимков с расстояния от 2,5 кабельтова до 10 кабельтовых от занятого противником побережья, где могли быть минные заграждения, о которых объединенный разведывательный центр еще не знал.

Вскоре после возвращения "Наутилуса" из разведывательного похода другие подводные лодки начали выходить для занятия своих позиций в ходе операции "Галваник". Подводные лодки "Трешер", "Апогон" и "Корвина" были развернуты по периметру вокруг островов Трук. Подводная лодка "Сил" находилась у острова Кваджелейн, "Спирфиш" - у острова Джаулит. Подводная лодка "Планджер" должна была сначала разведать атолл Малоэлап, а затем перейти к атоллу Мили для действий по спасению летчиков. Подводная лодка "Пэддл" со специальной партией метеорологов на борту заняла позицию у острова Науру для наблюдения и донесения о состояния погоды, а также зондирования верхних слоев атмосферы. Эта задача являлась очень важной вследствие прямой зависимости десантных операций от состояния погоды. Подводные лодки "Скалпин" и "Сирейвн" находились у атолла Оролук (между островами Трук и Понапе). Они должны были осуществить перехват японских сил при их движении от островов Трук в район операции.

Подводная лодка "Наутилус" у атолла Абемама

После завершения в октябре разведки атолла Тарава подводная лодка "Наутилус" приняла на борт 78 человек амфибийной разведывательной роты морской пехоты и 8 ноября вышла из Пирл-Харбора. 18 и 19 ноября в ходе нанесения авианосной авиацией США ударов по атоллу Тарава она занималась спасением летчиков со сбитых самолетов. Вечером 19 ноября "Наутилус" приблизился к берегу для разведки и оценки характера прибоя. После этого он направился для выполнения своей главной задачи - высадки разведывательной роты морской пехоты на атолл Абемама.

Около 22.00 19 ноября "Наутилус" встретился с "Ригголдом" и "Санта-Фе". Эскадренный миноносец "Ригголд" и крейсер "Санта-Фе", имевшие специальное задание произвести артиллерийский обстрел объектов атолла, находились впереди главных сил, подходивших к атоллу Тарава. Командиру "Ригголда" было известно о специальной задаче, возложенной на "Наутилус", но в соответствии с ранее полученным приказанием подводную лодку направили в западном направлении, чтобы подобрать сбитого летчика. Поэтому командир эскадренного миноносца считал, что, если произойдет встреча, с установлением контакта, подводная лодка погрузится. Когда на экране радиолокатора эскадренного миноносца появился всплеск, указывавший на движение обнаруженного корабля в южном направлении со скоростью 20 узлов, этот корабль приняли за японский сторожевой катер. "Ригголд" открыл огонь.

"Наутилус" в это время находился неподалеку от опасного рифа, к которому его сносило двухузловым течением. Условия для погружения лодки были неблагоприятными. Ирвин выпустил две опознавательные ракеты и пошел на погружение, однако эскадренный миноносец снова произвел залп, и один снаряд попал в боевую рубку подводной лодки в момент ее погружения, как раз во время закрытия входного люка. К счастью, снаряд не разорвался. И все же он причинил лодке значительные повреждения. Аварийная партия лодки напряженно работала в течение двух часов.

На следующее утро "Наутилус" всплыл и продолжал свой путь к атоллу Абемама. Этот атолл был занят небольшой группой японских войск, поэтому Ирвин и Джонс, который командовал находившимися на подводной лодке морскими пехотинцами, весь день наблюдали за берегом, прежде чем приступить ночью к высадке морской пехоты. Перелезая через борт, морские пехотинцы радовались тому, что меняют подводную лодку на сравнительно безопасные резиновые шлюпки, направлявшиеся к враждебному берегу. Но тогда они не знали, что им предстояла тяжелая борьба с волнами и течением. "Наутилус" продолжал оставаться на месте и на следующую ночь выгрузил на берег запасы продовольствия, боеприпасы и снабжение.

На следующий день Джонс вернулся на подводную лодку с картой, показывавшей точное расположение японской системы обороны. Было решено произвести артиллерийский обстрел атолла с подводной лодки. По сигналу морских пехотинцев подводная лодка открыла огонь из своих двух 152-мм орудий, используя ударные взрыватели мгновенного действия и осколочно-фугасные снаряды при радиокорректировке огня с берега. Через пять минут морские пехотинцы дали сигнал о прекращении огня. Джонс сообщил в эту ночь, что некоторые из 75 снарядов, выпущенных подводной лодкой, имели прямое попадание в японские оборонительные сооружения. Вполне возможно, что 152-мм пушки "Наутилуса" являлись анахронизмом для подводной лодки, но, несомненно, этот анахронизм оказался счастливым.

Японские подводные лодки у островов Гилберта

В ноябре на патрулировании юго-западнее Гавайских островов находились четыре японские подводные лодки ("I-19", "I-35", "I-169" и "I-175"), которые получили приказание следовать к островам Гилберта на максимально возможной скорости. Еще пять подводных лодок либо вышли с островов Трук, либо получили приказание выйти из Рабаула. 23 ноября к островам Гилберта прибыла подводная лодка "I-175" (командир Табата). Перед рассветом следующего утра она выпустила три торпеды в конвойный авианосец "Лиском Бей". Послышался страшный взрыв, и через 23 минуты авианосец пошел на дно с 644 членами экипажа. "I-175" получила незначительные повреждения при контратаке глубинными бомбами, но ей удалось уклониться, и она возвратилась на острова Трук.

За этот успех японские подводные лодки дорого заплатили. Из девяти подводных лодок, которые, действовали у островов Гилберта, только "I-175" и две другие подводные лодки вернулись в базу. 22 ноября американский эскадренный миноносец "Миди" установил гидроакустический контакт с подводной лодкой "I-35" почти сразу же после ее прибытия к островам. К "Миди" присоединился эскадренный миноносец "Фрэзьер". Они атаковали подводную лодку глубинными бомбами и вынудили ее всплыть. Через некоторое время "Фрэзьер" таранил подводную лодку "I-35", и она затонула.

Подводная лодка "I-19" также поспешно вышла из района Гавайских островов. 25 ноября американский эскадренный миноносец "Рэдфорд" установил радиолокационный контакт с всплывшей подводной лодкой. Всплеск на экране радиолокатора исчез, но через 10 минут "Рэдфорд" установил с лодкой гидроакустический контакт. После атаки лодки глубинными бомбами на поверхности появились масляные пятна и обломки. Жертвой, видимо, оказалась "I-19", которая в сентябре 1942 года у Соломоновых островов потопила авианосец "Уосп". Четыре другие японские подводные лодки, которые поспешно прибыли для обороны атолла Тарава, не вернулись в свои базы, и судьба их неизвестна. Японские подводные лодки "I-21", "I-39" и "RO-38" пропали без вести. Кроме того, подводная лодка "RO-100", находившаяся на переходе в Буин со снабжением, наскочила на мину в проливе Бугенвиль и затонула. 11 ноября в Малаккском проливе, у западного побережья Малайского полуострова, английская подводная лодка "Тарус" атаковала и потопила подводную лодку "I-34".

Японская подводная лодка "I-174" оказалась одной из тех, которым удалось уцелеть. В безлунную ночь 26 ноября лодку "I-174", когда она находилась в надводном положении, очевидно, обнаружил радиолокатор патрульного самолета. Самолет, видимо, вызвал эскадренные миноносцы, так как "I-174" внезапно атаковал эскадренный миноносец. Первая атака глубинными бомбами поразила лодку на глубине 27,5 метра. Из строя были выведены системы электропитания и управления лодкой по глубине. Вода затопила машинный отсек и трюмы отсека электродвигателей. Эскадренный миноносец настойчиво продолжал атаку, пока на "I-174" не истощились аккумуляторы и запасы сжатого воздуха, и ей пришлось всплыть. Через две минуты после всплытия самолет вынудил ее снова погрузиться. В течение нескольких минут ей удалось продержаться под водой, не теряя управления, с помощью выпуска сжатого воздуха из торпед. Ее спас внезапно налетевший дождевой шквал. Когда "I-174" возвратилась на острова Трук, ее командир доложил, что для японских подводных лодок было явным самоубийством действовать без радиолокатора против американских противолодочных сил. Командующий японским 6-м флотом вице-адмирал Такаги не согласился с этим.

Гибель подводной лодки "Уоху"

В октябре и ноябре американские подводные лодки избежали катастрофических потерь, которые несли японские подводные лодки, однако и им пришлось нелегко. После неудач "Уоху" в августе, когда при действиях в Японском море ее торпеды не взрывались, Мортон возвратился в базу, чтобы принять электрические торпеды. Затем он снова вошел в Японское море. Больше об "Уоху" не слышали. Через несколько дней по тому же маршруту последовала подводная лодка "Софиш", которая прошла через пролив Лаперуза.

5 октября был атакован и затонул один из крупных японских железнодорожных паромов "Конрон-мару", который курсировал между Японией и Кореей через Цусимский пролив. Японцы объявили о гибели парома и 544 человек, отметив при этом, что он затонул в течение нескольких секунд. Гибель парома привела в ужас штаб японских противолодочных сил. Корейский пролив принадлежал к священным японским водам. Свобода плавания по ним была жизненно важной для непрерывного сообщения между Японией и Азиатским материком. Потопила "Конрон-мару", вероятно, подводная лодка "Уоху". Перед выходом на патрулирование Мортон предпринял значительные усилия для получения всей имевшейся разведывательной информации о маршрутах и времени движения этих паромов. "Уоху" была единственной подводной лодкой, которая могла находиться в этом районе.

"Уоху" проникла в эти воды и благополучно прошла через них: 6 и 9 октября два японских судна пошли ко дну в северной части Японского моря на маршруте, которым "Уоху" должна была совершить отход. Все это время Мортон благоразумно хранил молчание, что являлось правилом при действиях в Японском море. Поэтому беспокойство за безопасность "Уоху" не проявлялось до тех пор, пока не вышла из Японского моря "Софиш". Когда время получения донесения от "Уоху" о проходе Курильских островов прошло, молчание ее стало зловещим. С Мидуэя выслали самолеты для поиска подводной лодки по маршруту ее возвращения, но вскоре Локвуду пришлось признать, что эта подводная лодка навсегда исчезла в Японском море. Данных о какой-то конкретной атаке, которую можно связать с гибелью "Уоху", нет. Проливы Лаперуза и Корейский были заминированы, но 9 октября "Софиш" вышла через пролив Лаперуза, не встретив мин. По японским данным, 11 октября в проливе Лаперуза самолетом была атакована подводная лодка в надводном положении, и эта атака могла явиться причиной гибели подводной лодки "Уоху".

