Главная АвторыЖанрыО проекте
 
 

«София и тайны гарема», Энн Чемберлен

Найти другие книги автора/авторов: ,

Посвящаю эту книгу моим кузинам, Куркан Дэглиан и Рут Ментли.

МОЯ ИСКРЕННЯЯ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ ВСЕМ…

 

Большинство из них – те же самые люди, о которых уже упоминалось в первой части моей трилогии, но мне хотелось бы воспользоваться случаем, чтобы еще раз поблагодарить их. Не потому, что я стала меньше ценить их помощь – скорее наоборот.

Это мои кузины, Куркан Дэглиан и Рут Ментли, которым я посвящаю свою книгу. Гарриет Клауснер, Алексис Бар-Лев и доктор Джеймс Келли, щедро делившиеся со мной своими знаниями. Хотелось бы еще раз поблагодарить Общество писателей Уосач Маунтин – за дружескую поддержку и терпение. Тедди Кэши, Леонард Чиарелли и Гермиона Байас из библиотеки Мэрриот, а также их коллеги, работающие в библиотеках Уитмора и Холладея, с радостью и охотой оказывали мне любую помощь, какая только была в их силах. Имя Джерри Пиаса до сих пор еще не упоминалось мною, но его помощь оказалась поистине неоценимой.

Я очень обязана многим милым людям в самой Турции. Особенно смотрителям дворца Топкапи. Они ни разу не позволили себе недовольно поморщиться, наблюдая за мной, когда я снова и снова рыскала по гарему. А еще я хотела бы поблагодарить своего мужа, его родителей и наших сыновей – за поддержку. И, самое главное, за их неизменное терпение: все время, пока я работала над книгой, мысли мои блуждали далеко.

Еще одного человека мне хотелось бы поблагодарить, еще одну женщину… Но она просила не упоминать ее имени. Она знает, кого я имею в виду.

И если я допустила какие-то ошибки, боже меня упаси винить в этом кого-нибудь из тех, кто помогал мне в работе над книгой! Нет, нет, не будь их, кто знает, сколько бы их было, этих ошибок.

И, наконец, хочу сказать спасибо Натали Апонте, моему редактору, а также Стиву, Эрин и их коллегам из Тор/Фордж, а также Виржинии Кидд, моему агенту. Без них эта книга, конечно, появилась бы на свет, но никогда бы не дошла до читателей.

 

ЧАСТЬ I Абдулла

I

Я рабыня Оттоманов, дитя гарема,

Порождение презренного насилия,

Я увидела свет среди роскоши и великолепия дворца.

Горячий песок пустыни – мой отец,

Босфор – моя мать.

Житейская мудрость – моя судьба.

Невежество – моя темница.

Одетая в шелка и золото, я лишь игрушка чужих страстей.

Рабыня сама – и тоже имею рабов.

Одна из многих, тень среди теней,

Сколько их – таких, как я? Сотни? Нет, тысячи!

Мой дом там, где хоронят богов

и вскармливают злых демонов.

Святая земля…

Задворки ада…

Я…

Эсмилькан-султан замолчала. Песня оборвалась на полуслове – песня, которой она, должно быть, выучилась, когда кормилица еще качала ее у своей груди. Это была та самая песня, которую пели все женщины в Константинополе. «Должно быть, – с надеждой подумал я, – султанше пришелся по душе незатейливый, мелодичный напев, а вовсе не слова ее».

Впрочем, почему бы и нет? У нее ведь и вправду есть свои рабы. Хотя бы я…

Она – моя госпожа. Я принадлежу ей. Сколько раз мне доводилось слышать, как пылкие любовники на сцене произносили те же самые слова! Но это было еще в другой… прежней жизни.

Однако даже сейчас слово «любовь» иной раз всплывало в моем сознании, когда я украдкой бросал взгляд на Эсмилькан-султан и думал о тех отношениях, которые связывают нас. И каждый раз у меня больно сжималось сердце – было в них нечто такое, что я боялся потерять. Это было для меня страшнее смерти. Восхитительная женщина была не только моей госпожой. Такие мысли проносились в моей голове в те минуты, когда я терял контроль над собой. Вернее, Эсмилькан-султан действительно была моей госпожой, но в другом, восхитительном значении этого слова. Сколько нам довелось пережить вместе! Да что там! Ради нее я бы с радостью отдал свою жизнь. В стране, оставшейся для меня чужой, она была моим единственным и самым дорогим другом…

Но нет… Любовь во всем сладостном значении этого слова, которое оно имело для меня с детства, которое я впитал с молоком матери, едва увидев свет в своей родной Италии, больше не существовала для меня. Острый нож в руках лекаря жестоко и навсегда положил конец всем моим надеждам когда-нибудь познать любовь.

Эсмилькан-султан принадлежит только мое бренное тело, напомнил я себе. Но не мое сердце, моя душа. Боль, до сих пор терзавшая меня, напомнила мне, что достаточно только выдать свои чувства – и меня ждет неминуемая и жестокая смерть.

Эсмилькан-султан обернулась. Она увидела меня, и лицо ее мгновенно вспыхнуло, сравнявшись по цвету с пунцовыми тюльпанами в китайской фарфоровой вазе, стоявшей на задрапированном шелковой тканью столике в центре комнаты. Уткнувшись лицом в цветы, Эсмилькан-султан принялась поправлять букет – наверное, в двадцатый раз за утро.

– Я слышу, паланкины уже во дворе! – воскликнула она. – О Абдулла! Что о тебе подумают, увидев, что ты не встречаешь их у дверей?!

Эсмилькан стала немолодому уже визирю хорошей женой. «Куда лучшей, чем он заслуживает», – с горечью подумал я уже не в первый раз. Впрочем, они оба с честью выполняли свой долг – в отличие от меня. А моя участь – быть главным и единственным евнухом при моей госпоже.

Ни один из нас не был волен противиться своей судьбе. Мы давно уже смирились с ней, поняв, что выбора нам не дано.


Еще несколько книг в жанре «Исторические любовные романы»

Кровь Титанов, Виталий Бодров Читать →