Подводная водка "S-44"

7 октября "S-44" (командир Браун), находившаяся на патрулировании в районе северной части Курильских островов, установила контакт с целью, которую приняли за небольшое судно. Браун сблизился с целью в надводном положении в темноте с готовым к бою экипажем. С малой дистанции он открыл огонь из 102-мм орудия. Однако вместо небольшого судна цель оказалась японским эскадренным миноносцем, который открыл ответный огонь из всех орудий. "S-44" была ошеломлена. Она получила семь прямых попаданий в центральный пост и в боевую рубку и затонула, оставив на воде несколько человек.

Таков конец "S-44" - единственной подводной лодки, потопившей японский боевой корабль (крейсер "Како"){42}. Это был конец патрулирования подводных лодок типа "S" в районах Алеутских и Курильских островов. Остальным подводным лодкам типа "S" Локвуд приказал возвратиться в базы и поступить в распоряжение учебного командования.

Подводная лодка "Корвина"

В ноябре "Корвина" находилась на патрулировании у Южного входа на острова Трук. С окончанием этого патрулирования она должна была присоединиться к подводным силам в юго-западной части Тихого океана. 30 ноября по радио ей направили указание поступить в распоряжение Файва. 16 ноября японская подводная лодка "I-176" выпустила три торпеды по американской подводной лодке, находившейся в надводном положении в районе действия "Корвины". Были отмечены два попадания. Ни один человек из экипажа лодки не спасся. "Корвина" являлась единственной американской подводной лодкой, потопленной японской подводной лодкой в ходе войны.

Подводная лодка "Кэпелин"

Что случилось с "Кэпелин", погибшей также во время ее первого патрулирования, неизвестно. 16 ноября "Кэпелин" вошла в Дарвин после 17-дневного патрулирования с неисправным люком боевой рубки, шумами в носовых рулях и неисправным радиолокатором. Дефекты эти были устранены, и Маршалл (командир лодки) снова вышел на патрулирование. После этого о подводной лодке не слышали. В районе действия лодки "Кэпелин", вдоль северной части острова Целебес, находились японские минные заграждения, неизвестные союзникам. Сообщалось, что по крайней мере одну противолодочную атаку японцы провели в том месте, где могла быть "Кэпелин". Однако достоверных данных о том, что она погибла от мин или в результате атаки противолодочных сил, нет.

Новые подводные лодки одна за другой сходили с американских верфей. На портсмутской военно-морской верфи было установлено даже рекордное время строительства подводной лодки - 173 дня; большое количество подводных лодок, в число которых входила и "Кэпелин", построили, оснастили и ввели в строй менее чем за 300 дней. Возможно, этого времени было недостаточно для постройки вполне надежных лодок. Некоторые дефекты, с которыми "Кэпелин" прибыла в Дарвин, обусловливались перекосом корпуса. Вполне возможно, что "Кэпелин" погибла из-за дефектов, вызванных чем-то подобным.

Результаты действий в октябре и ноябре

В октябре и ноябре американские подводные лодки потопили два японских боевых корабля и 71 торговое судно. Один танкер был потоплен, а три других сильно повреждены. Оказались поврежденными несколько других крупных кораблей, но наиболее ценным японским кораблем, который возвратился в базу после атаки его торпедами, являлся авианосец "Дзинё".

В конце октября и начале ноября подводная лодка "Хэлибат" (командир Галантин) патрулировала у южного побережья острова Хонсю. Она произвела пять атак против конвоев, но потопила только одно грузовое судно. 5 ноября "Хэлибат" обнаружил японское оперативное соединение, шедшее 19-узловым ходом в юго-западном направлении. Первый контакт был установлен радиолокатором примерно в 04.00 на дистанции 14 миль, и Галантин стал сближаться на максимальной скорости в надводном положении, пока приближавшийся рассвет не вынудил его погрузиться. В составе оперативного соединения Галантин насчитал два линейных корабля, тяжелый крейсер, авианосец и несколько эскадренных миноносцев. По силуэту авианосца Галантин определил, что им обнаружен авианосец типа "Сёкаку", который и был избран целью атаки "Хэлибата".

Вскоре после рассвета Галантин выпустил шесть торпед из носовых торпедных труб и отметил одно попадание. Оперативное соединение рассредоточилось. Обеспечение подбитого корабля было возложено на эскадренные миноносцы. У "Хэлибата" осталась только одна торпеда, которая застряла в аппарате, когда Галантин попытался добить авианосец, и подводная лодка оказалась безоружной. В дальнейшем выяснилось, что поврежденный авианосец был "Дзинё", который сумел дойти до базы.

Подводная лодка "Тарной" (командир Воган) в октябре также патрулировала у южного побережья острова Хонсю. В ночь на 18 октября она встретилась с неохраняемым судном, которое проходило через район ее патрулирования со скоростью 16 узлов. Вогану удалось занять выгодную позицию в 7,5 кабельтова по траверзу с левого борта цепи, произвести четырехторпедный залп веером и добиться попадания двух торпед. Цель получила тяжелые повреждения, но устремилась прямо на подводную лодку и вынудила ее погрузиться. Всплыв на перископную глубину позади цели, Воган из невыгодного положения выпустил две одиночные торпеды, которые в цель не попали. Вскоре Воган выпустил еще одну торпеду, которая попала в кормовую часть корабля, но он все еще оставался на плаву. После этого Воган обогнул неподвижную цель, вышел на ее левый борт и четвертой торпедой добил корабль. Первоначально считали, что "Тарпон" потопил японское вспомогательное судно. Однако описание Вогана не подходило ни к одному известному японскому кораблю, и даже с окончанием войны не удалось определить, что же пошло ко дну в ту ночь. Только спустя некоторое время после окончания войны удалось установить, что потопленный корабль был последним из немецких вспомогательных крейсеров-рейдеров "Мишель".

Ноябрь оказался рекордным месяцем, в течение которого американские подводные лодки потопили 45 японских торговых судов. За этот месяц японцы потеряли 320000 тонн торгового тоннажа.

Глава XVII. Декабрь 1943 - январь 1944

Японские силы охранения

Возрастание потерь японского торгового флота убедило даже самых ярых фанатиков из Объединенного флота в необходимости что-то предпринять. Маневренность флота находилась под угрозой вследствие потерь флотских танкеров. Ускорение строительства самолетов, от которых многое зависело, не могло быть обеспечено без увеличения ввоза сырья. 15 ноября создали главное эскортное командование во главе с адмиралом Оикава. Практически все эскортные силы и силы охранения передавались в его подчинение, что до некоторой степени уменьшило путаницу, вызванную отсутствием единых взглядов на систему охранения и организацию связи.

Создание эскортного командования не внесло ничего нового в противолодочную борьбу. Эффективность кораблей охранения зависела от глубинных бомб. Эскадренный миноносец мог взять на борт около 30 глубинных бомб, а новые фрегаты - по 300. Японский флот не имел бомбометов, стреляющих вперед по курсу корабля: Для обнаружения подводных лодок в подводном положении японские корабли применяли гидролокатор и в активном режиме и в режиме шумопеленгования. В Японии проводились также опыты с авиационными магнитными обнаружителями, но к началу 1944 года эти обнаружители еще не были приняты на вооружение. Успех атак подводных лодок в значительной мере зависел от мастерства моряков. Япония не имела того совершенного механического и электронного оборудования, которым располагали союзники. В начале весны 1944 года только некоторые корабли охранения были вооружены радиолокатором. В конце же года почти на всех эскортных кораблях появился радиолокатор или радиолокационный поисковый приемник.

Документы, захваченные после вторжения на острова Гилберта, раскрыли некоторые интересные сведения о японских методах противолодочной борьбы. В Японии считали, что американские подводные лодки могли развивать надводную скорость хода до 24-25 узлов, а подводную - до 20 узлов, то есть значительно больше тех скоростей, которые они могли развивать в действительности. По мнению японцев, радиолокатор использовался для решения задач торпедной стрельбы (и это было так), а угловая стрельба применялась редко (а это было не так). В донесениях говорилось о многих необычных приемах введения противника в заблуждение, включая применение ложных перископов с прикрепленным к ним взрывчатым веществом, использование паруса для маскировки подводной лодки под рыболовное судно и выброску различных предметов из подводных лодок с целью имитации их повреждения. Все эти приемы в свое время изучались в ВМС США, но были отвергнуты, как не имеющие практического значения.

Несмотря на некоторые ошибки, японская техническая разведка работала неплохо. В Японии знали все об американских торпедах, в том числе и их недостатки, а также имели сведения о других видах вооружения{43}. Попавшие в плен американские подводники часто переносили жестокие пытки во имя сохранения тех сведений о лодках, которыми Япония уже располагала. В ВМС Японии не было данных о максимальной глубине погружения американских подводных лодок. Там считали, что ими потоплено в десять раз больше подводных лодок, чем фактически погибло от всех причин. Очень часто японские моряки производили установку глубинных бомб для взрыва на слишком малой глубине, а их излишняя самонадеянность нередко приводила к тому, что атаки против подводных лодок прекращались слишком рано. До того как главные силы охранения начали действовать эффективно, в Японии не было определенных методов борьбы с подводными лодками. Но в некоторых случаях, когда для целей охранения выделялись хорошо подготовленные корабли, применявшиеся ими методы оказывались весьма эффективными.

Подводная лодка "Гэтоу" с японской глубинной бомбой на палубе

Не все японские глубинные бомбы устанавливались для взрыва на малой глубине. 20 декабря примерно в 200 милях севернее островов Адмиралтейства подводная лодка "Гэтоу" (командир Фолей) потопила судно Из состава конвоя. Корабль охранения умело провел атаку, сбросив 19 глубинных бомб в непосредственной близости от подводной лодки. Дождевой заряд позволил Фолею всплыть и начать новое преследование конвоя для повторной атаки. Однако малая видимость и вечерние сумерки не помешали кораблю охранения удерживать контакт с "Гэтоу". Корабль охранения продолжал преследовать лодку. В этот критический момент на палубе "Гэтоу" обнаружили невзорвавшуюся глубинную бомбу. "Гэтоу" плавал с ней в надводном положении и под водой, но, к счастью, не погружался на глубину, достаточную для приведения в действие взрывателя бомбы.

Перед Фолеем стояла задача - освободиться от японской глубинной бомбы без риска оторвать взрывом корму лодки. Он решил ее так: принайтовил глубинную бомбу к резиновой лодке (с небольшой течью) и осторожно пустил последнюю в направлении, с которого, по его расчетам, должен был появиться преследующий подводную лодку корабль охранения.

Состав главных сил охранения

Командующему главными силами охранения пришлось действовать с помощью тех кораблей охранения, которые он смог собрать. В его распоряжении находилось около 50 кораблей, лучшими из которых были 15 устаревших эскадренных миноносцев. Новые фрегаты уже поступали в состав действующих сил, но их явно не хватало для того, чтобы считать их реальной силой. Оикава понимал, что крупные конвои с большим числом кораблей охранения помогут решить поставленную перед ним задачу, но это влекло за собой более длительное время стоянки судов в портах в ожидании кораблей охранения. Часто обстановка требовала выхода судов с тем числом кораблей охранения, которые имелись в наличии в данный момент, а иногда даже вообще без охранения.

В декабре была сформирована 901-ая военно-морская авиационная флотилия, предназначавшаяся исключительно для целей охранения. В составе сил Оикавы имелось четыре конвойных авианосца, которые вначале использовались для переброски самолетов на юг. Когда их освободили от решения этой задачи, все они нуждались в ремонте. Молодые летчики, назначенные в 901-ую флотилию, оказались неподготовленными, что приводило к многочисленным потерям, но как только они приобретали необходимый опыт, их переводили на авианосцы Объединенного флота.

Не имея достаточного количества сил охранения, Оикава разработал план постановки гигантского минного барьера между Японией и островом Борнео, под прикрытием которого японское судоходство находилось бы в относительной безопасности. Этот план не получил быстрого одобрения морского генерального штаба, поскольку запасы минного оружия Японии сохранялись на случай возможного вступления в войну России. Тем временем главное командование сил охранения пыталось решать поставленные перед ним задачи теми имевшимися в его распоряжении силами, которые не соответствовали этим задачам. Осенью 1943 года в ВМС Японии заметили, что тактико-технические данные американских торпед улучшились, а в декабре японские корабли получили убедительное доказательство того, что больше нельзя рассчитывать на дефекты торпед.

Подводная лодка "Сейлфиш" против авианосца "Хийо"

3 декабря японское оперативное соединение в составе легкого авианосца "Зуйхо" (под флагом командира соединения), двух конвойных авианосцев "Хийо" и "Унё", тяжелого крейсера "Мая" и двух эскадренных миноносцев находилось на переходе от островов Трук в Токио. Авианосцы возвращались после рейса по переброске самолетов. Установившихся принципов противолодочной борьбы не существовало. Все без исключения командиры эскадренных миноносцев считали, что организация защиты конвоев являлась насущной необходимостью. Из Токио по радио было получено предупреждение о том, что в районе перехода соединения, возможно, находится подводная лодка. Оперативное соединение проходило область тайфуна; скорость ветра достигала 92,5 км/час; шел проливной дождь. На авианосце "Зуйхо" объявили боевую тревогу, однако вскоре после полуночи, учитывая состояние погоды и 18-узловую скорость соединения, японское командование решило, что угроза миновала, и соединение легло на прямой курс. Первым признаком присутствия подводной лодки явилось попадание торпеды в авианосец "Хийо".

"Хийо" дал обычный сигнал, обозначавший "я торпедирован", но связь оказалась нарушенной, и единственным кораблем, который получил сигнал, был крейсер "Мая". Но он ничего не предпринял в ответ на этот сигнал. Командир эскадренного миноносца "Урокадзе", наблюдая маневрирование крупных кораблей, решил, что один из них получил попадание, но, поскольку он не имел никаких указаний, продолжал идти прежним курсом. Примерно через полчаса после полуночи командир "Хийо" передал в Токио новое донесение о том, что авианосец получил попадание торпедой, в кубриках возник пожар, но корабль сохранил ход.

Командир авианосца "Зуйхо" впервые узнал о попадании торпеды в один из кораблей соединения из сообщения, полученного около 04.00 из Токио. Он приказал авианосцу "Унё" взять "Хийо" на буксир и следовать под эскортом двух эскадренных миноносцев. Однако позже от этого плана пришлось отказаться. В 06.00 "Хийо" получил попадание второй торпедой, потерял ход и оказался беспомощным. Об этом сообщили в Токио. На помощь "Хийо" подошел крейсер "Мая". Командир соединения приказал авианосцу "Унёё" оказать "Хийо" помощь. Командир "Унё" направил к "Хийо" два эскадренных миноносца, чтобы нейтрализовать подводную лодку противника совместными усилиями. Тем временем эскадренный миноносец "Урокадзе" потерял из виду и "Унё", и "Хийо". Он обнаружил "Хийо" в тот самый момент, когда в него попала еще одна торпеда и он затонул.

Это было результатом действий подводной лодки "Сейлфиш" (командир Уорд). Когда "Сейлфиш" установил радиолокационный контакт (непосредственно перед наступлением полуночи 3 декабря), стало очевидно, что он обнаружил японское соединение в составе нескольких крупных кораблей и двух эскадренных миноносцев, шедших в северо-западном направлении со скоростью 18 узлов. "Сейлфиш" дал полный ход, но в условиях штормовой погоды смог развить лишь 12 узлов. С такой скоростью хода "Сейлфиш" почти полностью зарывался в волнах, которые с силой ударялись о корпус лодки и периодически перекатывались через мостик. Сигнальщики на мостике, стоявшие лицом к ветру, испытывали мучительную пытку: капли дождя, гонимые ветром со скоростью 90 км/ час, били как картечь, и каждая попадавшая в глаз капля на какое-то время ослепляла. Командир лодки находился на мостике, не прикрытый ничем, как и они, напрягал все свое зрение, чтобы преодолеть темноту. Это была ночь, когда радиолокатор все существенно изменил.

Около полуночи ближайший корабль включил прожектор, луч которого светил в направлении "Сейлфиша", и Уорд погрузился на глубину 12 метров, положившись полностью на радиолокатор. Осуществить методическое сближение было невозможно, и поэтому Уорду пришлось действовать в соответствии с требованиями быстро меняющейся обстановки. Уорд определил, что он находится на левом фланге соединения, четыре крупных корабля которого шли в строю пеленга с наиболее крупным кораблем в центре, и что "Сейлфиш" был всего в двух кабельтовых от курса ближайшего эскадренного миноносца. Когда самый крупный корабль оказался на дистанции 10,5 кабельтова, Уорд выпустил четыре торпеды. Две из них, по его мнению, попали в цель. Сброшенные противником глубинные бомбы взорвались на достаточно большом удалении, и "Сейлфиш" ушел на глубину, чтобы произвести перезарядку торпедных аппаратов. В течение полутора часов, пока производилась зарядка торпедных аппаратов и все приводилось в готовность, подводная лодка находилась в спокойной обстановке на глубине более 30 метров. Потом она снова всплыла в бурном море, чтобы попытаться восстановить контакт.

Примерно в 03.00 на экране радиолокатора "Сейлфиша" появился импульс, но только почти в 06.00, когда уже приближались утренние сумерки, Уорду удалось выйти на дистанцию менее 20 кабельтовых. Через непродолжительное время рассвет вынудил бы его произвести погружение, и поэтому Уорд выпустил четыре торпеды с дистанции 15,5 кабельтова. По его оценке, две торпеды попали в цель. Одна из них взорвалась со страшным грохотом. Японцы открыли ураганный огонь, включая стрельбу осветительными и трассирующими зенитными снарядами, но, несмотря на эту иллюминацию, Уорд так и не смог опознать цель. Когда трассы снарядов стали идти в его направлении, Уорд приказал погрузиться.

Примерно в 09.00 он обнаружил поврежденный авианосец без хода в охранении эскадренного миноносца. Управлять подводной лодкой по глубине было на редкость трудно. На глубине 18,3 метра Уорд мог видеть только зеленую воду, а на глубине 16,8 метра "Сейлфиш" оказывался почти полностью в надводном положении всякий раз, когда очередная большая волна проходила над ним. Уорд продолжал сближаться. Наконец ему удалось занять выгодную позицию, и трехторпедным залпом он добил авианосец "Хийо".

Использование торпеды в штормовых условиях явилось решающим испытанием ее возможности поддерживать ход, не взрываясь преждевременно от ударов бурлящей воды, точно сохранять заданную глубину хода и своевременно взрываться при ударе о цель. Усовершенствованная торпеда "Мк-14" успешно выдержала это испытание. Авианосец "Хийо" пошел ко дну. Это был первый крупный японский боевой корабль, потопленный подводной лодкой после того, как подводная лодка "S-44" торпедами "Мк-10" потопила крейсер "Како".

Спустя 10 минут после торпедного залпа Уорд в перископ осмотрел горизонт. На пеленге цели ничего не оказалось, но как только он повернул перископ, чтобы поймать в поле зрения эскадренный миноносец, обнаружил тяжелый крейсер в 16,5 кабельтова от себя. Он шел прямо на "Сейлфиш". Застигнутый в положении, из которого выйти в атаку было невозможно, Уорд смог только пойти на глубину, чтобы уклониться, потеряв тем самым всякую возможность нанести удар по крейсеру "Мая". Крейсер, видимо, находился за поврежденным авианосцем, когда Уорд выходил в последнюю атаку.

Через три дня "Сейлфиш" был поврежден в результате внезапной атаки японского самолета, но он заделал повреждения и продолжат патрулирование, в ходе которого потопил еще два грузовых судна. После окончания войны стало известно, что примерно половина экипажа американской подводной лодки "Скалпин" перебрасывалась с островов Трук в Японию на авианосце "Хийо" и, за исключением одного человека, погибла вместе с японским авианосцем.

Декабрьские итоги

Ночью 18 декабря подводная лодка "Грейбэк" потопила грузовое судно при атаке конвоя у островов Нансей. Через три часа она всплыла для преследования конвоя. Однако обнаруживший ее еще до всплытия японский эскадренный миноносец только этого и ждал. Последовала атака глубинными бомбами по видимой при лунном свете кильватерной струе от "Грейбэка". Подводная лодка погрузилась и произвела из кормовых труб четырехторпедный залп. В результате эскадренный миноносец "Нумакадзе" пошел ко дну настолько быстро, что даже не смог дать донесения по радио. По японским данным, "Нумакадзе" числится с этого времени пропавшим без вести примерно в этом районе.

20 декабря подводная лодка "Паффер" потопила старый японский эскадренный миноносец "Фуйо" вблизи бухты Субик (Филиппинские острова). Однако в декабре действия подводных лодок были менее успешными, чем в рекордном ноябре. В декабре 1943 года подводные лодки США потопили всего 29 судов, а в ноябре 45. В результате ударов авианосной авиации по Кваджелейну и Кавиенгу, действий авиации берегового базирования в районе Маршалловых островов, а также ударов по японским судам в китайских портах авиации армии США, базировавшейся на территории Китая, общие потери Японии достигли 58 судов, тоннаж которых составлял примерно 200000 тонн.

1944 год

К 1944 году американские подводные силы стали мощнее, чем когда-либо раньше. Подводный флот в центральной части Тихого океана насчитывал 73 подводные лодки. Кроме того, в Австралии находились 24 подводные лодки, а в январе численность подводных лодок под командованием Кристи довели до 30 единиц. В течение 25 месяцев войны США потеряли от всех причин 25 подводных лодок (две из них - на Атлантике). За это же время Япония потеряла 47 подводных лодок. Все американские подводные лодки имели на вооружении радиолокатор. Наконец были улучшены и взрыватели торпед. Новое взрывчатое вещество значительно увеличило разрушительную силу торпед. На вооружение приняли электрическую торпеду.

Несмотря на трудности с торпедами, американские подводные лодки топили значительно больше того числа кораблей, которое могли дать японские судостроители. В течение 25 месяцев войны американские подводные лодки потопили 30 кораблей и 435 торговых судов Японии. Начав войну с торговым тоннажем, равным примерно 6 млн. тонн, Япония к 1944 году имела лишь 5 млн. тонн. Несколько улучшились дела Японии с танкерами, однако после улучшения взрывателей торпед среднемесячные потери японских судов от подводных лодок удвоилис.ь; увеличились потери и в танкерах.

Планы и боевые действия подводных сил на Тихом океане

Развертывание наступления в центральной части Тихого океана оказало большое влияние на планирование и ведение боевых действий подводных сил на Тихом океане в целом. В течение первых 20 месяцев войны патрулирование подводных лодок севернее экватора могло осуществляться без особой взаимосвязи с боевыми действиями других сил флота. На патрулировании подводные лодки находились по два месяца. Выход подводных лодок должен был планироваться с учетом обстановки, которая могла сложиться в ходе всего патрулирования. Крупная наступательная операция предусматривала, что вначале японские суда двинутся в район боевых действий, а затем, вероятно, их движение прекратится; что будут задействованы все виды перевозок; что для действий подводных лодок могут создаться весьма благоприятные условия, поскольку появится возможность предвидеть предпринимаемые японцами оборонительные меры.

Локвуд посещал совещания, проводившиеся ежедневно в штабе командующего Тихоокеанским флотом, и принимал участие в разработке планов будущих операций. После утверждения этих планов Локвуд ставил задачи подводным лодкам. После этого штаб приступал к детальному планированию. Количество подводных лодок, которое могло быть выделено, определяли на совещаниях с командирами эскадр подводных лодок; наметили районы боевых действий для подводных лодок; согласовывали вопросы материально-технического обеспечения; разрабатывали план связи; издавали приказы на патрулирование; проводили предпатрульные совещания с командирами подводных лодок и приводили лодки в готовность к выходу в назначенный срок.

С выходом подводных лодок в море связь с ними осуществлялась через командный пункт при штабе командующего подводными силами на Тихом океане, находившийся под руководством Воги. В командный пункт поступали многочисленные сведения от подводных лодок, из берегового штаба Нимица, а также из объединенного разведывательного центра. Командный пункт через узел связи мог быстро передать радиограммы подводным лодкам.

На командном пункте имелась большая магнитная карта Тихого океана. Магнитные маркеры указывали расчетное место каждой подводной лодки в назначенном ей районе действий. Через переговорную трубу, связанную с находившимся ниже узлом связи, приказания могли быть переданы подводным лодкам. Из командного пункта через радиостанцию "Хайку Фокс" передавались радиограммы: приказания Локвуда подводным лодкам, краткие распоряжения, которые могли привести их к триумфу или гибели, благодарности и поощрения, информация об обстановке в соседних районах. От подводных лодок по этому же каналу радиодонесения поступали значительно реже.

Потери японских подводных лодок

13 января подводная лодка "I-181" вышла из Рабаула для решения транспортных задач и не дошла до места своего назначения. Наземные наблюдатели японской армии сообщали, что 16 января в Проливе Сент-Джорджес-Чаннел американские надводные корабли уничтожили японскую подводную лодку. 30 января подводная лодка "I-171" вышла из Рабаула на остров Бука, и после 3 февраля о ней не слышали. 1 февраля вблизи атолла Грин-Айлендс (между мысом Сент-Джорж и островом Бука) американские эскадренные миноносцы "Квест" и "Хадсон" потопили японскую подводную лодку. Если не принимать во внимание незначительное расхождение в датах, это могла быть "I-171". 3 января с островов Трук для действий в районе островов Новые Гебриды вышла подводная лодка "RO-37". На ее боевом счету была одна из двух успешных атак, проведенных японскими подводными лодками в южной части Тихого океана в январе. "RO-37" удалось тогда (22 января) атаковать и потопить флотский танкер "Каше". Однако торжество ее было недолгим. Американский эскадренный миноносец "Бучанан", шедший на помощь танкеру, установил контакт с этой подводной лодкой и атаковал ее глубинными бомбами. В ходе этих атак "RO-37" была уничтожена.

Подводные лодки Брисбена

Американские подводные лодки не принимали непосредственного участия в наступлении союзников на юго-западе, хотя продолжали решать специальные и разведывательные задачи. Подводные лодки, базировавшиеся на Брисбен, имели благоприятные возможности для потопления японских судов на маршруте между островами Палау и Трук. Чтобы совершить переход в этот район, подводные лодки обычно выходили из Брисбена в Тулаги, где производили прием топлива, перед тем как следовать в назначенный район действий. В начале января этим маршрутом из Брисбена вышли три подводные лодки - "Скэмп", "Альбакор" и "Гардфиш" (командир Уорд). 14 января они заняли позиции на небольшом удалении одна от другой на маршруте конвоев между островами Палау и Трук, а подводная лодка "Блэкфиш", находившаяся в 400-500 милях к востоку, передавала им сообщения о контактах с обнаруженными ею конвоями.

Примерно в полдень 14 января лодка "Гардфиш" установила контакт с двумя японскими эскадренными миноносцами. Она стала преследовать их, но они исчезли в северо-восточном направлении. Вскоре после этого на "Гардфише" услышали сильный взрыв, и Уорд увидел столб огня и дыма, поднявшийся на высоту 150 метров. Это подводная лодка "Альбакор", находившаяся в 20 милях от "Гардфиша", встретила те же самые эскадренные миноносцы.

"Альбакор" установил контакт с эскадренными миноносцами в то самое время, когда они исчезли из поля зрения "Гардфиша". Бланчард испытывал трудности в занятии выгодной позиции, так как эскадренные миноносцы шли неравномерным зигзагом. Однако после часового маневрирования ему все же удалось занять позицию для стрельбы из кормовых торпедных аппаратов. Он выпустил четыре торпеды, которые попали в эскадренный миноносец "Сазанами". Последовавшие взрывы и наблюдали на "Гардфише". Затем "Альбакор" подвергся продолжительной атаке глубинными бомбами, а в это время в нескольких милях к юго-востоку японский конвой попал в опасное положение.

Подводная лодка "Скэмп" установила контакт с этим конвоем (он состоял из трех больших танкеров и двух эскадренных миноносцев охранения, шедших курсом на восток) вскоре после полудня - в то время, когда в нескольких милях к северу "Альбакор" подвергся атаке. Примерно через час после атаки эскадренного миноносца "Сазанами" Эберт выстрелил две торпеды из носовых аппаратов по крупному японскому танкеру и ясно слышал два попадания. После этого лодке "Скэмп" пришлось уйти на глубину, чтобы избежать столкновения с другими танкерами, поэтому она не видела результатов своей атаки, но и на этот раз поблизости оказался свидетель. В перископ Уорд увидел на горизонте второй большой грибовидный столб дыма, возвестивший о гибели танкера "Ниппон-мару" (10000 тонн).

"Гардфишу" пришлось обойти район, в котором "Альбакор" подвергся атаке, но пока японский эскадренный миноносец был занят атакой, "Гардфишу" удалось выйти вперед по курсу конвоя, который атаковала подводная лодка "Скэмп". Почти через четыре часа после атаки "Скэмпа" подводная лодка "Гардфиш" выпустила шесть торпед по крупному танкеру и наблюдала пять попаданий. В результате танкер "Кенё-мару" (10000 тонн) также пошел ко дну. Интенсивные действия на маршруте конвоев между островами Трук и Палау продолжались весь январь, потому что японцы перебрасывали топливо и снабжение на острова Трук для своего флота. В январе на этом маршруте подводные лодки потопили восемь судов.

Подводные лодки Пирл-Харбора

В январе под командованием Локвуда находилось уже больше подводных лодок. В этом месяце у берегов Японии, в Восточно-Китайском море и в районе подмандатных островов они потопили 33 японских торговых судна. В результате январь стал еще одним месяцем больших успехов, когда от всех причин японцы потеряли торговых судов общим тоннажем 355000 тонн. В центральной части Тихого океана Япония понесла значительные потери и в боевых кораблях. 16 января у пролива Бунго подводная лодка "Стёрджон" попаданием двух торпед в японский эскадренный миноносец "Судзуцуки" подорвала у него носовую и кормовую части, однако его удалось отвести в Курэ, где в течение девяти месяцев он находился в ремонте. В январе "волчья стая" в составе подводных лодок "Хэлибат", "Таллиби" и "Хэддок" патрулировала в районе Марианских островов, имея весьма незначительное количество контактов с противником. Однако 19 января "Хэддок" (командир Роач) установил контакт с оперативным соединением, состоявшим из двух авианосцев и нескольких эскадренных миноносцев. Соединение приближалось настолько быстро, что через три минуты после установления контакта "Хэддоку" пришлось погрузиться, а его попытка сообщить по радио о контакте двум другим подводным лодкам группы успеха не имела. Роач, который впервые командовал лодкой на патрулировании, удачно сблизился и выпустил шесть торпед по одному из авианосцев. Это был конвойный авианосец "Уне", который получил тяжелые повреждения.

Подводная лодка "Сордфиш" и судно-ловушка

"Сордфиш" (командир Хенсель) патрулировал на подходах к Токио. Хенсель являлся командиром 101-го дивизиона подводных лодок, но на время этого патрулирования на него возложили обязанность командира подводной лодки "Сордфиш".

Командиры других дивизионов подводных лодок выходили в море в качестве командиров "волчьих стай", чтобы разделить опасность с экипажами подводных лодок и самим познакомиться с обстановкой, в которой они действовали. Хенселя не удовлетворяла такая роль, так как только командир подводной лодки чувствует всю полноту ответственности за корабль, его экипаж и за решение возложенных на него задач. Только он обязан принимать решения, нередко не имея нужной информации. Хенсель хотел командовать. И когда подводная лодка "Сордфиш" после бесплодного патрулирования вошла в базу на атолле Мидуэй, командиром "Сордфиша" был назначен Хенсель.

Девятое патрулирование "Сордфиша" оказалось безрезультатным и коротким из-за многочисленных технических неполадок. Командир его донес, что состояние лодки не позволяет вести патрулирование у японских берегов. Командир дивизиона Хенсель получил приказ вылететь из Пирл-Харбора на Мидуэй и принять командование подводной лодкой.

К удовлетворению Хенселя, "Сордфиш" привели в пригодное для плавания состояние, и 29 декабря он вышел в свое десятое патрулирование. Экипаж лодки был взволнован, но хранил молчание Личный состав полагал, что капитан 2 ранга Хенсель был слишком стар для командования лодкой.

Переход в район патрулирования показал, что "Сордфиш" действительно имел целый ряд технических неполадок. Средняя цистерна не действовала из-за заедания клапана. Радиолокатор был ненадежен. Механизмы управления рулями сильно шумели. Торпедный автомат стрельбы был устаревшим. На "Сордфише" имели место пожары от замыканий в электросети, что говорило о неисправности изоляции. В результате почти вся углекислота, предназначенная для тушения пожара, оказалась израсходованной.

В ночь на 14 января на удалении более 100 миль к югу от Токио "Сордфиш" обнаружил конвой в составе четырех судов и трех кораблей охранения. Сблизившись с конвоем, Хенсель потопил судно "Ямакуни-мару", Контратака противника была яростной и точной. Взрывы нарушили крепление шпангоутов. Система управления рулями стала очень сильно шуметь.

На глубине 97 метров "Сордфиш" обнаружил слой скачка и ушел от преследования. После этого "Сордфиш" всплыл для зарядки аккумуляторной батареи и до наступления рассвета произвел перезарядку торпедных аппаратов. Тем временем обнаружилось, что распределительный щит главного электромотора подводной лодки был сорван с креплений во время сбрасывания противником глубинных бомб. Когда на рассвете лодка пошла на погружение, "Сордфиш" остался без электроэнергии. В центральном посту управления энергетической установкой и в насосном отделении возник пожар. Подводная лодка с большим дифферентом на нос начала проваливаться, а затем стала стремительно всплывать и оказалась беспомощной на поверхности моря. Экипаж всячески пытался восстановить ход, чтобы уклониться от приближавшегося сторожевого катера. Наконец удалось дать ход одной машиной, и лодка погрузилась. Следующей ночью Хенсель всплыл для преследования противника. Между тем японцы приготовили для "Сордфиша" сюрприз.

Многие командиры американских подводных лодок считали до этого, что они имели дело с японскими судами-ловушками, хитроумно приспособленными для заманивания подводных лодок выйти в атаку, которая неожиданно могла превратиться для них в смертельную контратаку. Однако если кто-либо из них и встречал что-нибудь подобное, то это, должно быть, было не чем иным, как импровизацией местных командиров, так как первым японским судном, специально переоборудованным в судно-ловушку, было "Дели-мару" - торговое судно водоизмещением 2000 тонн. В судно-ловушку его переоборудовали в Сасэбо. Оно имело бомбометы, замаскированные орудия, гидролокатор и дополнительные водонепроницаемые переборки для сохранения плавучести и боеспособности при попадании в него одной-двух торпед. Оно также имело специальное оборудование для детонации магнитных взрывателей торпед на безопасном от судна расстоянии. Экипаж "Дели-мару" был укомплектован личным составом японского военно-морского флота.

14 января "Дели-мару" было готово к выходу в море. В этот день "Сордфиш" потопил "Ямакуни-мару". В ночь на 15 января в сопровождении двух кораблей охранения "Дели-мару" вышло из залива с целью вызвать подводную лодку на атаку, а затем уничтожить ее хорошо продуманной контратакой. Экипаж судна-ловушки не мог знать, что судьбу его решит подводная лодка "Сордфиш". Первую часть задачи судну-ловушке удалось решить успешно - Хенсель легко поддался соблазну. Получив около 22.00 15 января эхо, а вскоре установив и радиолокационный контакт на дистанции 70 кабельтовых, Хенсель на полном ходу в надводном положении стал сближаться с целью. Из-за света луны выйти в атаку было нельзя. По этой причине вскоре после полуночи "Сордфиш" погрузился на перископную глубину. Когда дистанция до цели сократилась до 30 кабельтовых, Хенсель опознал ее как торговое судно, шедшее в охранении двух миноносцев. Хенсель намеревался произвести маневр, чтобы дать залп из кормовых торпедных аппаратов, но когда цель сделала зигзаг и оказалась к подводной лодке левым бортом, он изменил решение и выпустил три торпеды из носовых торпедных аппаратов. И все они попали в цель.

Первая торпеда попала в борт в районе мостика, и цель скрылась за столбом водяных брызг и пламени. "Сордфиш" ушел на глубину, безуспешно пытаясь найти слой скачка, чтобы укрыться под ним. В это время послышался ряд взрывов, и Хенсель подумал, что цель, возможно, имела груз боеприпасов. Последовала атака противника. Глубинные бомбы взрывались недалеко от подводной лодки. Однако к 03.00 она смогла всплыть и уйти из опасного района.

Взрывом первой торпеды командир "Дели-мару" был сброшен с мостика в море, а последующие две торпеды послали судно-ловушку за ее командиром - на морское дно. Японские корабли охранения сообщили, что они уничтожили подводную лодку. "Дели-мару" играло роль судна-ловушки меньше суток.

Развертывание лодок на операцию "Флинтлок"

В порядке подготовки ко дню "Д" операции "Флинтлок" было развернуто шесть подводных лодок. Три подводные лодки - "Пермит", "Скипджэк" и "Гардфиш" находились у островов Трук. "Сил" находился у острова Понапе, "Санфиш" - у острова Кусаие и "Сирейвн" - у атолла Эниветок. В их задачу входило патрулирование, поиск кораблей японского флота и спасение летчиков авианосной авиации. Планом операции предусматривалось, что в случае контакта с оперативным соединением противника, подходящим к Маршалловым островам, главной задачей подводных лодок являлось немедленное донесение о контакте. Им не разрешалось выходить в атаку, пока они не передадут такого донесения.

Этот приказ не одобрялся командирами подводных лодок, которые понимали, что, если немедленно не атаковать обнаруженную цель, может быть упущена редкая возможность достижения успеха. К счастью, на подводную лодку "Хэддок", когда она атаковала "Унё", упомянутое требование не распространилось, иначе этот конвойный авианосец наверняка остался бы невредимым. В ходе операции "Флинтлок" полемика между командирами лодок и штабом носила чисто теоретический характер, так как не было ни одной вылазки крупных кораблей японского флота, которые могли бы оказать противодействие американскому флоту. Однако эти требования остались в силе для последующих операций.

Подводная лодка "Скипджэк", находившаяся в соответствии с планом операции "Флинтлок" восточнее островов Трук, 26 января потопила переоборудованную плавучую базу гидросамолетов "Окитсу-мару" и эскадренный миноносец "Судзукадзе". 1 февраля подводная лодка "Гардфиш", патрулировавшая южнее островов Трук, потопила эскадренный миноносец "Утикадзе". Подводная лодка "Пермит", находившаяся севернее Трук, наблюдала, как японское оперативное соединение, в состав которого входили два линейных корабля, вышло из базы на островах Трук и повернуло на запад к островам Палау. "Пермит" смог сблизиться с соединением лишь до дистанции 12 миль, и как только оно скрылось за горизонтом, он всплыл и пытался передать донесение о контакте. Через 7 минут появились японские самолеты. Они вынудили "Пермит" погрузиться. Когда самолеты улетели, подводная лодка снова всплыла для передачи донесения в Пирл-Харбор. В течение часа и 19 минут она вызывала Пирл-Харбор, где наконец приняли донесение, и "Пермит" погрузился. С начала войны ни одна лодка не находилась столь продолжительное время в надводном положении днем так близко к островам Трук.

Подводная лодка "Триггер" (командир Дорнин), которая не выделялась для участия в операции "Флинтлок", но патрулировала примерно в 300 милях севернее островов Трук, 31 января атаковала торпедами эскадренный миноносец "Мичишио" и потопила плавучую базу подводных лодок "Ясукуни-мару". Плавбазу "Ясукуни-мару" (12000 тонн) отремонтировали и перевооружили в Японии с целью замены легкого крейсера "Катори" в качестве флагманского корабля 6-го флота, так как "Катори" был крайне необходим для усиления значительно ослабленных легких надводных сил японского флота. Крупная плавбаза подводных лодок с двумя другими большими судами и двумя эскадренными миноносцами в охранении возвращалась на острова Трук, когда ее обнаружил "Триггер". Дорнин атаковал суда, находясь в надводном положении. Замысел первой атаки оказался частично нарушенным из-за того, что один из кораблей охранения ошибочно был принят за концевое судно колонны, которое Дорнин наметил своей целью. Корабль охранения был сильно поврежден, но не затонул. За два последующих часа "Триггер") догнал конвой и снова атаковал его. До рассвета он добился по меньшей мере двух попаданий торпед в плавбазу "Ясукуни-мару", которая пошла на дно настолько быстро, что из ее экипажа спаслось только 43 человека.

Штурм атолла Кваджелейн

29 января четыре быстроходные авианосные группы 58-го оперативного соединения под командованием Митчера начали наносить удары по Маршалловым островам. Эти удары оказались настолько эффективными, что к вечеру того же дня к востоку от атолла Эниветок не осталось ни одного боеспособного японского самолета. В это время на Маршалловых островах находились три или четыре японские подводные лодки. Подводная лодка "RO-39" получила приказ выйти к атоллу Вотье для уничтожения противника. С тех пор от нее не поступало никаких донесений. 1 февраля американский эскадренный миноносец "Уокер" в районе, где американские подводные лодки не должны были действовать, установил радиолокационный контакт и осветил осветительным снарядом подводную лодку, находившуюся в надводном положении. Это была "RO-39". Лодка пошла на погружение, которое, однако, оказалось недостаточно быстрым. Первой же атакой глубинными бомбами "RO-39" была уничтожена.

.Главные силы японского флота, базировавшиеся на островах Трук, не могли оказать противодействие операции "Флинтлок". Три штурмовые группы в составе 217 судов, на которых находились 4000 солдат американской морской пехоты и сухопутных войск, подошли к Маршалловым островам. Десантные войска высадились на трех участках. Атолл Маджуро, в 270 милях юго-восточнее Кваджелейна, был занят без сопротивления. Ко 2 февраля удалось полностью захватить острова Рой и Намур (у северной оконечности Кваджелейна). 4 февраля противник прекратил сопротивление и на Кваджелейне (третий пункт высадки). Маршалловы острова перешли под контроль США.

Минная разведка

В результате этой победы в объединенный разведывательный центр США поступило много трофейных документов. Среди них были японские секретные Извещения мореплавателям, определявшие границы запретных для плавания районов. В этих районах были поставлены мины. Для американских подводных лодок Извещения мореплавателям явились самой ценной находкой.

Минная война поставила перед Японией одну из самых трудных военных дилемм. Если бы районы минных постановок сохранялись в слишком большой секретности, японские корабли подрывались бы на собственных минах (и это фактически имело место). Если бы координаты минных постановок сообщались широкому кругу лиц, в США могли бы узнать их. С целью решения этого вопроса в Японии издали секретные Извещения мореплавателям, в которых все секретные сведения обрамлялись красной окантовкой, чтобы лишний раз напомнить о секретности документа. Это оказалось весьма важным для американского объединенного разведывательного центра при командующем тихоокеанскими военно-морскими силами: при большой массе документов переводчики могли сосредоточить свое внимание в первую очередь на текстах, выделенных красной окантовкой, и сведения о новых минных постановках через непродолжительное время могли быть предоставлены в распоряжение подводников.

Гибель подводной лодки "Скорпион"

И все же сведения о минных постановках поступили к американским подводникам не достаточно своевременно, чтобы сохранить подводную лодку "Скорпион". Последнее сообщение от нее было получено 6 января во время ее перехода в Желтое море.

В августе Япония выставила 200 мин в Желтом море. Секретные Извещения мореплавателям со сведениями об этом минном заграждении были захвачены на Кваджелейне более чем через месяц после его постановки. Навигационные карты американских подводных лодок, действовавших в данном районе, показывают, что многие из них неоднократно пересекали запретный район в том и другом направлениях и благополучно возвращались в базы. 200 мин для такого обширного района являлись не более чем символической угрозой, однако "Скорпион", видимо, случайно столкнулся с одной из них. Никто из членов экипажа лодки не спасся, и поэтому причина ее гибели неизвестна.

Глава XVIII. Февраль - март1944

Нанесение удара по островам Трук

В соответствии с планом операции "Хейлстоун" (нанесение удара авианосной авиацией по островам Трук) было развернуто десять подводных лодок. Три из них базировались на Брисбен, а остальные - на Пирл-Харбор. Подводная лодка "Сирейвн" с целью решения задачи по спасению летчиков находилась севернее островов Трук, а южнее их с той же целью находилась подводная лодка "Дартер". Остальные подводные лодки были развернуты по дуге радиусом около 150 миль с северо-запада на юго-запад от островов Трук, с тем чтобы перехватывать любые японские корабли, покидающие острова Трук. Это были подводные лодки "Санфиш", "Скейт", "Тэнг", "Эспро", "Барфиш", "Дейс" и "Гэтоу".

Острова Трук были покрыты японскими оборонительными сооружениями, и, чтобы подойти к ним, Спрюэнс должен был идти какое-то время в пределах радиуса действия авиации с японских авиационных баз. Предполагалось, что американские авианосцы будут обнаружены, и поэтому им придется совершать переходы к островам и обратно в условиях противодействия японской авиации наземного базирования. Более того, считалось, что авианосцы, вероятно, будут находиться под длительным наблюдением, поскольку в их задачу входило вынуждать японские корабли покинуть острова Трук. Ожидалось, что подводным лодкам представится благоприятная возможность атаковать японские корабли. По этой причине подводные лодки развернули на путях, которыми японские корабли могли воспользоваться для перехода на острова Палау или на остров Сайпан.

Острова Трук

Находясь на островах Трук, Кога понимал, что имевшаяся там якорная стоянка больше не обеспечивала безопасности кораблей от ударов авиации. Она находилась в пределах радиуса действия американских тяжелых бомбардировщиков, базировавшихся на острове Кваджелейн или на острове Бугенвиль. Вскоре после падения Кваджелейна Кога вывел в море и направил на более безопасные якорные стоянки на островах Палау некоторые крупные корабли Объединенного флота. Лодка "Пермит" обнаружила движение первой группы кораблей и донесла об их уходе, но сама не могла сблизиться на дистанцию торпедной стрельбы. Когда 4 февраля командир авиационной группы на Соломоновых островах выслал с Бугенвиля самолет авиации морской пехоты США для фотографирования островов Трук, Кога понял, что его флагманский корабль обнаружен. После этого он покинул острова Трук на линейном корабле "Мусаси" и пошел в Японию, а оставшиеся авианосцы и крейсера направил к островам Палау. Лодка "Пермит" атаковала японские корабли, следовавшие к островам Палау, но не добилась ни одного попадания.

Легкий крейсер "Агано" оказался менее счастливым. Его ремонтировали на островах Трук, устраняя повреждения, полученные в Рабауле, и только к 16 февраля он был готов к выходу в море. К этому времени подводные лодки были уже развернуты. За день до удара по островам Трук "Агано" вышел из Северного прохода (острова Трук), имея в охранении два эскадренных миноносца. Около 13.00 17 февраля лодка "Скейт" установила с "Агано" радиолокационный контакт. Грунер сблизился с японскими кораблями и поразил крейсер тремя или четырьмя торпедами. Перед рассветом 17 февраля авианосцы нанесли свой первый удар. Крупные боевые корабли успели уйти, но в лагуне находились подводные лодки и легкие надводные силы, а также более 50 торговых судов и вспомогательных кораблей флота. Для бомбардировщиков и торпедоносцев они были рыбой, оказавшейся в дождевой луже.

Японские подводные лодки и удар по островам Трук

Японским подводным лодкам, решавшим разведывательные задачи в районах Маршалловых островов и островов Гилберта, не удалось обнаружить крупные передвижения американского флота, предшествовавшие удару по островам Трук. Противолодочные действия американских сил значительно уменьшили их численность. Подводная лодка "I-11", которая вела наблюдение за островами Самоа, 11 января получила задание следовать к островам Эллис, и с тех пор от нее не поступало никаких донесений. Примерно в то же время подводная лодка "RO-39" была потоплена у острова Вотье. После этого туда срочно направили "I-175". Находясь на переходе, "I-175" встретила авианосное оперативное соединение Шермана, но, вероятно, так и не узнала об этом. В свою очередь линейный корабль "Пью Джерси" имел радиолокационный контакт с лодкой, и эскадренный миноносец "Чаретти" получил приказание произвести обследование района контакта. Он установил гидроакустический контакт с "I-175", после чего к поиску подводной лодки присоединился сторожевой корабль "Фэйр". Стрельбой из бомбомета "хеджехог" удалось добиться трех попаданий. Известий от "I-175" больше не поступало. Менее чем за два месяца до этого "I-175" потопила конвойный авианосец "Лиском Бей".

12 февраля подводная лодка "RO-40" вышла с островов Трук и направилась к островам Гилберта. 15 февраля она была обнаружена американскими экспедиционными силами, следовавшими к атоллу Эниветок, и потоплена неподалеку от Кваджелейна эскадренным миноносцем "Фелпо и тральщиком "Сейдж". Потопление японских подводных лодок свело на нет разведывательную деятельность подводных сил Японии.

15 февраля подводная лодка "Эспро" (командир Стивенсон) в соответствии с планом развертывания подводных лодок (операция "Хейлстоун") занимала позицию севернее островов Трук. В этот день она обнаружила японскую подводную лодку, которая шла в надводном положении. "Эспро" не мог сблизиться с ней в подводном положении. Поэтому Стивенсон выждал, пока японская подводная лодка прошла мимо, и тогда всплыл и начал преследование противника, держа его все время на визуальной видимости, используя высоко поднятый перископ. Из-за наступившей темноты "Эспро" потеряла визуальный контакт, но произвела сближение до 10,5 кабельтова по радиолокатору и выпустила четыре торпеды. Стивенсон отметил два попадания. Это была подводная лодка "I-43", которая за день до этого вышла с острова Сайпан и следовала к островам Трук.

Вскоре стало ясно, что Объединенный японский флот не сможет больше базироваться на острова Трук, которые перестали быть безопасным местом для базирования и ремонта подводных лодок и отдыха их экипажей. Было решено перевести штаб 6-го флота (главные японские подводные силы) снова в Японию. Однако прошло некоторое время, прежде чем это стало возможным. Лишенный поддержки, осуществлявшейся через острова Трук, Рабаул оказался совершенно беспомощным под непрерывными ударами с воздуха. Любое сообщение с Рабаулом было трудно осуществимым, а вскоре японское командование отказалось от его противовоздушной обороны. Находившиеся в Рабауле 100000 японских солдат, огромное количество снабжения и мощные оборонительные сооружения в сложившейся ситуации не могли быть использованы. Исчезла возможность использовать Рабаул и в качестве передовой базы подводных лодок. Штаб 7-ой эскадры подводных лодок из Рабаула вновь перевели на острова Трук. Из всех базировавшихся на Рабаул подводных лодок только четыре уцелели до момента этого перевода. Остальные 25 подводных лодок были потоплены в Коралловом море, в районе Соломоновых островов и у острова Новая Гвинея.

Подводные лодки, базировавшиеся на Брисбен

В начале февраля подводные лодки из Брисбена обеспечивали удары авиации по островам Трук, после чего суда противника оставили излюбленный лодками район патрулирования на маршруте острова Трук - острова Палау. Поэтому подводным лодкам Файва пришлось переместиться в район у западной оконечности острова Новая Гвинея, где в конце февраля им представилось широкое поле деятельности. Япония всеми силами пыталась создать новый оборонительный периметр с опорой на Новую Гвинею, куда двигались силы Макартура. Японское судоходство в этом районе находилось вне пределов досягаемости американской 5-ой воздушной армии или надводных сил. Но этот район был доступен подводным лодкам из Фримантла и Брисбена. Подводные лодки "Хейк", "Балао", "Гэтоу" и "Код" действовали в районе между Холландией и островом Хальмахера. Здесь в течение февраля они потопили восемь судов противника, противодействуя японским попыткам создать оборону до того, как нараставшее наступление достигнет этого района.

Служба снабжения партизан с основным ее элементом - подводной лодкой "Наруал" размещалась на восточном побережье Австралии. "Наруал" регулярно совершал походы к Филиппинским островам, однако многие из его переходов были далеки от обычного плавания. 2 марта "Наруал" вышел в бухту Бутуан (остров Минданао) с 70 тоннами боеприпасов и снабжения партизанских сил. Приняв на борт 28 пассажиров, в том числе двух женщин, подводная лодка вышла согласно графику.

На следующий день вблизи Филиппинских островов "Наруал" обнаружил японское судно с кораблем охранения. Латта (командир лодки) решил атаковать и одной торпедой подорвал носовую часть речной канонерской лодки "Каратсу". Японский корабль охранения контратаковал лодку глубинными бомбами. Латта отметил, что вторая глубинная бомба взорвалась на самом близком расстоянии из всех двухсот или более глубинных бомб, которые противник использовал против "Наруала" в ходе его десяти боевых выходов. Эта бомба взорвалась непосредственно над подводной лодкой, и только недостаточная глубина взрыва не позволила ей нанести "Наруалу" серьезные повреждения. Американские подводники хорошо знали архипелаг Сулу, так как Азиатский флот США базировался на него в предвоенный период, когда Харт произвел рассредоточение флота в предвидении возможного внезапного нападения противника на Манилу. Новому поколению подводников суждено было хорошо узнать архипелаг Сулу и порт Тавитави. "Наруал" шел со снабжением и боевым снаряжением для берегового наблюдательного пункта, дислоцировавшегося на острове Тавитави.

Уничтожение японских танкеров

Январь был тяжелым месяцем для танкерного флота Японии. Усовершенствование торпеды сделало ее для танкеров даже более грозной, чем для сухогрузных судов или боевых кораблей.

Чтобы облегчить нефтяной голод в Японии, главные эскортные силы сформировали два специальных конвоя. Первый состоял из танкеров "Ариаке-мару" и "Гойо-мару" и нового фрегата "Садо". 2 февраля, находясь на переходе в Восточно-Китайском море, этот конвой обнаружил подводную лодку "Тамбор" (командир Кефовер). В свою очередь "Тамбор" рано утром того же дня установил радиолокационный контакт с конвоем на дистанции 95 кабельтовых, но поскольку Кефовер не мог занять нужной позиции для атаки, он преследовал конвой весь день и почти всю ночь. Это дало ему возможность атаковать оба танкера из надводного положения. Кефовер, перед тем как корабль охранения вынудил его к погружению, наблюдал попадания в оба танкера.

В ходе контратаки фрегата "Садо" подводной лодке "Тэмбор" пришлось лечь на грунт на глубине 82 метра. Взрывы глубинных бомб сотрясали ее корпус. Только в 20.00 "Тэмбор" смог всплыть и уйти из этого района для устранения полученных повреждений. Оба танкера затонули, и в Японии было признано, что "Садо" фактически ничего не добился.

Авианосная авиация в ходе налета на острова Трук потопила четыре крупных танкера, включая "Тонан-мару" No3 (бывшая китобойная база), который в июле получил попадания невзорвавшимися торпедами, выпущенными с "Тиносы". В феврале подводные лодки, базировавшиеся на Фримантл, потопили в Южно-Китайском море двенадцать судов, в том числе несколько танкеров. 9 февраля в центральной части Южно-Китайского моря было атаковано и сильно повреждено судно "Тонан-мару" No2. Тем временем спешно сформированный второй танкерный конвой шел в северном направлении. В состав конвоя входило пять танкеров и фрегат "Шимушу".

19 февраля подводная лодка "Джек", патрулировавшая в Южно-Китайском море на японских коммуникациях между Сингапуром и Японией, обнаружила сначала один танкер, потом второй. Вскоре сигнальщики насчитали пять танкеров, шедших двумя колоннами в северном направлении. Хотя в японском конвое находился только один корабль охранения, Дайкерс решил, что ему удалось обнаружить три корабля охранения, в том числе один эскадренный миноносец. Избегая кораблей охранения, "Джек" занял позицию для атаки и выпустил четыре торпеды по компактной группе целей. Один из танкеров получил попадание торпедой. Его охватило яркое пламя, которое не дало возможности определить результаты действия других торпед. Корабль охранения рыскал вокруг, ведя ожесточенный огонь, а Дайкерс тем временем начал маневрировать, чтобы выйти в голову конвоя.

Только в полдень подводной лодке удалось снова установить контакт с конвоем. На горизонте появились четыре танкера без корабля охранения. "Джек" погрузился в 20 милях впереди по курсу конвоя и пошел на сближение в подводном положении. Солнце уже зашло, когда лодка вышла на позицию залпа. Дайкерс выстрелил торпеды из кормовых аппаратов одновременно по двум танкерам. Оба танкера получили попадания торпед, и на них возник пожар. Два других танкера стали отходить. Один из них шел с кораблем охранения, и Дайкерс избрал для атаки другой танкер. Вскоре он догнал его. Трехторпедный залп не поразил цель, и танкер открыл огонь из 127-мм орудия по атакующей подводной лодке. Отдельные снаряды ложились близко от подводной лодки, но Дайкерс продолжал оставаться в надводном положении. Вскоре он снова занял позицию для атаки. Новый залп был более удачным. Три торпеды попали в цель. Танкер взорвался и затонул. Пятый танкер и корабль охранения уцелели. Между тем в Токио приняли донесение о том, что все пять танкеров потоплены. Разгром конвоя окончательно убедил японское командование в том, что направлять важные конвои с одним кораблем охранения бессмысленно. Для обеспечения конвоев более значительными силами охранения при наличии небольшого их числа следовало увеличить состав конвоя. А японцы этого не хотели. И тем не менее увеличение состава конвоев было таким мероприятием, которого они не могли избежать; стали появляться конвои в составе до 15 судов с тремя и более кораблями охранения.

Японская система конвоев

Япония оказалась перед лицом продвижения противника в двух направлениях: Нимиц продвигался через центральную часть Тихого океана к Марианским островам, а от них по нескольким маршрутам в глубинные районы Японской империи; Макартур же наступал вдоль острова Новая Гвинея к Филиппинским островам. Японское высшее командование расценивало продвижение Макартура как главную угрозу снабжению Японии нефтью из Ост-Индии. И все же считалось необходимым оказать противодействие и Нимицу, и Макартуру, и Япония начала лихорадочно укреплять оборонительные сооружения на Сайпане и в западной части Новой Гвинеи.

Главные японские эскортные силы имели планы уменьшить потери от атак подводных лодок путем формирования крупных конвоев с большим числом кораблей охранения и выделения для руководства проводкой конвоев опытных офицеров. Конвои, предназначенные для следования на Марианские острова, условно назвали конвоями "Матсу" (сосновые), а конвои, предназначенные для следования на остров. Новая Гвинея - конвоями "Такс" (бамбуковые). Символически это означало: конвои будут могучие, как сосна, и прочные, как бамбук. Танкерные конвои получили условное наименование "Кана" с соответствующими цифровыми обозначениями.

Новые планы

12 марта комитет начальников штабов США принял решение обойти острова Трук и Кавиенг. Нимицу очередными объектами захвата были назначены острова Гуам, Тиниан и Сайпан. Для такого решения имелись веские доводы, одним из которых являлось то, что при базировании ВВС армии на Гуам и Сайпан Япония окажется в пределах радиуса действия бомбардировщиков В-29. Теперь следовало форсировать действия по очистке от японских сил Маршалловых островов и островов в южной части Тихого океана.

Из-за снижения активности противника в районах Рабаула и островов Трук число американских подводных лодок в Брисбене уменьшили до шести единиц. Три из них почти постоянно занимались обеспечением береговых наблюдателей и партизан на Филиппинских островах. Три другие подводные лодки могли быть использованы для действий против японского судоходства, связанного с западной частью Новой Гвинеи, а также для, решения специальных задач в интересах сил Макартура. В марте Файва перевели в штаб адмирала Кинга в Вашингтоне, а вместо него командование соединением подводных лодок в Брисбене 15 марта принял Хейнс.

Макартур готовился к дальнейшему продвижению вдоль побережья Новой Гвинеи. 23 марта подводная лодка "Дейс" (командир Клагетт) высадила разведывательную партию в районе Холландии, но эта партия была обнаружена японцами. В последующих действиях на острове Новая Гвинея подводные лодки не принимали участия.

Подводная лодка "Сэндленс" и конвой "Матсу" No2

Вторым крупным конвоем, направлявшимся на острова Гуам и Сайпан, был конвой "Матсу" No2. 12 марта он вышел из Токио и на следующий день оказался на позиции подводной лодки "Сэндленс" (командир Гаррисон). Подводная лодка в поисках добычи прибыла в район южнее Токио из Охотского моря. После успешных действий в феврале вблизи острова Парамушир 2 марта она потопила судно в районе южной группы Курильских островов. Прибыв 13 марта в район южнее Токио, подводная лодка располагала лишь шестью торпедами.

В новом районе действий подводной лодки отмечалась значительная активность авиации противника, и самолеты дважды загоняли "Сэндленс" под воду. Незадолго до 03.00 14 марта гидроакустик "Сэндленса" доложил о появлении эха от двух кораблей. Когда при ярком лунном свете Гаррисон поднял перископ, он увидел, что находится в центре конвоя "Матсу" No2.

Учитывая важность этого конвоя, командование Объединенного японского флота выделило в распоряжение главных эскортных сил легкий крейсер "Тацута" для усиления охранения конвоя. В состав конвоя входили помимо него эскадренный миноносец, пять торговых судов и несколько других кораблей. Решив атаковать корабли конвоя, Гаррисон выпустил из кормовых аппаратов две торпеды по крейсеру и две по крупному транспорту.

Обе цели были поражены торпедами. После этого Гаррисон развернул подводную лодку для использования носовых торпедных аппаратов и выпустил две последние торпеды по другому судну.

"Сэндленс" находился внутри конвоя, но корабль охранения не мог обнаружить его. Гаррисон наблюдал пожар на крейсере и видел, как тонет один транспорт, а другой, погрузившись носом, пускает черные клубы дыма. Вскоре гидроакустик доложил о приближении двух эскадренных миноносцев. "Сэндленс" ушел на глубину. За 18 часов корабли охранения сбросили на подводную лодку 105 глубинных бомб, но все они были установлены для взрыва на глубине 76 метров и не могли причинить большого вреда лодке, находившейся на большей глубине.

По мнению японцев, американские подводные лодки осуществляли заранее запланированные действия против кораблей охранения, в которых Япония испытывала острую нужду. Этой оценкой они на месяц опередили штаб Кинга в Вашингтоне, который пришел к выводу, что после того, как Япония понесет тяжелые потери в эскадренных миноносцах, она окажется в чрезвычайно затруднительном, положении из-за отсутствия легких сил. В этой связи было решено считать японские эскадренные миноносцы первоочередными целями американских подводных лодок.

Удар авианосцев по островам Палау

После оставления островов Трук Кога принял решение о перебазировании флагманского корабля японского флота - линейного корабля "Мусаси" - и части Объединенного флота на острова Палау. Одна из дивизий японских авианосцев с силами поддержки перешла в район Сингапура, чтобы продолжать летную боевую подготовку, а остальные авианосцы занимались тем же во Внутреннем Японском море. Такая дислокация частично была вызвана трудностями обеспечения флота в Японии топливом. В то же время перевод мощных боевых кораблей в Палау создавал угрозу для дальнейшего продвижения войск Макартура. Удар американских авианосцев по островам Палау имел целью обеспечить фланг войск Макартура и уничтожить японские боевые корабли и авиацию. Это был рискованный план, так как авианосцам США предстояло действовать на удалении 2500 миль от своей ближайшей базы, а маршруты их перехода находились в зоне действий японской авиации и подводных лодок{44}. Ударные силы США состояли из 11 авианосцев, действовавших тремя группами, и кораблей поддержки. Подводные лодки были развернуты таким образом, чтобы они могли с наибольшим успехом наносить удары по японским кораблям, вести наблюдение за ними, а также спасать своих летчиков.

Подводные лодки "Таллиби", "Блэкфиш", "Бэшоу", "Тэнг" и "Арчерфиш" были развернуты по дуге окружности радиусом 60 миль; ее центром являлся основной проход на острова Палау с запада - Тоаджель Млунгуи. Эти подводные лодки перекрывали западные пути отхода японских сил с островов Палау. Подводная лодка "Танни" заняла позицию вблизи прохода Тоаджель Млунгуи, а "Гар" восточнее острова Пелелиу с целью спасения летчиков. С той же целью у острова Яп находилась подводная лодка "Помпанито", а у атолла Волеаи - подводная лодка "Хардер".

25 марта авианосные силы США были обнаружены японскими разведывательными самолетами. Спрюэнс двинулся вперед на максимальной скорости и сдвинул время удара на сутки раньше, однако японское командование успело вывести свои крупные боевые корабли с островов Палау до начала удара. Самолеты авианосной авиации поставили мины в проходах, через которые могли совершить выход японские корабли, заблокировав тем самым лагуну, и а результате было потоплено 36 японских судов, включая пять больших танкеров. Удалось также уничтожить большую часть японских самолетов. После нанесения удара авианосные силы США совершили отход, не понеся потерь.

Гибель подводной лодки "Таллиби"

Ночью 26 марта группа японских судов, отходивших с островов Палау, вошла на позицию подводной лодки "Таллиби". Лодка установила радиолокационный контакт с крупным конвоем, и Бриндупке сблизился с ним в надводном положении. Визуальный контакт с кораблями конвоя установить было невозможно из-за штормовой погоды. Вскоре Бриндупке по данным радиолокатора выпустил две торпеды из носовых аппаратов.

Через одну-две минуты после выпуска торпед произошел страшный взрыв{45}. Как выяснилось в дальнейшем, "Таллиби" погибла от одной из собственных торпед, которая совершила циркуляцию и попала в лодку. Вследствие гибели "Таллиби" в завесе подводных лодок у островов Палау образовалась брешь, через которую прорвались многие японские суда.

Подводная лодка "Танни" у островов Палау

Подводная лодка "Гар" спасла шестерых летчиков, упавших в море, однако большая часть задач выпала на долю "Танни", которая заняла позицию в районе островов Палау значительно раньше назначенного времени. 22 марта она обнаружила конвой и нанесла одному из судов конвоя тяжелые повреждения. В следующую ночь Скотт (командир "Танни") установил радиолокационный контакт с одиночным кораблем, находившимся на удалении 6,5 мили. Корабль шел 18-узловым ходом на противолодочном зигзаге. Примерно в 11.00 Скотт вышел на визуальную видимость цели и опознал ее. Это была подводная лодка типа "I". На полном ходу "Танни" пошла на сближение с целью. Когда дистанция до цели была сокращена до 12,5 кабельтова, "Танни" выпустила четыре торпеды. Сразу же после этого она положила руль право на борт, чтобы избежать возможной контратаки, и пошла на погружение.

Во время задраивания рубочного люка послышался страшный взрыв. На дно пошла японская подводная лодка "I-42". Она находилась на переходе от островов Палау в Рабаул с грузом снабжения, и судьба ее осталась загадкой для японцев. После атаки "Танни" всплыла и ушла из этого района, передав донесение подводной лодке "Гар", на позицию которой она зашла при погоне за целью.

25 марта через позицию, занимаемую "Танни", прошли три эскадренных миноносца, но Скотт не воспользовался возможностью атаковать их. Он считал, что эсминцы находились в охранении более важной цели. Но это было не так. Около полудня 29 марта Скотт опять упустил случай атаковать конвой. Он продолжал ожидать появления более важного объекта для атаки. Это противоречило принятой подводными лодками тактике действий. Подводные лодки имели указание атаковать любую цель, если поблизости не имелось более ценного объекта атаки.

Вечером 29 марта Скотт установил гидроакустический контакт, а затем увидел мачты двух выходящих из прохода эскадренных миноносцев. Затем Скотт услышал взрывы глубинных бомб. Командир подводной лодки произвел сближение и примерно через 20 минут опознал линейный корабль типа "Конго", шедший в охранении эскадренных миноносцев и легкого крейсера. Скотт уменьшил дистанцию до 10 кабельтовых и произвел шеститорпедный залп.

Торпеды прошли под одним из эскадренных миноносцев, который поднял флажный сигнал об опасности. Линейный корабль произвел маневр и лег на курс, параллельный ходу торпед. Эскадренный миноносец, ориентируясь по оставленному торпедами следу, пошел на "Танни", которая погрузилась. Во время ухода на глубину Скотт услышал два взрыва. Подобно командиру подводной лодки "Скейт", который в свое время атаковал линейный корабль "Ямато", Скотт не знал, что его целью являлся один из крупнейших линейных кораблей мира. Это был линейный Корабль "Мусаси" - флагманский корабль Кота. Одна торпеда "Танни" попала в "Мусаси" и повредила его носовую часть. Но это повреждение не вывело крупный корабль из строя, и он был уже далеко, когда на следующий день авианосцы нанесли удар по островам Палау. Кога, которого не было на флагманском корабле, оказался не таким счастливым. 31 марта его самолет на перелете с Палау на Филиппинские острова попал в шторм и упал в море. 5 мая командование Объединенным флотом перешло к адмиралу Тойода.

На следующий день "Танни" выполняла задачу по спасению летчиков авианосной авиации. Она в надводном положении ходила по кругу в 30 милях от прохода Тоаджель Млунгуи. Около полудня вахтенный на мостике увидел, как один из самолетов-торпедоносцев, изменив Курс, направился в сторону "Танни" и сбросил 907,2-килограммовую бомбу в нескольких метрах от носа корабля. Принадлежность самолета не вызывала сомнений: американские опознавательные знаки были ясно видны. "Танни" же находилась в назначенной ей точке для спасения летчиков. "Танни" получила значительные повреждения. Все оставшиеся в кормовом торпедном отсеке торпеды были повреждены. "Танни" погрузилась, чтобы произвести аварийный ремонт, а затем всплыла и донесла о случившемся Локвуду.

Стратегические последствия

В феврале было потоплено 119 японских судов, из них 53 - подводными лодками. Общие потери в тоннаже японского торгового флота оказались катастрофическими - 500000 тонн. В течение месяца подводные лодки потопили или сильно повредили 21 танкер; кроме того, четыре танкера уничтожили самолеты с авианосцев у островов Трук. В Японии была изменена судостроительная программа и начато переоборудование находившихся в постройке сухогрузных судов в танкеры. В результате удалось строить танкеров больше, чем Япония несла потерь в них.

И все же дополнительный танкерный тоннаж не решил проблемы. У островов Трук и позднее у островов Палау самолеты авианосной авиации США уничтожили большое количество японских танкеров.

Весной 1944 года резко изменился характер подводной войны. До этого времени подводные лодки были самой эффективной силой в действиях, рассчитанных на истощение противника. К 1944 году японские нефтяные коммуникации сосредоточились у побережья Китая. В этом ограниченном районе американских подводных лодок было достаточно для создания эффективной блокады. Таким образом, несмотря на изобилие нефти, имевшейся в распоряжении Японии в Ост-Индии, и увеличившийся танкерный тоннаж для ее переброски, Япония не имела возможности ввозить нужное ей количество нефти.

Главные японские эскортные силы делали все, что могли. Они увеличили состав конвоев за счет соответствующего снижения оборачиваемости судов и увеличили число кораблей охранения для каждого конвоя. Вначале считалось, что принятые меры эффективны. Потопление японских судов подводными лодками снизилось с 53 в феврале до 33 в марте, а затем и до 22 судов в апреле. Однако такое положение продолжалось недолго. Временное снижение количества уничтожаемых судов было связано со случайным стечением ряда обстоятельств.

Подводные лодки Локвуда были задействованы в проводимых флотом операциях, в зависимости от характера которых количество одновременно находившихся в море лодок оказывалось самым различным. Подводные лодки, базировавшиеся на Брисбен, остались далеко в тылу из-за перемещения района военных действий, и на передислокацию подводных сил требовалось время. Подводные лодки Кристи столкнулись с увеличившимися трудностями вследствие преждевременного взрыва торпед. Подводная лодка "Бауфин", которая особо успешно топила японские суда, только за время одного патрулирования имела восемь случаев преждевременного взрыва торпед. По этому поводу Нимиц сделал запрос, и 13 марта Кристи ответил, что данное патрулирование "Бауфина" явилось последней попыткой улучшить магнитный взрыватель и что в дальнейшем подводные лодки при нахождении на патрулировании не будут проводить подобных экспериментов. После этого магнитные взрыватели сняли с вооружения подводных сил юго-западной части Тихого океана.

Глава XIX. Апрель - май 1944

К апрелю 1944 года в результате развития военных действий под контролем авиации и надводных сил оказались те 6 млн. квадратных миль моря, которые в начале войны являлись ареной действий одних лишь подводных лодок. Локвуд перевел передовую базу подводных лодок на атолл Маджуро (Маршалловы острова), а плавучая база подводных лодок "Юриал" была направлена на острова Адмиралтейства с целью облегчить материально-техническое обеспечение подводных лодок, базировавшихся на Пирл-Харбор и Брисбене. Дарвин (северо-западная часть Австралии) уже использовался для этой цели кораблями, базировавшимися на Фримантл. Японское судоходство (а значит, и районы действий американских подводных лодок), сосредоточенное в узких границах, привело к необходимости изменений в методах патрулирования.

Позиционно-маневренное использование лодок

Учитывая изменения в обстановке, оперативный отдел штаба Локвуда разработал метод позиционно-маневренного использования лодок. Впервые его применили в апреле 1944 года у побережья Японии. Вся з